Границы (без)опасности

– 79—

– Что за бред? – рыкнул Стас в трубку. – Я не буду этого делать.

Он уже несколько дней был весь на нервах, обдумывал план переезда в новый город, даже смог убедить Босса в том, что это необходимо, что смена места – лучший вариант для всех них. Он даже наполовину уже сумки собрал, и что теперь? Ей вдруг пришла в голову очередная гениальная идея?

– Влюбленным дурачком ты тоже притворяться не хотел, и только посмотри, что получилось? – усмехнулась Светлана Борисовна.

Потом послышался еле заметный выдох – женщина явно успела сделать затяжку и выпустить дым в приоткрытое окно. Что ж, по крайней мере, разговор важный. Мать курила только во время

важных

разговоров, в остальных случаях она предпочитала наслаждаться сигаретами без лишнего отвлечения.

– Это совсем другое, – нахмурился он.

– Чем же? – хмыкнула она. – Очередная игра. Я же предлагаю не прибить девчонку своими руками, а ввести ее в курс дела и попросить подыграть. Самый легкий способ побыстрее все закончить.

– Да, конечно, самый легкий способ побыстрее избавиться от нашей клиентки, – ехидно отозвался Вероцкий.

– Она не пострадает, мы за этим проследим.

– Но не сможем гарантировать! – возмутился он. – Нет, Светлана Борисовна, еще раз повторяю: мы не будем никого ловить на живца.

Трубка отозвалась тишиной. Мать молчала.

Идею с «ловлей на живца» она впервые выразила час назад, тогда Стас полностью отказался ее выслушивать, обозвал свихнутой старухой и бросил трубку. Даже на Регину накричал, хотя она ни в чем не была виновата, всего лишь попыталась высунуть нос за шторку, соскучившись по солнцу. Во время следующего звонка, еще через полчаса, план он выслушал, но комментировать не стал – вновь отключился и долго приходил в себя, восстанавливая душевное равновесие. И вот сейчас.

Теперь Вероцкий уже немного остыл, мог трезво мыслить и даже согласился составить список достоинств и недостатков предложенного плана. Впрочем, один огромный недостаток перевешивал все: Регину могли убить. Честно, они понятия не имели, насколько опасен мужчина, преследующий клиентку. Как ни неприятно было признавать, скрывался он умело: попытки определить адресата записок провалились, владелец номера, с которого на днях прислали угрозу, сейчас активно проверялся по всем статьям… однако, судя по всему, он был всего лишь любителем выпить, который за бутылку спокойно отдал свою сим-карту. Регину пытались покалечить, отравить. Что будет, если на этот раз рука преследователя не дрогнет и девчонку либо зарежут, либо пристрелят, либо изобьют до полусмерти?

Всякое бывает. Особенно когда тебя выставляют приманкой.

Вот только Стас ни за что не простит себе, если Регина пострадает из-за дикого плана его мамочки. Особенно из-за этого! Она же девочка-катастрофа! Она спокойно может просто дунуть не в ту сторону, и нож воткнется ей в живот. Зачем рисковать, если Стас может проявить твердость и отказаться?

– Заметь, на другого я бы уже давно наорала и принудила следовать плану, – после долгой паузы с тяжелым вздохом отозвалась матушка.

– Заметь, другого бы и я уже давно послал матом далеко и надолго, – хмыкнул Стас.

– А ты и послал! – рассмеялась руководитель «соколов».

Вероцкий удивленно покачал головой. Кажется, Большой Босс была довольна? Он так давно уже не слышал ее искреннего смеха, что даже забыл, как он звучит. Ехидные смешки – сколько угодно, злые насмешки – бывало, но что-то искреннее и настоящее выжать из Босса было почти невозможно. Слишком уж много и напряженно она работала. Ну или это он нечасто бывал в ситуациях, в которых можно было пересечься со счастливой матерью. Семейные сборища и дружеские посиделки Стас умело игнорировал.

Но сейчас почему-то накатило странное чувство тоски. Может, зря он все время отказывался? От ужинов всей семьей, а не от ловли на живца. Второе точно без комментариев.

– Возможно, возможно, – пробормотал Стас, ощущая в голосе несвойственное тепло. – И мнение свое не сменю. Мы с Региной Денисовной сегодня-завтра уезжаем, а ты обещала подготовить почву. Никакой ловли на живца.

– Что ж, как скажешь. Вениамин уже все подготавливает, – отозвалась мать.

* * *

Мне было не по себе. С одной стороны, я действительно поступила глупо, и за это себя винила. Иногда так и хотелось попросить у Стаса прощения и как-нибудь вымолить парочку послаблений. На кухне шторки открыть, например. Чтобы было ощущение солнечного света, а не безграничной паранойи. С другой – да, я облажалась, но и он тоже! Если бы господин телохранитель вытащил из закромов тщательно спрятанный навык обсуждать проблемы и сомнения (как сделал это сейчас), я бы не потеряла голову в тот день, не сбежала и ни за что не стала бы выкладывать в Сеть фотки с Леркой. Хотя прогулка получилась памятная.

Мы уже дня три сидели почти без связи с окружающим миром. Нет, у телохранителя связь, конечно, была, а вот меня нагло ограничили. Стас переставил мою сим-карту в стремный кнопочный телефон, в котором вбил всего три контакта: себя, своего напарника Вениамина и любимого дядю Сержа. Мой основной телефон хранился у него и выдавался порционно. Без мобильного интернета. Без вайфая, ибо его просто не было в квартире. И без доступа к соцсетям. Все блага человечества предлагались мне, только когда мы сидели вместе на диване – чтобы можно было следить.

Но даже это меня не бесило! Что такое пара дней без соцсетей, когда под боком любимый человек? Можно было выдержать все что угодно, если бы не одно «но»: Стас нервничал и вообще не мог расслабиться. Задумавшись, он забывал отвечать на поцелуи, а вместо секса тупо прижимал меня к себе и так лежал полночи: без сна, почти не двигаясь, просто размеренно дышал, уткнувшись носом мне в волосы.

– Мы с Региной Денисовной сегодня-завтра уезжаем, а ты обещала подготовить почву. Никакой ловли на живца, – тихо раздалось из-за двери.

Потом послышались приглушенные ругательства, шаги, и я, тихонько охнув, бросилась прочь от двери. Черт-черт-черт, чем бы себя занять, чтобы Стас не догадался, что я подслушивала? В панике бросилась к окну – не придумала ничего умнее, – но запнулась о ковер и начала заваливаться носом вперед.

Именно этот момент выбрал Станислав, чтобы выйти из комнаты.

– Регина! – возмутился он, подслеповато щурясь от ярких солнечных лучей, ударивших в окно.