Страница 112 из 182
– 58—
Стас был зол. Нет, в ярости. И самое неприятное, ярость эта была направлена исключительно на него самого.
Что за чертовщина? Как ОН мог проглядеть? Каждую секунду начеку, замечая каждый посторонний звук, каждый шелест. И нет же! Именно той камеры, которая пролила бы свет на все вопросы, в офисе не имелось. Регина выпустила документы из рук всего на минуту, но прикасался ли к ним кто-либо? Неизвестно.
Вероцкий сумел найти того курьера, что принес Регине заказ. И даже заставить администрацию уволить нерадивого работника, который таким образом решил подзаработать. Ладно, дети покупаются на враки «какого-то дяденьки» о желании подшутить над подругой, но взрослый мужик? Настолько нужны были деньги?
Судя по внешнему виду съемной квартирки, в которой удалось найти мужчину, у него действительно были огромные финансовые проблемы. Но Стасу, когда он добивался увольнения курьера, стыдно не было. Если бы тот думал головой, ничего бы не случилось. Решил подзаработать? Отлично, только проверь, что это действительно молодой человек решил подшутить над девушкой, загляни хотя бы, что тебе положили в пакет! И поймешь, что угрожающая записка про яд – это не забавный кактус, которым тоже, кстати, можно очень неплохо поранить руку, если схватить неправильно. Куча иголок под кожей, проткнутое сухожилие, загнивание… и операция.
Дерьмо в этой жизни случается даже от наслаждения.
А сейчас Стасу казалось, что он в дерьме по уши, потому что вместо телохранителя стал какой-то помесью сторожевой собаки и Шерлока Холмса, которого при всем этом активно соблазняет клиентка. Большой Босс не захотела сразу обращаться в полицию, от граффитчиков пока не удалось выведать ничего путного, этот их «главный» ничего дельного не сообщил, разве что согласился, что разрисовать здания им заказали, но кто и зачем – неизвестно. Деньги передавали в конвертах, а задание дали на сайте для фрилансеров. На САЙТЕ! Поиск по профилю результатов не дал, отпечатков пальцев на записках не было. В какой-то момент Стасу даже искренне показалось, что против Рассольцева и его… и Регины выступает профессионал своего дела.
И так же ему казалось сейчас.
Ситуация напоминала форменный дурдом. Рабочий день, временное затишье, Стас, который внимательно следил за каждым шагом подопечной… а потом они остановились у этого гребаного столика рядом со стойкой администратора, рыжая девчонка на посту на секунду окликнула Регину, та, оставив бумаги (к слову, не самые важные) на столе, обернулась, отошла, Станислав за ней. И все, среди бумаг оказалось очередное послание с угрозами. Иначе никак! Только в этот момент документы остались без присмотра. До этого они спокойно лежали в машине, после – на столе Регины, в кабинете, где Станислав сидел практически рядом с ней, куда заходил только шеф, пара сотрудников и несколько клиентов, которые просто НЕ МОГЛИ прикоснуться к бумагам. Вернее, прикоснуться могли, конечно, но вот подложить что-нибудь в середину стопки – вряд ли.
Так что оставалось фойе, где в тот момент бродила тысяча человек, целый поток. И не было чертовой камеры, направленной в сторону стола. Хотя бы одной. Блядская слепая зона!
Вероцкий за последние сутки пересмотрел видео со всех камер наблюдения в фойе, но в таком потоке народа просто невозможно было вычислить, кто именно останавливался у небольшого столика в самом углу, пока они отошли от него всего на пару-тройку минут.
И теперь он психовал. Весь рабочий день провел как на иголках, обсуждал ситуацию с Рассольцевым и даже согласился с ним, что на данный момент самым удобным будет один выход. Кардинальный. Рассольцев даже обещал состряпать хорошее прикрытие, но…
– Нужно что-то решать, – заявил Стас матушке, когда ближе к вечеру уже сидел на небольшой кухоньке Регины.
Хозяйка закрылась в комнате, то ли читая что-то, то ли играя, Вероцкий не уточнял, а он вызвался приготовить ужин. Ну, и спокойно позвонить Большому Боссу.
– С клиентами из «Скорость&Drive». Да, нужно, – понятливо отозвалась матушка. – Ситуация выходит из-под контроля, так что я сообщила полиции.
Стас нахмурился. Рассольцев очень уж не хотел предавать историю огласке.
– Не переживай, своим сообщила, Медведеву, – с явной усмешкой пояснила Светлана Борисовна. – Он дело не заводит, но пообещал следить и, если что, провести все как нужно. Ничего ни Рассольцеву, ни его любовнице не будет, кроме защиты и хорошего ангела-хранителя в виде одного честного мента.
– Не очень честного, если обещает «провести как нужно», – хмыкнул Стас.
– Не привязывайся к словам. – Вероцкий прям чувствовал, как мать поджала губы. – Так что ты решил? Раз звонишь, есть идея.
Станислав кивнул, но, сообразив, что мать этого увидеть не может, согласился:
– Есть. Во-первых, мне нужен напарник.
– Вениамин уже неделю как к твоим услугам.
Вероцкий вздохнул. Ну да, конечно, Веник. Матушка все просчитала наперед и в очередной раз приписала ему в напарники неугомонного байкера-бугая, услужливого, но до бесконечности ядовитого.
– Ладно, Веник так Веник, – согласился Стас. – Пока нужна только поддержка на расстоянии. Ему буду сообщать обо всех планах и передвижениях, чтобы в экстренной ситуации клиентке ничего не грозило. Если я отправляю вызов, а потом на него не отвечаю, девушку надо срочно спасать и…
– И кажется, кое у кого все же будет разбито сердце, – проворковала Босс.
Стас хотел возмутиться, огрызнуться, даже послать ее к черту (какое сердце? Он просто заботится! А так он смог, сдержался и вообще выкинул все лишнее из головы – сердце в безопасности), но тут услышал смех где-то на фоне, явно не в квартире Регины. Нахмурившись, он выудил из мешка пару картофелин, собираясь готовить ужин, и поинтересовался:
– Ты обсуждаешь дела при посторонних? У тебя кто-то смеется.
– Здесь все свои, – рассмеялась мать, но больше ни словом не прокомментировала. – Ладно, с первым пунктом все понятно, что со вторым?
Вероцкий раздраженно поджал губы. Все свои, значит? У него тут важный вопрос, на кону стоит чужая жизнь, а Большой Босс веселится? Где вообще она научилась веселиться?
– Рассольцев прав, нужно увозить девчонку из города, – выдавил он.
– А я тебе это еще утром сказала, – хмыкнула мать. – План есть?
– Пока еще не…
– Отлично. Перезвоню минут через десять.