Страница 35 из 40
Глава 18. Прямая трансляция
Лев не отступил, когда Марк направил на него пистолет. Только приподнял подбородок, а в глазах мелькнуло раздражение человека, которого посмели перебить на собственном совещании.
Его охранники вскинули оружие. Люди Марка ответили тем же, и пространство между двумя группами стало слишком тесным для случайного движения.
— Убери пистолет, — сказал Лев. — Ты слишком нервничаешь для человека, который хочет получить деньги живым.
Марк улыбнулся, но улыбка не дошла до глаз.
— А ты слишком спокойно слушаешь, что собирался повесить на меня стрельбу и похищение собственной дочери.
— Госпожа Лаврова пытается нас поссорить.
— Тогда объясните ему, почему привезли вооруженных людей вместо семейного адвоката, — сказала я.
Мужчина за моей спиной сильнее сжал плечо. Боль отдалась до локтя, но я не отвела взгляда от Льва.
— Вы не участвуете в разговоре.
Его губы стали тоньше, а спокойствие уже плохо прилегало к лицу.
— Меня назначили похитительницей, курьером и будущим трупом. Я практически почетный член семьи.
У Марка нервно дернулся рот. Оружие слегка опустилось, и Лев сразу воспользовался паузой:
— Ты должен был получить временную доверенность, а не весь кошелек.
Марк резко повернул голову.
— Временную? Ты говорил о полном управлении после подписи Алины.
Губы Льва сжались: оговорка стала очевидной, но сказанное уже осталось в воздухе и на записи.
Красная помада была спрятана в смятой коробке возле Алины. Крошечная линза смотрела в зал, один зеленый импульс уже подтвердил канал Белова. Теперь на корпусе мигнули еще два. Поток уходил и в защищенный архив Киры.
Алина увидела сигналы одновременно со мной. На ее лице ничего не изменилось, только пальцы осторожнее закрыли футляр краем картона.
— Вот зачем ты соглашался на брак, — сказала она Марку. — Не ради меня и даже не ради компаний. Ты хотел получить доступ, а потом оставить меня с долгами.
— Ты украла деньги раньше свадьбы.
— Потому что вы с отцом готовили на мое имя фирмы и гарантии.
— Мы сохраняли бизнес.
— Себе.
Ее голос сначала дрогнул, затем окреп. Красное пятно от пощечины темнело, губа распухала, но она больше не пыталась выглядеть послушной дочерью.
— Деньги принадлежали компании, — вмешался Лев. — Ты не имела права к ним прикасаться.
— А вы имели право сделать меня виноватой, когда схема вскроется?
— Если бы слушалась адвокатов, никакого дела бы не было.
— Конечно. Оно появилось бы только тогда, когда вам понадобился крайний, — сказала я.
Лев перевел на меня тяжелый взгляд, но Марк уже заговорил:
— Он именно это и планировал. На Алине оставались кредиты и старые контракты, прибыль уходила в новую структуру. Потом начиналась проверка, и Лев рассказывал, что дочь действовала вместе с мужем.
— А ты собирался забрать структуру себе, — бросил Крестов.
— Потому что понял, что ты меня кинешь.
— Ты никогда не получал весь кошелек.
Лицо Марка перекосилось.
— Я тебе не мальчик на побегушках.
— Именно он. Только с генеральской фамилией.
Палец Марка лег ближе к спусковому крючку. По залу прошла цепочка металлических щелчков: люди с обеих сторон сняли оружие с предохранителей.
— На колени, — велел охранник за моей спиной.
Он ударил меня под колено. Я опустилась на бетон, едва удержав равновесие. Алину посадили рядом и стянули нам руки пластиковыми хомутами. Стяжка впилась в запястья, но мужчина, занятый спором хозяев, проверил ее не слишком внимательно.
— Кто приказал стрелять на свадьбе? — спросила я.
Лев повернулся слишком резко.
— Я приказал остановить машину. Стрелять по людям никто не должен был.
— Значит, ваши охранники там были.
Он поджал губы.
— Должны были перекрыть выезд и вернуть дочь.
— А стрелял кто?
— Спроси жениха. Он боялся, что носитель окажется у брата.
Марк нахмурился, но отрицание последовало не сразу.
— Я отправил двоих вернуть флешку. Приказа убивать не было.
— Зато в мотель они пришли с пистолетом, — сказала я.
— Потому что Лев подключил свою охрану. Мои люди не знали, кто первым доберется до носителя.
Алина закрыла глаза. Лицо стало почти спокойным, только нижняя губа задрожала.
— Вы стреляли друг через друга, а я сидела в машине.
Ни отец, ни жених не ответили.
Телефон Марка зазвонил, и он быстро посмотрел на экран.
— Глеб у входа.
Люди развернулись к дверям, а Марк включил громкую связь.
— Ты один?
— Один. Флешка со мной. Сначала хочу увидеть Веру и Алину.
При звуке голоса Глеба у меня болезненно сжалось горло. Он говорил спокойно, но дыхание в паузах выдавало напряжение.
— Увидишь, когда войдешь.
— Тогда останусь снаружи.
— Через две минуты Вера перестанет быть условием сделки и станет предупреждением.
На линии возникла тишина.
— Вера, ты меня слышишь?
— Слышу. Счет пока не оплачен, но клиенты уже дерутся из-за имущества.
— Я принес все, что требуется. Подпись ставлю только после осмотра.
По ответу было ясно: сигнал он распознал и тянул время.
Главная дверь открылась. Глеб вошел медленно, подняв пустые руки. В правой держал прозрачный пакет с флешкой. Оружия при нем не было, рубашка потемнела от дождя, а взгляд сразу нашел мои связанные руки и сбитые колени. Возле его рта появилась белая линия, но шаг не ускорился.
— Отпусти женщин, — сказал он.
— Сначала носитель.
— Сначала Вера подойдет ко мне.
— Ты не ставишь условия.
— Тогда объясни, кому я должен отдать флешку. Тебе или Крестову?
Марк не ответил, и Лев протянул руку.
— Носитель принадлежит моей компании.
— Без кода Алины он бесполезен, — сказал Глеб. — Каким способом вы собираетесь получить код?
Лев посмотрел на дочь.
— Она одумается.
— После того как вы снова ее ударите?
Крестов промолчал, и этого хватило.
Глеб перевел взгляд на брата.
— А твой план? Забрать флешку и уехать один?
Марк сжал губы, а его люди настороженно переглянулись.
— После получения доступа каждый получит оговоренное.
— То же самое Лев обещал тебе, — напомнила я.
Один мужчина чуть опустил оружие. Другой не сводил глаз с пакета в руке Глеба.