Страница 38 из 58
Глава 29
Я нервными пальцами попыталась снова перезвонить Славе, но она меня опередила.
— Видела? Посмотрела? — спросила возбуждённо Слава.
— Да, что с Георгием? — хрипло уточнила я, боясь вообще представить, какие последствия у этой встречи могли быть.
— В смысле? — глупо уточнила Слава.
— Мы не можем пока вернуться домой. Георгий должен нас забрать, но я не знала, что случилось, поэтому просто скажи, что с ним? — скороговоркой уточняла я.
— Конечно мы с Зоей напугались, но потом ее муж сказал, что там больше обидно, чем больно, понимаешь, но дело все равно заведут… — выпалила Слава. — Не представляю, кто на такое способен. И ведь по видео видно, что не шпана какая-то, а мужик просто. Слушай, а кому мог насолить твой Гоша? Может, это муж его любовницы?
Я прикрыла глаза. Да, Слава определённо молодец, что умудрялась всегда быть в курсе всего, но мне сейчас было сильно не до болтовни.
— Слав, я не знаю, — отозвалась я, зажимая пальцами уставшие глаза, в которых после нервного украденного сна как будто песка насыпали. Мне надо было поговорить с Марком и узнать, что ему известно об этом случае. — Держи меня в курсе. Я не могу приехать. Гоша должен был забрать нас…
Я все ещё верила, что Георгий разрешит ситуацию, хотя сейчас моя вера очень сильно пошатывалась, балансируя над пропастью.
— Так вы решили не расходиться? — уточнила Слава. — Очень мудрое решение с твоей стороны. Подумаешь, курицу себе завёл, зато ты в масле будешь кататься, мой кусочек сыра!
Я уже не слушала Славу, потому что от ее слов внутри все липкой патокой с запахом дерьма покрывалось. Я последний раз угукнула и отключилась.
Артём внимательно прислушивался к моему разговору, а потом взял и перевернулся на животик. Упёрся ручками в бежевую простынь и надул пузырь. Слюнки тут же потекли по подбородку, и я приподняла сына, аккуратно вытерла их салфеткой. Прошла с Темой в ванну и вспомнила, что пеленального столика у меня тут не было. Подмыв и умыв сына, вернулась в спальню и стала одевать Артема в костюмчик, который вчера привезла доставка, и единственный, который успела выстирать на руках.
Звуков в доме было катастрофически мало. Мы с сыном спустились на первый этаж, и я одной рукой быстро развела ему смесь. Села в кресло у окна и принялась кормить. На звуки из кабинета вышел Марк в домашней одежде, спортивные штаны и футболка поло.
— Доброе утро, — произнёс Ильвес, проходя в кухню. — Хотите, я на завтрак приготовлю омлет?
Мне было без разницы. У меня кусок в горло не лез. А от близости, от ауры Марка внутри все сворачивалось в тугие жгуты.
— Вы ведь не кормите грудью? — продолжал он необременительную беседу. — Почему?
Я молчала, и Марку пришлось вернуться в зал и посмотреть на меня укоризненно.
— На моего мужа ночью напали… — произнесла я ровно, хотя хотелось броситься Марку на грудь, схватить за ворот футболки и трясти, чтобы выдал мне все, что знал об этом происшествии.
— Соболезную, — ни капельки не соболезнуя, сказал Марк. — Так что по поводу смесей? Молока мало было? Или это принципиальная позиция?
— Вы не хотите со мной говорить про Георгия? — спросила я, игнорируя нарочно вопрос про кормление.
— Думаю, мы сможем это обсудить позднее, когда приедет няня… — Марк улыбнулся, а у меня липкий пот выступил на коже.
Няня…
Он точно от меня избавится, а сейчас просто готовился к тому, что с моим исчезновением за Артемом будет некому следить, и поэтому…
— Мне не нужна няня, Марк! — слишком резко сказала я и до побелевших пальцев сжала бутылочку со смесью.
— Да, думаю вы слегка вышли из этого возраста, — усмехнулся Ильвес и развернулся к кухне. — Но ребёнку она не помешает…
— Помешает, — прорычала я, вставая с кресла и следуя за Марком. — Я не позволю никому приближаться к моему ребёнку…
— Неужели вам не нужна помощь? — Марк вытащил молоко и яйца из холодильника. В домашней одежде он казался более мягким, более уютным и, соответственно, менее пугающим. Но я не позволяла себе расслабляться. Хищник, он даже когда ластится, все равно хищник.
Зверя нельзя приручить.
А Марк и был зверем. Красивым, сильным быстрым. И сейчас он проявлял благосклонность, но насколько ее хватит?
— Не нужна! — заявила я и остановилась возле кухонного стола.
— Вы всю ночь ходите со смесями…
— Всего один раз сегодня было! — возмутилась я, испытывая неловкость из-за того, что скорее всего все равно шумела в комнате, когда укачивала сына. И тем самым мешала спать Марку.
— Но тем не менее… — продолжил Ильвес, разбивая в чашку яйца. Готовил он скорее всего редко, потому что обляпал тут же столешницу в белке. — Без здорового хотя бы шестичасового сна вы будете очень сильно уставать…
— Все это время я как-то справлялась! — заметила я, не испытывая, конечно, гордости и не думая, что делала что-то сверхъестественное. Все молодые матери мало спят и много времени уделяют детям. И некоторые ещё и работают.
— Вот именно, что как-то, — произнёс Марк и кивком указал мне куда-то на грудь. Я непонимающе опустила глаза и поняла, что футболка была на мне задом наперёд. — Поэтому оставим и этот разговор на время после завтрака, хорошо, Алин?
Я промолчала, потому что ну что я ещё могла сказать? Как-то начать взывать к уголовному кодексу или, может, к Библии?
Марк кивнул сам себе и через полчаса просто шантажом заставил меня составить ему компанию за завтраком. Я не выпускала Артема из рук и изрядно уже устала. Дома у меня были люльки, корзины, качалки. У меня было все, что упрощало мою жизнь. Чтобы я не думала про Георгия, но он сделал мое материнство максимально комфортным, и мне кажется, что запроси я именно сейчас у него няню, он бы не отказал.
Все познаётся в сравнении. И сейчас оно было не в сторону Марка.
Нам с Темой надо вернуться домой. Надо. Пусть Гоша изменник и вообще, но он…
Он же не плохой человек. Он слишком много и одновременно от меня требовал. Он ломал меня, подстраивая под себя, но сейчас я осознавала, что Гоша это меньшее из зол. Но от него я могла бы хотя бы уйти, разведясь. От Марка же…
После завтрака Артём бодрствовал, и поговорить с Марком не получилось. Он скрылся в кабинете, и я осталась с сыном в зале. Выходя, Марк долго мялся на пороге и пристально наблюдал за Артемом. Мне казалось, Ильвес хотел остаться, но чтобы не разрушать молчаливого перемирия, все же оставил нас.