Страница 27 из 58
Глава 20
Мои пальцы нервно хрустнули.
Вот другого удобного времени получить письмо Георгий не нашёл? Вот почему все сейчас?
Вопрос нашего с ним развода меня волновал в меньшей степени, потому что Артём для меня был самым важным. Если у меня его отберут, я же умру сразу.
— Гош, это вообще не то, о чем я хотела… — начала я, и снова пальцы хрустнули. Я завела руки за спину.
— А я хочу именно об этом поговорить. О том, как моя милая жёнушка пошла и подала на развод, хотя я предупреждал… — Георгий надвигался на меня, как матёрый хищник, и в любой другой момент я бы, наверно, испугалась, но слёзы стояли перед глазами, и наши с мужем размолвки меркли на фоне Ильвеса. — Предупреждал ведь, что она больше никогда не увидит сына…
Гоша подошёл ко мне вплотную. Провёл костяшками пальцев по моей скуле, словно примеряясь к удару, но я в этот момент схватила его за рубашку и дрогнувшим голосом произнесла:
— Что было не так с моим эко? — мои пальцы так стильно сдавили ткань, что Гоша немного пришёл в себя, и я увидела тень узнавания в его глазах. — Что было не так? Признайся честно, ты бесплоден?
Георгий пару раз моргнул, а потом его взгляд заледенел. По лицу пробежала тень злости, губы сомкнулись.
— Думай, что говоришь, женщина… — хрипло сказал супруг, и я стукнула его кулаком в грудь. Муж пошатнулся, явно ожидая от меня не такого, а потом я просто уперлась лбом в широкую грудь.
— Я-то думаю… — выдохнула я. — А теперь и ты ещё подумай, а может, расскажи мне всю правду…
Гоша попытался отстраниться от меня, но я упорно стискивала его рубашку в своих пальцах, и тогда супруг просто схватил меня за плечи и попытался оттянуть от себя.
— О чем ты? Это ты вообще-то врала мне две недели и почти заставила поверить в то, что мы хоть ненормальная, но семья… — его губы подрагивали от злости. Он был вне себя от ярости и с трудом сдерживался.
— Что не так было с моим эко? — как заведённая повторила я. — Признайся лучше сейчас, чем я это узнаю после…
— Аля, не пытайся меня обдурить… — сказал Георгий и снова тряхнул меня за плечи.
— Я пытаюсь разобраться, почему мне в клинике предложили сделать ДНК-тест на установление отцовства… — сказала я, как в воду прыгнула, и между нами с мужем развернулась пропасть.
— Как отцовства? — выдохнул Георгий. — Ты что несёшь? Ты ещё и гулять от меня вздумала?
Впервые в жизни меня охватило состояние аффекта. Я не помнила, что сделала, но только боль в горящей ладони отрезвила меня, а пылающий след на лице моего мужа заставил объясниться:
— Марк Ильвес. Сегодня в клинике я встретилась с этим мужчиной, который утверждает, что его материал был использован для нашего ребёнка…
Гоша хлопал глазами. Он был ошарашен моей пощёчиной, а теперь ещё и новостями.
— И если ты ещё раз спросишь про измены, я просто встану и уйду. Спрячусь с Артемом где-нибудь в глубинке без связи, автобусов и электричества, и кукуйте вдвоём с Ильвесом в поисках истины, он — его ли это ребёнок. Ты — где твой ребёнок.
Гоша провёл ладонью по щеке, словно до него только дошло, что я сделала, и вместо слов поддержки, заверений, муж схватил меня за плечи и, резко развернув, прижал к стене спиной.
— Признавайся, что тебя с ним связывает… — хрипло выдохнул Георгий.
— Ты больной? Если ты что-то намудрил с эко, и окажется, что Артём не твой сын, я тебе вилкой проковыряю мозг, — взбесилась я. У меня ребёнка хотят отнять, а Гоша решил поиграть в Отелло. — Если бы ты не пытался всех обыграть, мы бы сами родили, но тебе же эко, здорового малыша без хромосомных отклонений подавай. Как будто мы два бомжа с Казанского, что у нас мог родиться больной ребёнок. Ты понимаешь, что твоя придурь, твоя блажь сейчас поставила под удар нашего сына? Ты это вообще понимаешь?
Я кричала. Меня била истерика.
— Если ты все это не исправишь, если ты не разберёшься с Ильвесом, я за себя не ручаюсь. Я во время развода тебя без трусов оставлю. Ты же так любишь свои компании. Ты же так дорожишь своей репутацией. Так вот. Я уничтожу все, до чего смогу дотянуться, если кто-то попробует забрать моего ребёнка!
Я пихнула Гошу в грудь. Меня всю перекорёжило. Пальцы не могли разогнуться.
— Алин… — выдохнул Георгий. — Я вообще не понимаю, что происходит. Я не понимаю…
— Марк Ильвес утверждает, что Артём его сын, — холодно сказала я и налила в стакан воды. Мои зубы стучали о стекло и норовили раскрошить его.
Когда бокал остался на столешнице, я сведёнными судорогой губами быстро пересказала сегодняшнюю встречу. Гоша темнел лицом, и каждое мое слово словно вбивало по гвоздю в крышку его персонального гроба. К концу речи Георгий весь напрягся. В его глазах взметнулось пламя, какие-то нервные движения не сулили ничего хорошего.
Гоша звонил своим юристом и долго разговаривал, в основном матом. Потом начальнику охраны, и тоже один мат.
Я сидела за столом и тупо смотрела перед собой. Под ругань мужа я немного успокоилась. Гоша заварил эту кашу, пусть и расхлебывает. Но я ему не верила все равно. И мне по-прежнему нужен Олег. Просто так Георгий будет занят Марком, и наоборот, а вот Олегу будет проще с судом и разводом.
Надеюсь, я все правильно сделала.
Хлопнула входная дверь, и я вздрогнула.
Черт. Куда его понесло на ночь глядя?
Я дрожащими пальцами снова дотянулась до мобильного. Душа вся тряслась внутри, а сердце прорывало грудь.
— Олег, наконец-то… — выдохнула я. — Боже мой Олег, это чудовищно.
— По порядку, — холодно отозвался юрист. — И добрый вечер, Алин.
— Сегодня мужчина по имени Марк Ильвес попросил сделать тест ДНК на отцовство. Вы все ещё думаете, что клиника не могла совершить подобной ошибки? — я туго сглотнула и прислушалась к тишине.
— Твою мать… — протяжно выдохнул Олег. — А вы, смотрю, всех значимых мужчин возле себя собрали, Алин?
— В каком плане? — нервно уточнила я.
— Марк Ильвес не тот, с кем хотелось бы судиться…