Прикосновение смерти

Глава 12. Смерть

Я смотрю на Персефону, злясь на нее за этот поступок, но затем по ее собственной реакции понимаю, что она не планировала этой встречи. Похоже, она так же, как и я, обеспокоена появлением Эроса.

— Эрос, что ты здесь делаешь? – спрашивает она. – Где твой брат?

Эрос ухмыляется и мне становится противно оттого, что даже я слегка подвержен его обаянию.

Я чувствую притяжение к нему, ощущаю его силу. Я замечаю каждое его движение, каждое слово, каждый взгляд. В нем есть какая-то притягательность, которую я не могу игнорировать, но ради Хейзел я должен быть настороже.

Особенно когда замечаю, как он смотрит на нее: от голода его кожа практически светится, а ведь он еще даже не знает, кто она такая.

Если я не буду осторожен, она, смертная, не сможет ему противостоять.

Ведь он – похоть, желание.. воплощение секса.

Я чувствую, как он питается энергией всех существ в этой комнате, высасывая из них желание, чтобы насытиться самому.

— Мы поменялись на время, – холодно объясняет Эрос. – Я позволил Антеросу воспользоваться некоторыми.. благами моего собственного дворца в качестве свадебного подарка. Забавно, не правда ли, как быстро искореняется вековая вражда, когда в дело вступает желание?

Персефона раздраженно хмыкает и смотрит на меня.

— Клянусь, я не знала, – говорит она. – Если бы я знала, то никогда бы не привела тебя сюда.

— Я знаю, – отвечаю я. – Ладно, давайте уйдем отсюда.

— Как это, вы же испортите все веселье! – восклицает Эрос, поднимаясь на ноги и снова концентрируя наше внимание на себе притягательностью своего голоса.

Он не спеша сходит с помоста, на котором стоит трон Антероса. Пока он перемещается среди существ, они тянутся к нему, кричат, пытаясь заставить его присоединиться к ним. Но он игнорирует их мольбы, его цель – мы.

Но несмотря на то, что он отказался, его близости достаточно, чтобы усилить их страсть и экстаз: их вздохи и стоны становятся ярче и громче, когда он проходит мимо.

Я напрягаюсь при его приближении, мои тени клубятся вокруг меня, и я пытаюсь заслонить Хейзел от него. Меньше всего мне сейчас нужно, чтобы Эрос заинтересовался ею и понял, что она смертная.

Я слышал слишком много историй о подвигах Эроса в царстве смертных, так что не могу рисковать.

Остается только надеяться, что нам с Персефоной удастся его отвлечь.

— Скажи мне, зачем ты ищешь моего брата? – спрашивает Эрос.

Персефона уже было открывает рот, чтобы ответить, но я прерываю ее взглядом и отвечаю сам:

— Тебя это не касается, Эрос. У меня дело к Антеросу, а не к тебе.

— Дело у тебя, говоришь, – молвит он, и я тут же понимаю, что сказал что-то не то, когда бледные глаза Эроса переходят на меня. Его взгляд кажется острым, несмотря на то, что я знаю: на самом деле он меня не видит.

— Нам действительно пора.. – начинает было Персефона, но Эрос поднимает руку, заставляя ее замолчать.

— Дело у тебя, значит, – повторяет он, наклоняя голову в сторону и одаривая меня ухмылкой, а в его глазах вспыхивает внезапное понимание. Вздохнув, он делает шаг и оказывается максимально близко ко мне, в то время как Хейзел стоит прямо за моей спиной. – Тогда кто это такая? Та, кого ты прикрываешь собой.

Когда я не отвечаю, его взгляд переходит на Персефону. Повернувшись к ней, он опускает голову и выражение его лица становится еще более напряженным.

— Эрос, пожалуйста, – восклицает она.

Она сильно краснеет и до крови закусывает губу, изо всех сил пытаясь противостоять его чарам.

— Ладно, поскольку никто из вас не хочет отвечать, значит, я спрошу ее сам, – говорит он. Подняв голову, Эрос закрывает глаза и драматично разводит руки в стороны.

Моя рука на Хейзел непроизвольно сжимается, и я стискиваю зубы. Я ощущаю, как внезапно обостряются все его чувства, как меняется вся атмосфера вокруг него.

— Эрос, – предупреждаю я низким голосом.

— Странно, – бормочет он, не обращая на меня внимания, и хмурит брови в раздумье, – я не встречал ее здесь раньше. В ней есть какая-то.. невинность, которую редко можно встретить среди нам подобных. Если вообще возможно.

— Именно поэтому ты должен позволить нам уйти, – мрачно говорю я.

Глаза Эроса распахиваются, и он устремляет взгляд на меня; я вижу, как в глубине его взора вспыхивает искра желания.

Он хочет Хейзел или по крайней мере хочет получить возможность завладеть ею.

— Покажи мне ее, – требует Эрос, подходя ближе. – Я должен знать, что это за существо, которое смогло обвести вокруг пальца саму Смерть.

— Не заставляй меня напоминать тебе, где твое место, Эрос, – рычу я, даже когда глаза Персефоны расширяются и она отрицательно качает головой. – Я не обязан подчиняться воле низших богов.

Эрос не обращает на меня внимания, делая еще один шаг и не отрывая взгляда от моих глаз. На его лице появляется самодовольная ухмылка; похоже, ему нравится издеваться надо мной.

— Кажется, ты забыл, Смерть, – говорит он, – на данный момент это мои владения. А значит, я не меньше бог, чем ты, или ты действительно так давно здесь не был?

— О чем ты говоришь?

Эрос делает паузу и хмурит брови в замешательстве:

— Персефона, ты не сказала ему?

— Что не сказала? – спрашиваю я, переводя взгляд с одного на другого.

— Должен признаться, я был удивлен, когда ты вошел в двери моего дворца, – говорит он, и мои глаза сужаются. – Аид был очень недоволен после твоего последнего визита в город, и мы все знатно поплатились за это.

— То, что делает здесь Аид, меня не касается.

— О, еще как касается, – насмехается Эрос, – потому что, видишь ли, он заключил сделку с Богинями Судьбы. – У меня внутри резко образуется пустота, но я не подаю никакого вида, что что-то не так, и ожидаю, пока он продолжит. – Сделку, согласно которой ты больше не являешься самым могущественным существом в Аглае.. поэтому сейчас в пределах этого дворца я – твой бог.

Эрос щелкает пальцами, и два огромных чудища внезапно вырываются вперед и хватают меня, прежде чем я успеваю среагировать. Они оттаскивают меня в сторону, оставляя Хейзел наедине с Богом Похоти.

— Эрос! Что все это значит? – кричу я, сопротивляясь хватке держащих меня существ и пытаясь выбраться, но безрезультатно.

— Смерть, – восклицает Хейзел как раз в тот момент, когда Эрос сокращает расстояние между ними и тянется к ней.