Страница 18 из 72
— Обещание, связанное с душой девушки? Боже, Боже, тебе, должно быть, было очень одиноко, – с усмешкой произносит Аид, жестом указывая на зал. – Нет, я не могу этого допустить. Она всего лишь смертная. Что подумают другие, если я удовлетворю такую нелепую просьбу? Что они тоже смогут обмануть саму Смерть, стоит всего лишь соблазнить ее? Скажи мне, насколько хороша она была в пост..
— Мы не спали, – огрызаюсь я. Ярость пылает в моих венах, словно адский огонь. Не успев подумать, я делаю шаг вперед, сжимая кулаки и поднимаясь во весь рост.
Аид наклоняет голову в сторону. Похоже, он ничуть не удивлен моим гневом, напротив, выражение его лица довольно радостное. Тем не менее это меня не останавливает. Нахмурившись, я смотрю на него, хотя сердце колотится так, словно сейчас выпрыгнет из груди.
— Я всю жизнь старалась поступать правильно по отношению к другим, – продолжаю я, – но я не позволю, чтобы мое имя осквернили подобным образом, особенно кто-то вроде тебя.
Аид на секунду отступает назад, а затем одним движением сокращает расстояние между нами. Он тянется к моему подбородку, но отступает, не успев коснуться меня, так как Смерть быстро становится рядом со мной. Мне становится тошно, когда их энергии смешиваются, обрушиваясь на меня потоком льда и ненависти.
Мое тело дрожит, но я заставляю себя крепко стоять на ногах, даже когда Аид возвышается надо мной. Я не позволю ему запугать меня, тем более когда на моей стороне Смерть.
— Потрясающе, – говорит Аид с язвительной улыбкой. – Скажи мне тогда, смертная, как же именно ты заслужила благосклонность Смерти, ежели не отдалась ему? И потом я решу, достойна ли твоя душа спасения.
Сглотнув комок в горле, я нервно поднимаю взгляд на Смерть. Он кивает, сохраняя каменное лицо, а я делаю вдох и собираю все силы в кулак.
Мне требуется немного времени, чтобы подобрать нужные слова, и я начинаю свой рассказ. Внутри меня все сжимается от воспоминаний о жизни, которую я оставила позади. От воспоминаний об отце и о том, от чего я отказалась ради его спасения. Я стараюсь донести свою историю, но при этом максимально опускаю все детали, стараясь не упоминать о своих чувствах к Смерти и о том, что он испытывает ко мне.
Аид слушает, склонив голову набок, его выражение лица невозможно разобрать.
Когда я снова замолкаю, воцаряется тишина. В это время он обдумывает то, что я ему только что сказала.
— Хм, – кивает он и, повернувшись, возвращается к своему трону.
У меня вырывается вздох облегчения, когда я наблюдаю, как он устраивается на нем. Его глаза окидывают нас со Смертью, а затем скользят по остальным придворным, в это время мы все пребываем в ожидании его окончательного решения.
Внутри меня надежда переплетается с чувством всепоглощающего страха, что он все же не поможет нам.
Как же ненавистно от того факта, что так много зависит сейчас от него или от любого из этих высокомерных богов, которых Смерть, похоже, сильно презирает. И все же мне остается только ждать и молиться, чтобы они нашли в своих сердцах причину проявить милосердие.
Спустя, казалось бы, целую вечность, взгляд Аида возвращается к Смерти.
— Должно быть, чувство вины сильно тяготит тебя, Смерть, раз ты пал так низко ради простой смертной душонки. Однако, как бы мило это все ни звучало, я не вижу веских причин освобождать ее. В конце концов ей все равно придется вернуться, – говорит он с усмешкой. – Вы заключили сделку, она была выполнена, так что теперь она принадлежит мне. Девушка останется здесь, так что я предлагаю тебе насладиться последними мгновениями и провести это время с ней. Как только я узнаю, где находится эта чертова собака, время смертной здесь завершится.. По крайней мере, с тобой.
Разочарование пронзает меня, словно кинжал.
— Идем, – нетерпеливо фыркает Смерть и, не теряя времени, тянется ко мне.
— Приятно вам провести время в городе, – с мрачной усмешкой произносит Аид, когда меня почти волоком вытягивают из тронного зала.