Бей первым, мент

Бунин глянул на свой мобильник, на мониторе не было ни цифр, ни символов. Аккумулятор разрядился до конца. Зарядное устройство, конечно же, осталось дома. Своим мобильником Карл воспользоваться не разрешил, он его не включал с того самого момента, как покинул гаражный кооператив на добитом «москвичонке». Жакан вздохнул и отправился к соседу по даче, вернулся, держа в руке серебристую дамскую трубку.

– Я человек старомодный, да и звонить-то мне некому. Своим телефоном не разжился.

Карл на эти слова только улыбнулся. Справляясь с бумажкой, Николай набрал номер Леры. Напряженно вслушивался в длинные гудки. Наконец девушка ответила.

– Але? – голос ее звучал напряженно.

– Лера, – Николай переспросил просто так, он узнал тембр с первого короткого слова.

– Кто это?

– Николай.

Возникла пауза.

– Речка. Двое уродов и потом электричка до Москвы, – напомнил Бунин. – У тебя все в порядке?

– Ясно. Я помню… – чувствовалось, что Лера не знает – радоваться ли ей возобновлению знакомства или сразу же отключить телефон, – со мной все хорошо. На дачу я больше не ездила.

– Мы должны встретиться с тобой.

– Зачем?

– Надо, – властно произнес Николай, и тут Карл положил ему руку на плечо.

– Не перегни палку, – прошептал законный.

– Я должна подумать.

– Чего здесь думать? Встретимся сегодня в городе. Я хотел бы зайти с тобой в одно место. Потом погуляем. Можем в кино сходить.

– В специальный кинотеатр для слепых?

– Зачем ты так?

– Я думаю…

Лера все еще колебалась. Однако Николай уже чувствовал – она согласится.

– Хорошо.

– Через два часа у «Варшавы» сможешь?

– Это так неожиданно.

– Только так и надо. Зачем откладывать встречу?

Потрепанный «Москвич» приехал на стоянку у кинотеатра за двадцать минут до назначенного времени.

– Ты уверен, что стоит туда идти? – спросил Бунин.

– Я никогда не делаю того, в чем не уверен, – Карл сидел за рулем машины в дурацкой летней шляпе.

– Я все запомню, – пообещал Николай, – уверен, что узнаю лица…

Карл слушал Бунина и пока одобрительно кивал.

– Хотя… – задумался законный, – они все же могли запомнить тебя в гостинице или в баре.

Карл хотел убедиться, что Бунин уже не передумает.

– И в гостинице, и в баре на мне были темные очки. Они запомнили слепого парня. Теперь же я приду зрячий и не один, а с девушкой. Даже если запомнили меня, то поймут, кто я, только после моего ухода. Ты сам мне это объяснял. Иначе зачем тогда девушка?

– Надеюсь, так оно и будет. Не подлезай так близко к стеклу, – быстро проговорил Карл, – не надо, чтобы тебя увидели раньше времени.

На стоянку заехала новенькая «Ауди».

– Она? – спросил Карл и осекся, разглядев рядом с девушкой милицейского полковника.

«Ауди» остановилась, Лера вышла из машины и, склонившись к открытому окошку, чмокнула полковника в щеку.

– Приехала на пять минут раньше, – констатировал Карл, – полкан – совпадение, но неприятное совпадение. Уж лучше бы нам перебежала дорогу черная кошка.

Полковник вел машину бережно, на прощанье он махнул рукой, сверкнув звездами на погоне. Лера, привстав на цыпочки, помахала ему в ответ и только после этого огляделась.

– Лера – дочь мента, – засмеялся Карл, – или любовница.

– Дочь, для любовника он староват.

– Были у меня девочки и помоложе, хотя я не любитель малолеток, – вставил Карл, – иди, главное, что она сама не из ментовки. Удачи.

Лера держалась не очень приветливо, она хмурила тонкие брови и кусала губы.

– Привет. Где твои темные очки и палочка?

– Сегодня обойдемся без них.

– Ты думаешь, что будет и «завтра»?

– Не знаю. Но «вчера» было, это точно.

– Даже не знаю, хочу ли я вспоминать об этом «вчера».

– Идем.

Прежде чем Лера успела опомниться, Николай заставил ее взять себя под руку и повел в метро. В вагоне было шумно, толком не поговоришь.

Уже стоя на эскалаторе, Николай неожиданно привстал и поцеловал Леру, стоявшую на ступеньку выше его. Он крепко держал девушку за талию, Лера даже не сумела отстраниться.

– Ты за этим хотел меня увидеть?

– Эскалаторы такие длинные. Многое успеваешь подумать, пока доедешь до самого верха. Многое успеваешь заметить. Сегодня ты еще красивее, – сказал Бунин и тут же мысленно обругал себя.

«Я забываю советы Карла. Нельзя приучать женщину к себе, так можно и самому привыкнуть к ней».

Лера улыбнулась, впервые с момента встречи.

– Куда мы теперь?

– Одно небольшое дело. Зайдем в офис.

– Насчет офиса мы не договаривались, ты сказал, что пойдем в кино.

– Я помог тебе на тропинке у реки. Теперь ты помоги мне. Просто немного подыграй. Я не могу прийти туда один.

Дворами они вышли к офису покойного Малышева.

– Это здесь. Ничего не говори, но ничему и не удивляйся.

Молодые люди взошли на высокое крыльцо. Бунин толкнул дверь плечом. В приемной хозяина фирмы за письменным столом, обставленным руками заботливой женщины-секретаря, сидел моложавый мужчина с зажженной сигаретой в зубах – Василий. Странно смотрелся этот крепыш-мордоворот среди миниатюрных цветущих кактусов, фарфоровых статуэток и открыток с видами европейских городов.

Петрович оказался прав, молодой эфэсбист уже отправился от шока после расстрела Кальмара и его бригады. Теперь он чувствовал себя героем, вершителем чужих судеб. Одной рукой он передвигал «мышку» компьютера, другой ловко вращал прозрачную зажигалку. Завидев посетителей, Василий нехотя отодвинул коврик вместе с «мышкой» и уставился на Бунина.

– Чего надо? – спросил он, продолжая с бешеной скоростью вращать зажигалку.

– Главный у вас там? – Бунин сделал шаг к двери кабинета хозяина.

– Тебе, парнишка, кого надо?

– Малышева, я с ним на прошлой неделе встречался.

Лера держала Николая под локоть, один вид Василия привел ее в трепет. Всякие знакомые приходили к ее отцу в дом, но подобного типа ей приходилось видеть впервые. Человек, способный убить, всегда ощущается на расстоянии.

– Был такой – Малышев, – спокойно вещал Василий, – да вот беда с ним приключилась. Убили Малышева. Бизнес – занятие опасное для здоровья.

– Не знал… – Бунин грустно улыбнулся. – Прежнего хозяина нет, но бизнес его остался. Мне главный нужен.

Настырность паренька заинтересовала Василия.

– Зачем тебе хозяин понадобился?