Киллер дает гарантию

– Когда речь идет о здоровье пациента, – произнес невысокий парень, – мы готовы преодолеть любые препятствия и входная дверь квартиры для нас не является серьезной преградой.

– Да я сейчас позвоню, и вас отсюда всех через балкон выкинут.

Бабкин потянулся за трубкой сотового телефона, который он оставил в прихожей на тумбочке, но ее тут же забрал и положил к себе в карман один из «врачей».

– Не торопитесь, Роберт Моисеевич… Если вы имеете в виду двух ваших «быков», сидящих в «Ауди», то они в ближайшее время вам не помощники, – произнес Титов. – Их мы уже обработали.

До Бабкина стал доходить смысл происходящего. Он понял, что история, в которую он попал, сильно пахнет «жареным».

– Да кто вы такие, черт возьми? – произнес он уже более примирительным тоном.

– Мы бригада санитаров, – последовал ответ. – А у вас заразная болезнь под названием патологическая жадность. Придется вам проехать с нами, для того чтобы пройти санобработку.

Костя повернулся к одному из своих подручных и сказал:

– Принеси ему что-нибудь надеть, а то нехорошо как-то – совсем уж голый.

Помощник кивнул головой, вернулся в комнату и, недолго думая, сорвал с девицы розовое атласное одеяло. Та вскрикнула и, прикрывшись подушкой, забилась в угол кровати. Однако «санитар» не обратил на нее никакого внимания, возвратился в коридор, накинув там на плечи Бабкина одеяло.

Костя еще раз скептически осмотрел Бабкина и произнес:

– Ну, по крайней мере теперь он не замерзнет. Вперед, – скомандовал он Бабкину, – будешь орать, звать на помощь – убью.

Бабкин, понимая, что попал к серьезно настроенным людям, молча подчинился. Надев домашние тапочки, он вышел из квартиры. Вся его надежда была на двух охранников, поджидавших его у подъезда. Они не могут не заметить проходящего мимо них Бабкина и наверняка придут на помощь.

Но, увы, помочь своему шефу охранники не могли. Несмотря на то что к этому времени они уже очухались, они могли лишь тоскливым взглядом проводить своего шефа до «рафика». Рты их были заклеены пластырем, а руки связаны за спинкой сиденья автомобиля.

Когда Бабкина погрузили в «рафик», он с удивлением обнаружил, что он не один такой. В машине находилось еще трое людей, по виду которых можно было определить, что они все пленники. Помимо Бабкина, здесь был еще один мужчина в спортивном костюме и тапочках, со следами побоев на лице. Видимо, как и Бабкина, его выцепили из домашнего уюта, но он в отличие от Роберта Моисеевича пытался оказать сопротивление. Двое других мужчин были одеты в костюмы, но сразу было видно, что они давно их не снимали. На лицах обоих была заметна двухдневная щетина.

Все пленники сидели в «рафике» со связанными руками и ногами. Однако Бабкину руки связывать не стали, поскольку он ими придерживал единственную деталь своего наряда – розовое атласное одеяло.

– Господа, – сказал Костя, – нам предстоит некоторое время провести в пути. Настоятельная рекомендация: вести себя прилично. В противном случае вам придется сильно об этом пожалеть. Возможно, жалеть придется всю оставшуюся жизнь.

«Рафик» тронулся и, набирая скорость, помчался по улице. Минут через двадцать миновал границу города и помчался по пригородной трассе.

– Куда нас везут? – спросил любопытный Роберт Моисеевич.

– На скотобойню, – меланхолично ответил один из «санитаров».

– За-зачем? – заикаясь, произнес Бабкин, которого прошиб холодный пот от полученной информации.

Ответа не последовало, и пленникам предстояло лишь гадать, что с ними там будут делать. Наконец «рафик» въехал в какой-то заброшенный двор, огороженный бетонным забором. Двор примыкал к одноэтажному кирпичному зданию.

«Рафик» остановился у входа. «Санитары» стали один за другим выводить пленников и заводить в здание, где их принимали еще несколько человек, лица которых были скрыты вязаными шапочками с прорезями для глаз.

Здание представляло собой скотобойный цех, которым давно уже не пользовались, но где еще сохранились остатки технологических линий.

Костя зашел в цех последним и, оглядевшись по сторонам, остановил свой взгляд на пленниках, сбившихся в кучку.

– Ну что, на дыбу их, что ли, вздернуть? – громко спросил у Кости один из его помощников.

– Да нет, пожалуй, не надо, – произнес Костя. – Так поговорим. Кстати, а где пятый? – спросил он. – Давайте сюда и пятого.

Через несколько секунд из помещения старенькой конторки вывели еще одного пленника со связанными руками. Из одежды на нем были брюки и белая рубашка с короткими рукавами.

– Ну вот, теперь полный комплект, – произнес Костя. – Дайте господам ящики, чтобы они могли сесть, и, пожалуй, начнем… Итак, господа, – сказал он, как только пленники были усажены на ящики, – чрезвычайное заседание клуба крупных должников предлагаю считать открытым. На повестке дня один вопрос, а именно, долги ваших фирм предприятию под названием «Боровиковский карьер».

Костя снова оглядел всех и с удовлетворением заметил, что они, словно завороженные, следят за каждым его жестом.

– Вы спросите, почему именно чрезвычайное, – начал Костя. – Да потому что богатейшее предприятие находится на грани банкротства и разорения. И это во многом из-за недобросовестных некоторых его партнеров, в том числе и вас, уважаемые господа. Именно поэтому пришлось вас собрать в таких экстремальных условиях. И именно поэтому вас, Юрий Петрович, и вас, Максим Владимирович, пришлось против вашей воли выписать, так сказать, из других городов, оторвав от многих важных дел. А вас, Роберт Моисеевич, оторвать, можно сказать, от самого святого для мужчины занятия и привезти сюда.

Костя с сочувствием посмотрел на Бабкина. Однако от этого сочувствия легче Бабкину не стало. Несмотря на то что он закутался в одеяло, его колотил озноб и все тело покрылось холодным потом.

– Ни-ничего страшного, – все же выдавил он из себя, обращаясь к Титову, и добавил: – Если это, конечно, ненадолго.

– Не волнуйтесь, – заверил Титов Бабкина, – уверяю вас, ненадолго. Мы скоро закончим.

Однако последняя его фраза прозвучала как-то зловеще, и от этого у Бабкина застучали зубы.