Страница 67 из 68
Эдер среагировал быстрее, закрыв собой, и напал на монстра одновременно, вонзив в ее тело когти, что выпустил из руки, позволил своей второй ипостаси проявиться.
— Душа моя, ключ! — крикнул он.
Я кинулась к сумке Марисы, в который она кинула карту, по которой прошла в закрытую комнату.
— Нет! — взревела Мариса, быстро сообразив, что мы задумали, но Эдер уже пропорол ее насквозь, а потом… Артефакты взлетели с пьедесталов, кружась вокруг него вихрем света. Кристаллы лопались, свитки вспыхивали, мечи гнулись — вся магия Коллекционеров текла в него, как река в океан.
Мариса взривела, монстр в ней умирал от боли, и Эдер добил эту субстанцию, вспоров когтями насмерть.
— Душа моя, создай корунды, — выдохнул Эдер, продолжая впитывать силу артефактов, что рассыпались в пепел.
Я сразу же послушно создала острые корундные иглы и вскинула их в воздух. Эдер усмехнулся, подмигнул мне и перехватил их своей магией, а затем поджег алым пламенем своей силы и запустил в закрытые коробы, где хранилось остальная часть артефактов.
Все загорелось. Заискрило силой. Я замерла перед величием Эдерхарда.
Я полюбила мужчину, но сейчас передо мной стоял сильнейший маг.
Он вынул из ладони Ночной Глаз и подкинул вверх, направив в него и алую линию, которая обрисовал арку, с навершием из Ночного Глаза.
Портал…
Внутри него исказилась картинка, размылась, разрывая реальность. За ним виднелись башни Аравэна, озаренные двойным закатом.
— Ты уходишь домой? — прошептала я, но Эдер покачал головой:
— Нет. Мы уходим домой, душа моя. Нужно закончить спасение миров.
Демьян ворвался в хранилище, волоча за шиворот оглушенного охранника.
— Еле прорвался, — рыкнул он раздраженно, а затем увидел Аравэн и замер.
— Быстрее, Демьян, — протянула я руку. Демьян ухватился за нее и шагнул за мной в портал.
За нами вошел Эдер, втягивая за собой Ночной Глаз.
Полотно реальности Аравэна вздрогнуло, приветствуя своего единственного короля, а монстры…
Все расщепило от силы Эдерхарда фон Нахта.
Я всмотрелась вдаль. Там, за холмом виднелся небольшой форпост с башенками, на которых яркими лоскутами колыхались праздничные знамена Эдерхарда — черные с золотом змееподобные драконы с перепончатыми крыльями, что являли собой прошлое, и личные знамена Нахта — черные огромные волки, с исходящими из их спин тремя пиками, как шипы, грозно скалили пасть.
— Регина справилась, — сказал Эдер и обнял меня.
— Мы все справились, — поправила моего мужа. — Мы — молодцы. Но свадьбу придется отмечать два раза.
Эдер поцеловал меня в висок и улыбнулся.
— Праздновать будем не меньше десяти раз, столько, сколько было петель, хотя я уже сбился со счета.
Теперь я улыбнулась и обняла Эдера крепче.
— Все как захотите, мой король. Десять так десять. Пора принести в этот мир радость.
Да, радость и мирную жизнь.
И любовь.