Страница 52 из 68
Глава 25 Охота Невест (Первый тур)
За те самые три дня мы прибыли на место сбора участниц и ее советников, которые потом награждались королем наравне с победительницей. Со мной приехал, конечно, граф Олдерон, Илия, и Демьян под чужой личиной, как и я.
Мы выглядели белокурыми молодыми людьми, братом и сестрой, и на фоне Бирна смотрелись совсем молоденькими.
В повозке я тихонько спросила у него, зачем же нас сделали такими юными, Бирн честно признался, что на это хватило амулетов Малдора.
— И не переживай, они сильные, никакая магия не сможет убрать твою маскировку.
— Надеюсь, что так, иначе это будет катастрофой.
— Успокойся, — сказал мне Бирн, склонившись к плечу. — Ты со всем справишься.
Такие простые слова, но так помогали мне держать спину прямо, а взгляд демонстрировать уверенный. Как и полагается молодой самоуверенной девице Лавинии Олдерон. Я ведь была аристократкой.
Но привычки так быстро не появляются, поэтому Охота Невест началась со скандала.
Одна из участниц отказалась выходить из своего шатра, которые расставили на опушке около старта игры. И как оказалось все из-за меня.
По правилам Охоты все заявленные участницы обязаны были принять участие, в качестве пропуска допускалась только смерть, даже не серьезно увечье. Семь заявились, семь и должны переступить магический старт. Из быстрых объяснений Бирна я лишь поняла, что это необходимо для запуска всех амулетов и магического контура. Так что новость, что одна из участниц отказывается пересекать контур из-за меня, подняла целую волну недовольства.
— Граф Олдерон, вы только прибыли, а уже учинили настоящий скандал! — возмущался представитель леди Милисенты и по совместительству ее отец.
Советники Тифании, Элинор и Розамунд тоже не остались в стороне. Молчал лишь советник той самой девицы, что не вышла — Кирстин — протеже Адлара.
— Что здесь происходит? — вдруг вмешалась участница по имени Исмэй. Самая зрелая из нас. Ее цвет волос меня сразу поразил — белоснежный, словно чистый снег, а глаза — как лед. Я бы не удивилась, если бы она прибыла с самого холодного кусочка земли королевства, но такого тут не было, если верить старинным книгам монастырской библиотеки, что я изучала в аббатстве.
Значит, такая внешность была отражением силы девушки.
— Исмэй, не вмешивайся, — начал ее советник, но она остановила его рукой.
— Участница устроила капризы, а обвинила мою подопечную, леди Исмэй. И я бы мог списать все на нервы, но вряд ли, у Кирстин Гуар есть хоть что-то девичье. И лично я вижу в этом саботаж и клевету, — ответил Бирн.
Исмэй перевела взгляд на советника Кирстин.
— Говорите прямо, лорд Гуар, почему ваша подопечная устроила спектакль?
Я лишь через секунду поняла, леди Исмэй применила магию. Шлейф холодного колючего ледяного потока, сравнимый с замороженной стеклянной крошкой. Она обладала магией материи, но для меня стало открытием, какова была сила этого дара — леди Исмэй могла заставить сказать правду, в прямом смысле применить «сыворотку правды».
Невероятно!
И похоже шлейфом потока задело и других участников беседы, а судя по лорду Гуару, то он был готов зубы скрошить, но не отвечать.
— Ваша чертова магия уже всех достала, Исмэй! Вам нужно запретить ее использовать! Иначе невозможно будет хранить секреты. Да, это спектакль, чтобы создать проблем лорду Олдерону и его подопечной. Говорят, что она протеже короля, а не просто какая-то девица из деревни. Я буду писать нашему советнику, лорду Вайсу, чтобы он устроил проблемы вашему роду, а вы вылетели после Третьего тура с позором.
Все это лорд Гуар прошипел, провыл, покраснев от злости, но не смог удержать в себе.
Бирн громко захохотал.
— Я вас расстрою, лорд Гуар, но у леди Исмэй самая обыкновенная магия материи, стекло, знаете ли, действует не на всех. Оно преломляет магию только внутри мутного и поганого мага. Такова особенность любого стекла. В «чистом воздухе» и преломлять нечего.
Это было настолько грубо, что я не удержалась от восхищенного вдоха. Как и леди Исмэй стрельнула пронзительным взглядом в Бирна и улыбнулась.
Лорд Гуар зажевал свою за перчатку, чтобы не сказать лишнего — итак наговорил достаточно.
— Что ж, я услышал достаточно, — голос у говорившего был низкий и властный.
А еще очень знакомый.
Все обернулись и сразу же склонились в поклоне, только я замешкалась, увидев любимое лицо — Эдер замер на мне тяжелым взглядом, и тот вмиг потеплел. Он почувствовал меня моментально, словно и не было на мне никакой чужой личины.
Я поклонилась, а король Аравэна продолжил говорить:
— Так как в магический контур уже внесены все участницы, исключить вашу подопечную, Гуар, я не смогу, но не ждите от меня добрых пожеланий. Остальным же пожелаю сильного духа. Раз я заявил свою кандидатуру, как приз, то открыть эти игры должен сам. Заодно и познакомлюсь со всеми участницами. Мои помощники скоро накроют праздничный обед, а вечером начнется Охота. Советую больше не устраивать спектаклей.
Эдерхард махнул рукой с массивным перстнем, давая сигнал своим верным слугам, а сам направился к неприметному военному шатру. Лишь на одно мгновение, проходя мимо меня, он взглянул в мою сторону и слегка улыбнулся, буквально слегка приподнял краешек губ, но мне было достаточно и этого, чтобы ощутить разливающееся тепло на сердце.
Все проводили короля Аравэна в молчаливом поклоне и только когда он скрылся в своем шатре, советники ожили.
— Я этого не забуду, Олдерон, — проговорил с неприятной обидой советник Кирстин.
— Как видите, слухи про то, что моя Лавиния — протеже короля, изрядно преувеличены, так что я не понимаю, что вы собираетесь мне не забывать, Гуар. Пожалуй, это мы все не забудем вам тот беспорядок, который вы решили учинить перед стартом Охоты. Не путайте священную игру с вашими придворными кознями, здесь не место глупым играм за влияние.
— Как вы заговорили, Олдерон. А сами приперлись сюда не жену ли себе искать из Охотниц? На светские рауты вас уже никто из-за вашего поганого характера не приглашает, так вы решили таким путем пойти?
— Я, как истинный вассал короля, посещаю только королевские праздники, Гуар, и вам об этом прекрасно известно. С разной возомнившей себя высокими родами шушерой я не якшаюсь.