Страница 38 из 208
– мстительно попросил Иррес.
– С тобой поедут Онт и Мхян. Онт уже стар, пора ему на покой. А Мхян молод, у него вся жизнь впереди и шанс выбиться в лучшую жизнь. Так что никого не удивит, что они уехать решили. Сразу не поедете, а то заподозрят, что бежите. Через неделю как раз посыльный дракон прибудет, вот с ним и полетите. Быстрее доберётесь. Ты чего делаешь?
Хаварий с недоумением смотрел, как Лирка заливает в кожаную перчатку молоко. Хабдир тоже старательно хмурил брови. Даже почти искренне, потому что действия женщины не были ему понятны.
– Кормить нужно, – коротко отозвалась Лирка и, оставив перчатку на столе, ушла в спальню.
Вернулась она с сереньким кульком в руках. В ворохе льняных пелёнок и шерстяных одеял было видно только помятое личико с закрытыми глазками.
– Это что?.. – начальник заставы аж приподнялся на месте.
Лирка непонимающе вскинула брови и, усевшись, сунула указательный пальчик печатки в рот малышки. Дёрнула бантик, и девочка зачмокала молочком.
– Ребёнок это. Не слышали ещё? – женщина вопросительно посмотрела на мужчин. – Ёрих вечером принёс.
– А он где взял? – «изумился» Хабдир.
– У себя на пороге нашёл. Говорит, подбросили. Но клянётся, что не его.
Мужчины торопливо подошли и нависли над Лиркой, всматриваясь в личико малышки.
– Вот кобель! – недовольно выдохнул Гед. – Да ты на неё глянь, аж прям с него мордахой! Не его…
Лирка с сомнением всмотрелась в покрытое красными пятнами лицо. Лично она не угадывала ни одной схожей черты. Да и очертания-то ещё были помятыми, и сам внешний облик ребёнка менялся с каждым часом. Неизменным оставалось только красное родимое пятно над левой бровью, которое, приложив долю фантазии, можно было принять за ромашку с тремя лепестками. Ну или просто за кляксу.
– А мамаша-то, – продолжал хаварий. – Додумалась, подбросить дитятко на порог беспутному мужику! До храма бы уж донесла!
– Не такой уж и беспутный, – обиделся Хабдир. – В канаву же не скинул.
– Ага! Зачем канава, если Лирка есть? Чего делать-то с ней?
– А что можно сделать? – Лирка зыркнула на хавария, и тот невольно сглотнул под тяжёлым, упреждающим взглядом. Медведь внутри заворчал и поспешил отступить перед самкой с детёнышами.
– Ну… я имею ввиду… На драконе её такую мелкую как везти? – вывернулся Гед.
– Горячильными камня обложит, – отмахнулся Хабдир, а вот Лирка обеспокоенно нахмурилась. – Зато теперь её отъезд правдивее смотрится. С малым ребёнком она службу нести всё равно не сможет. Вот и скажем, что едет доучиваться, пока дитяти подрастает.
– И то верно!
Ребёнок вдруг капризно сморщился, выплюнул обслюнявленный пальчик и начал как будто выворачиваться из пелёнок. Лирка замерла, надеясь, что девочка заплачет. Её пугало, что ребёнок ещё ни разу не плакал. Но малышка с хрустом потянулась… и начала меняться. Головка вытянулась, покрылась серо-бурой шерсткой, глазки закрылись и слиплись, ушки маленькими треугольничками вздёрнулись вверх.
Лисёнок активнее заворочался в пелёнках и заскулил.
– Ну вот! – Гед хохотнул. – А он ещё говорит не его. Вся в папашу-лиса!