Печать безумных. Безымянные

Глава 6. Жреческая печать

К товарищам Хабдир, Ёрих, Нарий и Лирка вернулись почти четыре часа спустя. Мхян встревоженно осмотрел каждого. Самый молодой и эмоциональный он никак не мог привыкнуть, что лазутчики могли уйти даже не на часы, на несколько суток, и придумывал различные беды. Остальные лишь заинтересованно вскинули брови, но виларий коротко распорядился двигаться на запад и искать подходящее место для укрытия. Уйти сегодня на заставу точно не получится. Хоёторцы встревожены как пчёлы, у которых дупло с мёдом разворошили, и шныряют по округе.

Менее, чем через час, подходящее место нашлось.

– Ну почему именно здесь? – жалобно ныл Мхян, нервно косясь на дерево.

– Если ссышь, просто не подходи близко, – хмыкнул Ёрих, но сам тоже обошёл древо с жралами по большой дуге.

– Зато сюда местные не сунутся, – глухо произнёс Хабдир.

– И наши тоже, – добавил Онт.

Взгляды всех скрестились на Лирке, которая когда-то впервые предложила переночевать рядом с жральным деревом. Мол, слышала от старожилов, что самого дерева и его плодов бояться не нужно. Нужно бояться только сорванных фруктов. Дерево вроде бы как мстит за насильно оторванных деток.

«Трусы»,

– ехидно протянул тот самый «старожил».

Само дерево с жралами выглядело волшебно. Увидев его впервые, Лирка не хотела верить ехидному Ирресу, что именно вот из этих жёлто-зелёных плодов появляется прожорливый кошмар. Изящно перевитый желтовато-золотистый ствол, увенчанный округлой шапкой из ветвей и оранжево-песочной листвы. Среди удлинённых ладошек-листьев как игрушечки покачивались зеленовато-золотистые, словно слегка светящиеся плоды. Не очень большие размером, как дикие яблочки. Форма только более вытянутая, кожица бархатистая и ни одного следа завязи.

«Пожирали, сухляды, прямо зелёными! – дух ядом исходил, когда рассказывал историю волшебного дерева. – Подчистую обирали, будто для них посажено. Не следить же за всеми? Так что босѝка теперь сама себя защищает».

Интересно, местные-то помнили настоящее название дерева или тоже родителем жрал называли?

Лирка склонилась, высмотрев в траве сочно-жёлтый бок, и, подняв фрукт, жадно впилась зубами в него. Рот мгновенно наполнился кисловатой сладостью и слюнями. Против воли вырвался сладострастный стон.

– Да когда ж ты кончишь жрать что ни попадя! – в сердцах бросил Хабдир.

– Оно само упало, – продолжая жевать, отозвалась Лирка, – можно есть.

– Как можно есть то, что нас жрёт? – недоумевал Мхян.

– Не любителям медвежьих лап об этом говорить, – женщина беззлобно хмыкнула, припомнив событие недельной давности, когда на заставу притащили тушу огромного медведя, промышлявшего в окрестных деревнях оборотнеедством.

Парень вспыхнул, но на Лирку всё равно смотрел неодобрительно. Та же присела и выбрала из травы ещё с десяток плодов пожестче, чтобы в дороге не помялись. Ханён тоже их любил. Раньше Лирка и Эдару приносила. Пока Ёрих не просветил её друга, чем его угощают.

«Как они ещё с голоду не подохли с такой переборчивостью?»

– недоумевал Иррес.

Косточку – белую, а не чёрную, какая остаётся после жрал – Лирка запихнула в один из поясных мешочков.

– Чего вы там услышали? – поторопил Онт Хабдира, когда закончили осматривать местность и все собрались под сенью кустов.

Лирка села поближе к дереву и продолжала выбирать из травы фрукты. Иногда попадались жёлтые плоды с красными крапинами, которые упали не сами, а были сброшены птицами. Они чуточку горчили, но женщине нравился терпкий привкус. Белые косточки с чёрными разводами она тоже хозяйственно собирала.

– Тёмные, Лирка, их даже местные не едят, – попытался урезонить её аппетит виларий.

– Может, и едят. Я не спрашивала, – отказываться от удовольствия оборотница не собиралась. Босика попадалась не так часто. А вот жралы каждую третью вылазку.

Местные шаманы любили устраивать салейским приграничникам и заодно всем остальным хоёторцами такие милейшие сюрпризы. Из специально сорванного плода жрало вызревало на второй день. И хорошо, если вызревало не в животе. Достаточно положить сорванный плод в нужном месте, и ловушка готова. Порой жрал выставляли в качестве охраны, например, около священных объектов. Особенно это было принято среди кочевого населения Хоётора, чтобы в их отсутствие никто не смел покуситься на святыню.

Жрало сперва очень маленькое, в локоть длиной. Но уже после первой трапезы оно вымахивало до полусажени и дальше расло медленнее. Самое большое жрало, которое видела Лирка, имело две с половиной сажени в высоту. Виларий утверждал, что ему попадало и трёхсаженное. Болтун Ёрих клялся, что видел в одном поселении рядом с шаманским шатром чудище в пять саженей ростом, а потом ругался с Нарием, который заподозрил, что Ёрих путает сажени и локти.

– Главное, чтоб не сажени и вёрсты, – хохотнул Вехна.

Когда все наконец уселись, виларий тихо-тихо произнёс:

– Крысаки кокнули жреца и, кажись, печать умыкнули.

Повисла поражённая тишина. Забывшись, Мхян сложил губы, чтобы присвистнуть, но сидящий рядом Сендар вовремя вправил ему оплеухой мозги.

– Жрец-то какой? – горячо уточнил Вехна.

– Обычный.

Лекарь разочарованно выдохнул, но огонь в глазах гореть не перестал.

Сколько бы боёв не было между хоёторцами и салейцами, ни разу не удавалось перехватить жреческую печать. Легендарный атрибут, по слухам едва ли не мощнейший артефакт, хотя подтверждений тому не было. Но хоёторцы так тряслись над печатями, что хочешь не хочешь, но задумаешься о их важности.

Сорок девять лет назад в боях за Арван-Ё погибло много жрецов. Но печати при них не находили ни разу.

– А разница какая? – не понял Мхян.

– Какая разница между Главным, Верховным и обычным жрецом? – Ёрих посмотрел на парня как на идиота, и тот стушевался. – Может, в статусе и силе?

– Да это и так понятно, – обиженно протянул посыльный. – Я про печать.

– А это одни Тёмные знают! – фыркнул вредитель.

Лирка молча с ним согласилась. Тёмные наверняка знают. Иррес внутри хмыкнул.

– В руках бы хоть раз подержать, мож, и поняли бы что, – Хабдир вздохнул. – Хоёторцы теперь на ушах. Крысаков вроде всех перебили, кроме одного. А печати нигде нет. То ли перед смертью сам жрец спрятал, то ли крысаки куда заныкали. Хуанисайский жрец почему-то уверен, что сама найдётся. Говорил, что главное крысаков перебить. А вот колдун его мечется. Явно лапы наложить хочет.

– А нам-то чего с этой печати? – Мхян явно был разочарован.