Печать безумных. Безымянные

– Бабушка, у неё вчера было много работы, а ночью она с хайнесом участвовала в облаве, – с радостной улыбкой выгородил её Викан.

– Это которая у Рышныев была? – с интересом спросил кто-то.

– Руахаш, с хайнесом ты на эту девочку спорил, а? Куда вы её заныкали?

Большое семейство вновь зашумело и загалдело. Лирке ещё не доводилось присутствовать при собрании такой большой семьи. Нет, прошлый раз они, наверное, тоже были тут почти в полном составе, но Лирка в своём раздрае не обратила внимание.

– Подойди сюда, – госпожа Жадала требовательно её поманила и чуть ли не силой усадила между господином Руахашем и господином Шидаем. – Бери ребёнка на руки.

– Прости, – жрец сгрузил удивлённо хлопающую глазами Миану на колени Лирки, и та поспешила придержать ребёнка.

При взгляде на круглое розовое личико и ещё сильнее позеленевшие глаза нутро окатило тепло, и женщина осторожно ощупала окрепшие ручки и ножики. Девочка радостно улыбнулась, то ли узнав, то ли одобрив ласку. Лирка вспомнила ночь, когда малышка оказалась в её руках, завёрнутая лишь в материнский платок. Тогда ей было до горечи жаль ребёнка, оказавшегося в таком тяжёлом положении. Сейчас же девочка ничуть не напоминала дитя, за жизнь которого боялась его бедная мать. Одетая в роскошные одёжки, спокойная, сытая и радостная она походила на долгожданного ребёнка богатого, родовитого семейства.

– Будешь названной матерью, – тоном, не располагавшим к возражениям, заявила Жадала.

– Опасный статус, – господин Шидай подмигнул ей. – Можешь стать мачехой Ранхаша.

– У нас с господином Руахашем не такие отношения! – яростно возразила Лирка.

Но, глядя на лица присутствовавших, поняла, что ей никто особо не верит. И даже испугалась, вспомнив сотню раз слышанные заявления, что Вотые своего не упустят, что если они чего-то хотят, то получают, что от них не спрячешься и не убежишь… Видимо, сейчас благородные представители семьи Вотых были готовы поддержать эти слухи.

– Хватит её пугать, – госпожа Жадала строго, но всё-таки не так строго, как раньше, посмотрела на потомков. – Милая, мы в большом долгу у тебя. Благодаря твоим усилиям наш Руахаш стал отцом.

Боги, как двусмысленно это звучало…

– Рождение дочери в семье Вотых всегда большое событие.

– Ты станешь моей бабушкой? – Хамин, прищурившись, уставился на Лирку.

Та в отчаянии посмотрела на Викана, который делал вид, что парк за окном интересует его больше.

– О! – вскинув взгляд на возглас, Лирка едва ли не посерела, увидев того, для разговора с которым влезала в это логово. – Госпожа, какая удача, что вы заглянули. Можете уделить мне несколько минут?

– К-конечно, – девушка передала ребёнка господину Руахашу и торопливо зашагала к старому консеру.

Только они скрылись за дверью, и Шидай, заинтригованно изогнув брови, взглянул на Руахаша:

– Майяри-то за тебя порадуется, а вот поганец Мадиш ославит тебя как извращенца, увлекающегося молоденькими девочками.

– Между мной и госпожой Лиркой нет романтических отношений, – терпеливо, но уже устало отозвался жрец.

Викан, пользуясь тем, что тот не видит, отчаянно замотал головой и под жадными взглядами родственников страстно поцеловал невидимую даму.

***

Господин Шерех галантно пропустил гостью в свой кабинет и, плотно прикрыв дверь, уселся напротив неё в кресле. Дружески улыбнулся, отчего Лирка только сильнее напряглась.

– Рад, что уважила старика и приехала поболтать. Слышал, во дворце много работы?

– Не больше, чем на границе.

От проникновенного взгляда было слегка не по себе.

– Майяри очень переживала за тебя, хорошо, что ты вернулась. И не одна.

Он Миану имеет в виду или Ханёна?

– Руахаш поделился со мной твоими опасениями насчёт малышки.

– Он рассказал всё? – напряглась женщина.

– Конечно. Но это не выйдет за пределы нашей семьи, – успокоил её господин Шерех. – Руахаш говорил, что ты хотела стать ей матерью.

– Увы, у меня не получилось.

– Детям порой требуется больше времени, чтобы принять новых родителей.

Лирка заподозрила, что Викан не поделился с дедом, какие именно отношения есть между ней и господином Руахашем.

– Простите, но подозреваю, что вы думаете, что я могу иметь виды на господина Руахаша, – прямо заявила женщина.

– Зачем так грубо, – посетовал старый консер. – Имеешь, не имеешь… Это ваше и только ваше дело…

– Не имею, – Лирка дерзко перебила его, едва сама не испугавшись своей смелости. – Господин Руахаш очень помог мне одиннадцать лет назад, когда у меня начались душевные проблемы после пережитого в Подземном городе. Он милосерден. Он был тем, кто поддержал мой брак, и не оставил меня без помощи, когда я овдовела. Он был наставником моего мужа Весхалия. Наверное, господин Руахаш рассказывал вам, что от него отказалась его семья Шиндый…

Расчёт оказался верным. Господин Шерех ярко сверкнул глазами и заинтересованно подался вперёд. Лирка была уверена, что господин Руахаш, уважительно относящийся к чужим тайнам, ничего и никому не говорил о Весхалии. И сейчас она могла воспользоваться ошеломляющей новостью, чтобы развеять или ослабить слухи, которые начали формироваться вокруг неё и главного жреца Ваирака.

– Господин Руахаш просто оказывает помощь вдове своего ученика. Я не думала, что он так привяжется к Миане и что из-за этого мы окажемся в такой неоднозначной ситуации. Но я рада, что малышка обрела крепкую и любящую семью. Лично я не могу дать ей столько, сколько может дать семья Вотых…

– Ты вышла замуж за единственного наследника семьи Шиндый? – переспросил господин Шерех.

Лирка умолкла и попыталась изобразиться растерянность.

– На тот момент он уже не был наследником. Вы… не знали? Господин Руахаш не говорил?

– Он трепетно хранит чужие тайны.

Старый консер по-новому взглянул на неё, с неприятным холодным блеском в глазах. Лирка почему-то решила, что подобный взор может предвещать неприятности.

– Твой сын из рода Шиндый?

– Нет, – Лирка разозлилась. – Он не Шиндый и никогда им не будет! Весхалий вошёл в мою семью, и, если я… мы получим имя, то он будет моим наследником.

Оборотень задумчиво постучал пальцем по деревянному подлокотнику. Лирка занервничала ещё больше, и заметивший это консер виновато улыбнулся.

– Прости старика, – покаялся он, – я ничего такого не имел в виду. Конечно, Ханён только твой. Ты приводи его как-нибудь сюда… как-нибудь в ближайшее время.