Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 108 из 208

– Ночью неожиданно умер старый консер Ахриший, фигура весьма знаменитая, так что мы отправляемся почтить память умершего. Проверенные письма оставишь здесь, не забудь закрыть комнату. После этого спустись в лекарское крыло и найди господина Викѐда. До конца дня поступаешь в его распоряжение, будем потихоньку давать тебе новые обязанности.

– Слушаюсь, господин.

– И не влезай в неприятности, – взгляд хайнеса потяжелел. – Не выслеживай никого, ни за кем не бегай, ни на кого не прыгай и не дари никому поцелуев жизни.

– Даже вам?

Иррес, гад! Зачем?!

«Я поддерживаю твоё стремление быть женщиной»,

– глумливо пропел дух.

Брови хайнеса приподнялись.

– Простите, – повинилась Лирка. – Мой язык – мой враг.

– Вот и не высовывай его лишний раз, – посоветовал Сильнейший. – Хорошего дня. Надеюсь, не увидеть тебя на похоронах.

Дверь за ним закрылась, и до слуха Лирки донёсся голос Саврия:

– Я сейчас дам распоряжения Лирке, и мы можем отправляться.

– Я уже распорядился, пошли.

«Знать бы, о чём он думает…»

Да, было бы неплохо.

***

Господин Викед оказался добродушным оборотнем-зельеваром весьма преклонного возраста. Несмотря на солидный срок жизни, он ещё был довольно крепким стариком, бойким и по характеру даже молодцеватым. Увидев молоденькую девушку, он лихо подкрутил седые усы и пошутил, что очень жаль, что ему со дня на день уже умирать. Иррес в ответ пошутил, что совсем не против овдоветь второй раз.

«Из тебя юмор сегодня так и сыплется»,

– господин Наэш был недоволен.

Мастер Викед оценил способности Лирки в составлении наиболее популярных и нужных зелий и решил, что делать ей у него нечего. И отпустил гулять. Именно гулять, напутствуя:

– Нельзя такой прелестной девчуле во вдовах ходить. Иди красуйся. Глядишь, найдётся смельчак, который со службы этой собачьей тебя украдёт.

«Хайнесовой птахи на него нет,

– ворчал Иррес. –

Будто замужество – это венец достижений и желаний!»

«Семья должна строиться с мужем,

– господин Наэш был крайне консервативен в данном вопросе. Возможно, из-за трагичной судьбы собственного сына, о котором он узнал слишком поздно. –

Неправильно, если все тяготы воспитания и охранения ребёнка несёт на себе только мать. Женщина в заботе о ребёнке забывает о себе. Посмотри на Лиркаю, у неё же почти напрочь засох инстинкт самосохранения».

«Ты неплохо его замещаешь»,

– съехидничал дух.

«Не будь эгоистом, Иррес».

Боги, да что они сегодня с самого утра то про близость, то про женскую природу, то про замужество?! Ей даже спрятаться от них некуда!

«Я эгоист, а ты ретроград!»

– не остался в долгу Иррес.

«Даже Ханён размышляет более зрело, чем ты. Он прекрасно понимает, что маме нужна поддержка».

«Это потому, что ты вдолбил ему эту мысль в голову!»

Кажется, всё бодренько катилось к ссоре. Лирка стиснула зубы, чтобы удержать стон. Что вообще могут понять люди, заявляющие, что они не в ладах с собой? Они точно не были в ситуации, когда четыре разума, занимающие одно тело, переругались между собой и старательно отмалчивались. Ну ладно, три разума: с господином Наэшем Лирка никогда не ругалась, а он ссорился только с Ирресом. Зато дух умудрялся выйти на конфликт даже с Шани, которую вообще-то уважал и немного побаивался.

Лирка заподозрила, что ночью, пока она спала, подселенец выходил из её тела и между бывшим хайреном и духом был какой-то разговор. А нынешнее пререкание – его продолжение.

– Эй, Лирка!

Женщина замерла у выхода на лестницу и, обернувшись, увидела Викана в сопровождении премилой рыженькой женщины. Уже очень хорошо беременной женщины. Иррес мигом потерял желание спорить и преисполнился сочувствием к будущей матери.

– Отлыниваешь от работы? – оборотень ехидно прищурился.

– Меня от неё освободили, – Лирка продолжила с интересом осматривать женщину, которая отвечала ей таким же живым интересом.

– Госпожа Лийриша, рад вам представить второго мага хайнеса, госпожу Лирку, доблестного представителя салейской армии! – торжественно представил Викан. – Лирка, познакомься, это хайрени Лийриша, бывшая хайнеси, жена господина Иерхарида и мачеха нашего блистательного хайнеса Узээриша.

Магичка мгновенно смутилась и отвела взгляд, чем потешила женщину. Весело прищурив зелёные глаза, та хихикнула.

– Рада познакомиться, госпожа.

– Да не стоит так официально. Ты друг Викана, а с Виканом мы на «ты».

Лирка в очередной раз припомнила ответ Майяри на вопрос, почему они дружат с Мадишем, Лироем и Эдаром. Видимо, с Виканом та же ситуация.

– Так значит это на тебя Ришик вчера жаловался? – госпожа Лийриша аж ладошки потёрла от предвкушения.

На самом деле Лирка пока ещё не умела при взгляде в чужие глаза определять чужого зверя, но тут одного коварного прищура хватило, чтобы она вообразила предвкушающе виляющий лисий хвост. Тёмные, о чём ей говорить с самой хайнеси, пусть и бывшей?

«Просто поговори,

– посоветовал господин Наэш. –

Мы тоже смертные и любим поболтать. Не тушуйся».

«Да, не тушуйся. А то с милахой поболтаю я»,

– пригрозил Иррес.

– Наверное, – не стала отнекиваться Лирка, приготовившись отбиваться от вопросов.

Но их не последовало.

– Надеюсь, Риш продует! – хайрени коварно сверкнула глазами.

«Надо же… Его и в семье не поддерживают»,

– злорадствовал дух.

– Мы очень постараемся, – пообещал Викан. – Ты действительно осталась у Ёрдела с ночёвкой? – оборотень вопросительно изогнул брови.

Для него, знающего, где на самом деле жила Лирка, ситуация была очень смешной.

– Я не могла ехать… домой в сопровождении хайнеса, потому приняла предложение госпожи Лоэзии, – спокойно ответила Лирка, и мужчина с хохотом упёрся в стену.

– Ну да, с господином Маришем Узээриш не ладит, – хайрени подозрительно смотрела на смеющегося Викана, явно не до конца понимая причины такого яркого веселья.

– О, Лийриша, ты же знаешь, что это Лирка вынесла тогда из Подземного города Зиша? – опомнился Викан.

– Что? – женщина охнула и уставилась на Лирку широко раскрытыми глазами. – Это она? Боги, я… я почему-то думала, что это другая девушка. Я так тебе благодарна! – она торопливо подошла к магичке и стиснула её ладонь в руках. – Иер сказал, что ты так неожиданно исчезла, что никто не успел должным образом отблагодарить тебя.