Страница 67 из 88
— Я повторяю для того, чтобы вас ругать, — улыбнулась Антонина. — Я для того, чтобы вы поняли механизм. Вы мне сами сказали, что все время ревнуете Савву. Но… ревнуя — вы запускаете цепочку. Тревога: «А вдруг он мне изменяет?» — импульс: «Надо срочно выяснить отношения» — действие «скандал»: вы кричите, бьёте посуду, вышвыриваете вещи. После этого наступает временное облегчение — вы выпустили пар, тревога снизилась. Но через некоторое время цикл повторяется. Потому что первопричина не устранена.
— Какая первопричина? — спросила, хотя уже знала ответ.
— Ваша детская травма. Предательство отца. Страх, что мужчины уходят. Этот страх сидит в вас так глубоко, что он управляет вашим поведением, даже когда вы этого не осознаёте. Вы всю жизнь, с самого детства, боялись предательства мужчины… Подозревали, что Савва изменит, — и это, к сожалению, случилось. Не потому, что вы это «напророчили как Ванга». Нет…Это ваше поведение, продиктованное страхом, создавало напряжение и усталость. Это как замкнутый круг. Тревога — импульс — скандал — усталость — отдаление — притяжение — прощение — усиление тревоги — новая вспышка — новый импульс — новый скандал.
Слушая, я молчала. В горле стоял ком, потому что я прямо увидела эту цепочку.
— И что мне делать? — прошептала я.
— Для начала — признать, что вы не можете быть другой. Это ваша нервная система. Она сформировалась в детстве. Вы не измените себя по щелчку пальцев. Но… Вы можете научиться управлять своим поведением. Замечать момент, когда тревога только начинает расти. И не давать ей перерасти в импульс.
— Как?
— Техник много… Самая простая заземления, дыхательные упражнения, пауза между мыслью и действием, — спокойно перечисляла Антонина, будто речь шла о рецепте пирога. — Когда чувствуете, что накрывает — остановитесь. Сделайте десять медленных вдохов. Выйдите из комнаты. Выпейте воды. Не действуйте сразу. Дайте себе время…
— Но… Он мне измени? — вскрикнула я, снова не удержавшись. — И что? Я должна молчать? А может еще и простить? Да он мерзавец...
— Марина…
Бестова посмотрела мне прямо в глаза, и в её взгляде не было ни жалости, ни осуждения. Только правда.
— Да… Савва изменил. С его слов, а я насколько понимаю, вы верите своему мужу, это было один раз. За семнадцать лет брака. Один раз. Это не значит, что он изменяет вам постоянно. Это значит, что в тот момент он не справился с напряжением, которое было в нем. Я не оправдываю его поступок — измена всегда плохо. Но я предлагаю посмотреть на ситуацию шире. Вы оба создавали эту реальность. Вы — своей тревожностью и скандалами. Он — своим молчанием и неумением говорить о проблемах.
— То есть я виновата? — выдохнула я колючим голосом, потому что уже заняла оборону.
— Нет, — твёрдо ответила Антонина. — Виноват Савва, потому что изменил он. Это его выбор, его ошибка, его ответственность. Но вы, Марина, спрашиваете, как жить дальше. И я отвечаю: чтобы жить дальше, нужно понять, что вы можете изменить в себе. Потому что другого человека изменить нельзя. Можно только изменить своё отношение и своё поведение.
Я замолчала. Долго сидела, смотрела в пол. Потом подняла голову.
— Вы считаете, что я должна простить его предательство?
— Я считаю, что вы должны сначала разобраться с собой, — ответила Бестова. — Простить или не простить — это ваше решение. Но принимать его нужно из спокойного состояния, а не из истерики. Сейчас вы на эмоциях. Подождите. Выдохните. Дайте себе время.
— Он дал мне время, — горько усмехнулась я. — Улетел с детьми.
— Значит, он тоже это понимает. Может быть, неосознанно. Может быть, интуитивно. Но он чувствует, что вам нужно побыть одной.
— А если я не могу быть одна?
— Можете, — уверенно произнесла Антонина и улыбнулась. — Вы гораздо сильнее, чем думаете. Вы родили пятерых детей. Вы уже пережили измену. Вы уже пережили развод. Вы справитесь и с этим. Просто дайте себе время.
Она посмотрела на часы.
— Приезжайте ко мне завтра, — сказала она. — Пообщаемся. Я найду для вас время.
— Хорошо, — кивнула я.
Сейчас, сидя в машине на обочине, я прокручиваю этот разговор снова и снова. Смотрю на звёзды. Дышу. Раз. Два. Три. Десять медленных вдохов, как она учила.
— Я справлюсь, — шепчу я. — Я справлюсь.
Завожу машину. Еду домой. В пустой дом.
Паркуюсь, выхожу, поднимаюсь на крыльцо. Вхожу в дом. Никого.
— Я дома, — говорю в пустоту.
Никто не отвечает.
Прохожу в спальню, ложусь на кровать, на его сторону. Обнимаю подушку и Машкиного зайца к груди.
Закрываю глаза.
Завтра — новый день. Завтра снова поеду к психологу. Сделаю ещё один шаг к себе.
— Я справлюсь, — шепчу уверенно. — Я справлюсь. Я сильная.
И засыпаю. С Машкиным зайцем на подушке Савки…