Страница 88 из 119
— А что тогда есть добро в вашем понятии? — спросил Епископом.
— Ну-у-у, — усмехнулся Игорь, отвлекаясь от своих мыслей. — Это вопрос чисто философский. Понятия добра и зла возникли и формировались, как я думаю, когда человек еще не умел разговаривать, миллион лет назад. И эти понятия в те времена были на уровне чувств и ощущений. А теперь вы хотите, чтобы я обернул их в слова, дал им определение. Согласитесь, то, что сформировалось, когда еще не было языка, невозможно сформулировать словами.
— Даже так? — в голосе Епископа послышалась усмешка. — Ну, хорошо, приведу другой пример. Согласитесь, что жители одного дома вправе выбирать себе соседей по дому. И если кто-то дебоширит, или еще что-то, то они вправе выселить его. Так и жители всей Земли вправе выселить всех своих дебоширов…
К Епископу снова подошел монах с докладом. Какое-то время они беззвучно шептались, после чего монах также неслышно удалился.
— А мои спутники? — наконец спросил Игорь. — Что вы уготовили для них?
— Эльфы и домовые — это не божьи создания, — сурово провозгласил Епископ, словно с паперти. — И божья благодать на них не распространяется.
— Так все-таки, что конкретно?
— Все что хотел — я сказал, — сухо отрезало Его Преосвященство.
— А Эйджер? — настаивал Игорь.
— Цекуба — исчадие ада, — недовольно произнес Епископ. — В вас еще много от дьявола, Чародей. Как это не прискорбно, но мы, наверное, будем вынуждены изгнать из вас нечистого. Поверьте моему богатому опыту, вы нас еще будете благодарить за это.
— И когда?
— Послезавтра, — спокойно ответил незримый собеседник. — У нас на очищение очень большая очередь. Все расписано.
Послезавтра не станет Эйджер, подумал Игорь и сердце его защемило. Но что можно поделать? И вдруг короткая мысль резанула виски. Получается, что теперь у него только одна надежда — на Кадавра. Вряд ли Черный Герцог смирится с тем, что все его труды окажутся напрасными. И Игорь, вспомнив встречу в коридоре, непроизвольно поежился.
— Я даю вам время подумать, — закончил Епископ аудиенцию. — До завтра. Надеюсь, что голос разума у вас возобладает над плотью.
48) Метаморфоза: Охотница. Соблазнение Игоря.
Игоря втолкнули в камеру и он застыл на пороге. На жестком деревянном топчане сидела совершенно обнаженная Охотница. Из одежды на ней — только ленточка в волосах, сапожки и миниатюрные трусики. Голубого платья нигде не было видно. Обхватив колени руками, она зло и вместе с тем настороженно посмотрела на Игоря.
— Ах, вот вы как?! — процедила маркиза, сверкая глазами и готовая растерзать Игоря. — Все-таки не стали меня возвращать!
Сердце его сдавило невидимыми стальными щипцами, так что оно на время перестало биться. Неужели все сроки уже вышли? — холодея, подумал он, наваливаясь на дверной косяк, в то время как монахи принялись с лязгом закрывать за ним массивную дверь. — И Эйджер умерла? Ее больше не будет?
Голова закружилась, ему стало плохо, ноги обмякли, подкосились. Он облокотился на стенку еще сильнее, инстинктивно пытаясь удержать равновесие.
Охотница замолчала, внимательно, с легким удивлением, наблюдая за Игорем. Потом поднялась, подошла поближе, пристально вглядываясь в его лицо, отвела его к жесткой лавке-койке. Усадила. Дала какой-то затхлой воды, поднеся ко рту замусоленный граненый стакан.
Игорь с трудом глотнул неприятно пахнущую, теплую, мутную воду. Поперхнулся. Ничего ему уже не хотелось. Апатия навалилась на него. Он лег. Закрыл глаза.
Так нечестно, думал он. Ведь Магистр обещал — два дня. Срок еще не вышел.
— Ну что? Лучше? — услышал он ледяной голос Охотницы.
Игорь кивнул.
— Тогда рассказывайте, что случилось? — жестко потребовала она. — Как я умудрилась докатиться до такой жизни?
Он с грустью посмотрел на девушку, снова вспоминая, как они вместе с Эйджер шли по ночному королевству в поисках лифта.
— Когда мы на лифте поднимались из лаборатории, нас перехватили монахи, — коротко рассказал он.
— Мы были в лаборатории?! — вдруг поразилась принцесса, резко вставая перед Игорем на колени и пристально заглядывая ему в глаза. Наверное, чтобы он говорил только правду.
— Да, — вяло кивнул Игорь, не глядя на маркизу.
— И ушли оттуда живыми? — с еще большим удивлением спросила она.
Глаза девушки горели.
— Как видите, — снова кивнул он, все еще видя перед собой Эйджер, сидящую в лифте на диванчике.
— А я-то думала — отчего я такая грязная? — протянула девушка. — Вся в пыли, потная? Даже на зубах скрипит.
Игорь промолчал.
— Была у меня мечта — посмотреть как там и что, — вдруг грустно прошептала Охотница. — Да и та, как оказалось — разбилась.
Игорь промолчал.
— И что? Нашли что искали? — снова жестко поинтересовалась обнаженная маркиза.
Игорь кивнул.
— Идола?!!! — вырвалось у нее, и Игорь быстро посмотрел в ее глаза.
— Если бы, — грустно покачал он головой. — Только подсказку на дальнейшие поиски.
— И куда она вела? — в глазах принцессы светился азарт.
— В покои леди Ингрид, — ответил Игорь.
— Наложницы князя? — удивилась девушка.
— Вы знаете, где они расположены? — вдруг спросил он, тут же поняв, что очень сильно боится услышать положительный ответ. Но к его облегчению, маркиза отрицательно покачала головой.
— Надо же, как все интересно разворачивалось, — прошептала она. — И все — без меня… А сейчас вас откуда привели?
— Епископ уговаривал меня работать на них, — ответил Игорь.
— Что, беседовали с самим Епископом? — ужаснулась девушка.
Игорь кивнул.
— Такая честь, — усмехнулась она. — Выходит, весь этот сыр-бор был затеян только из-за вас.
Игорь пожал плечами.
— В глаза Епископу не смотрели? — вдруг с подозрением спросила она, пристально глядя на Игоря.
— Нет.
— Точно?
— Точно.
Охотница с сомнением покачала головой.
— Впрочем, есть один способ проверить это, — пробормотала она.
— Какой? — поинтересовался Игорь.
Девушка только отрицательно покачала головой.
— Оставим это на потом, — только и ответила маркиза де Санси. — Если вы раньше себя не проявите.
Игорь пропустил ее слова мимо ушей.
— Они надеются меня уговорить, — зло усмехнулся он. — Интересно, как?
— Запросто, — ответила Охотница. — Они это умеют очень хорошо. Многовековая практика. И что-то я не слышала, чтобы кто-нибудь устоял.
— Кстати, а вы как здесь оказались? — наконец поинтересовался Игорь. — Помните что-нибудь?
— Импотенты чертовы! — зло выдохнула девушка. — Я им показала… Ваша-то наверняка не смогла бы… Платье вот только зачем-то забрали.
Он быстро посмотрел на голую принцессу.
— Это монахи с вас сорвали платье? — растерянно спросил он.
— Они, — снова распаляясь, процедила Охотница. — Уроды в сутанах.
— Бедная Эйджер! — вырвалось у него.
— Что? Переживаете? — зло усмехнулась маркиза.
— Они ведь напали на нее, — сказал он.
Девушка внимательно посмотрела на Игоря. Потом — на себя.
— Да, действительно, — пробормотала она. — А синяков-то нет. Такое впечатление, что она сама его стянула.
Охотница неуверенно посмотрела на Игоря.
— Гены цекубы? — вопросительно протянула она.
Он покачал головой.
— Я ей просто рассказывал о вас, — сказал Игорь.
— Что рассказывали? — поразилась она.
— Что вы сильная и смелая, стрелять умеете, драться.
Охотница вдруг смутилась, щечки ее порозовели.
— А вы тоже хороши, — с какой-то детской обидой и горечью сказала она. — Обещали, что недолго.
— Так получилось, — виновато ответил он.
— Вот и вляпались с вашей лапочкой, — продолжала выговариваться маркиза. — Со мной бы наверняка все вышло бы по-другому.
Игорь молчал, давая ей возможность излить наболевшее.
— Влипли, — все с той же горечью продолжала она. — А что самое обидное — и я из-за вас вместе с нею.