Его личное безумие

Глава 24. Стеклянная иллюзия

Томительное напряжение, царившее в спальне, достигло своего предела. Вивьен чувствовала, как под кожей пульсирует жар, а каждое прикосновение Дамиана выжигает на теле невидимые клейма. Время словно замедлило свой бег, превратившись в густой, тягучий мед. Дамиан медленно спускался поцелуями ниже, заставляя Вивьен выгибаться навстречу его горячим ласкам. Его руки, огромные и сильные, скользили по ее бедрам, едва ощутимо сминая прохладный шелк простыней. Его близость была дурманящей, лишающей воли, и Вивьен уже была готова окончательно раствориться в этой тьме.

Но вдруг он замер, прервав свое движение. Его рваное, жаркое дыхание коснулось ее влажной кожи, но он нашел в себе силы отстраниться. Дамиан приподнялся на локтях, вглядываясь в ее лицо с такой пронзительной нежностью, которой Вивьен никогда не ожидала увидеть в этом человеке. В его алых глазах все еще бушевал первобытный шторм страсти, но волевым усилием он заставил этого зверя отступить.

— Вивьен, — хрипло произнес он, и его голос вибрировал от нечеловеческого напряжения. — Я ждал этого момента пять бесконечных лет. В той камере я засыпал и просыпался с мыслью о том, как однажды снова коснусь твоей кожи. Но я не хочу забирать тебя сегодня вот так.

Вивьен удивленно моргнула, пытаясь осознать его слова сквозь туман желания.

— Но почему, Дамиан? Мы ведь.. мы теперь связаны.

— Именно поэтому, — он осторожно убрал выбившуюся прядь с ее лба, и его пальцы слегка дрожали. — Этот день был слишком тяжелым для тебя. Разрыв с прошлым, этот безобразный скандал с Калебом.. Я не хочу, чтобы наша первая настоящая близость была продиктована твоим страхом перед ядом или простым желанием найти во мне убежище от внешнего мира. Я хочу, чтобы ты пришла ко мне абсолютно осознанно, когда в твоей голове не останется ни тени сомнения, ни капли тревоги. Я ждал пять лет. Я смогу подождать еще одну ночь, или десять, или столько, сколько тебе потребуется. Твое доверие для меня сейчас в тысячу раз дороже, чем утоление моего вечного голода.

Вивьен смотрела на него, и в ее груди медленно разливалось тепло, которого она никогда не знала. Калеб, со всей его хваленой моралью, никогда бы не поступил так благородно. Он бы счел ее своей законной добычей по праву поставленной подписи. А этот мужчина, которого мир клеймил монстром, сейчас приносил свою самую мощную потребность в жертву ее спокойствию.

Они не стали продолжать. Дамиан просто лег рядом, собственнически, но нежно притянув ее к своему широкому плечу. Они долго лежали в тишине комнаты, разговаривая о самых простых вещах. Вивьен рассказывала о том, какой кофе она любит пить по утрам, глядя на засыпающий город. А Дамиан делился планами на восстановление заброшенного сада на крыше, где он хотел посадить ее любимые белые цветы. В этой обыденности было больше подлинной интимности, чем в любом физическом акте. В конце концов, убаюканная мерным ритмом его сердца, Вивьен уснула глубоким, спокойным сном.

Следующее утро ворвалось в спальню ярким, почти ослепительным светом. После бесконечных дней унылой, давящей грозы небо над городом наконец-то очистилось. Солнце щедро заливало комнату, играя бликами на полированной мебели и светлых стенах. Хотя его лучи еще не дарили настоящего тепла, само их присутствие после долгого мрака казалось Вивьен добрым знаком.

Она открыла глаза и сладко потянулась, чувствуя непривычную легкость в теле. Первое, что пришло ей на ум, это абсолютная уверенность. Она кожей чувствовала, что поступила правильно. Вчерашний день с Калебом, его нервное давление и скрытая агрессия теперь казались ей дурным сном. Он никогда бы не дал ей той свободы и того глубокого уважения, которое проявил Дамиан этой ночью.

Выйдя из спальни и оказавшись на кухне, она обнаружила, что Дамиан уже все подготовил. Пространство было залито светом, а аромат свежесваренного кофе и горячей выпечки смешивался с густым, сладким запахом живых цветов.

— Доброе утро, жена, — Дамиан улыбнулся ей, и в этой улыбке проскользнуло нечто мальчишеское, удивительно открытое.

— Доброе, — ответила она, чувствуя, как на сердце становится легко.

Они завтракали в тишине, нарушаемой лишь звоном посуды, и время от времени обменивались взглядами, словно подростки, которые только что открыли для себя тайну первого чувства. Напряжение, копившееся неделями, начало окончательно таять.

— У меня на сегодня намечено несколько важных дел, — сказал Дамиан, отставляя пустую чашку. — Я намерен официально сделать тебя полноправным партнером во всех моих финансовых делах. Ты больше не гость в этом доме, Вивьен. Ты хозяйка всего, что принадлежит мне. Поэтому я предлагаю тебе сегодня отправиться в город и пройтись по магазинам. Тебе нужны свои вещи здесь, в этом пентхаусе, чтобы ты чувствовала себя уютно.

Он сделал небольшую паузу, внимательно изучая ее реакцию.

— И послушай, если ты иногда захочешь ночевать у себя в старой квартире, я не против. Я не собираюсь запирать тебя в золотой клетке. Но знай, что я всегда буду где-то совсем рядом, чтобы защитить тебя в любую секунду.

Вивьен признательно кивнула. После завтрака они вместе выехали в центр города. Город после дождя выглядел чистым и обновленным, словно умытым. Дамиан высадил ее у входа в один из своих самых дорогих магазинов.

— У тебя есть ровно два часа, — он на мгновение коснулся ее ладони. — После этого я заеду за тобой. И, Вивьен.. я прошу тебя, если вдруг на горизонте появится Калеб, держись от него как можно дальше. Он сейчас в крайне нестабильном состоянии.

— Не волнуйся, я справлюсь, — пообещала она.

Машина Дамиана плавно тронулась, а Вивьен еще несколько секунд смотрела ей вслед, чувствуя странную, почти детскую окрыленность. Она вошла в магазин, и на два часа мир для нее сузился до мягких касаний дорогих тканей и тонких ароматов элитной косметики. Она с удовольствием выбирала шелковые халаты, изысканное белье, кремы и масла. Все то, что теперь должно было наполнить личное пространство Дамиана, разбавляя его строгий мужской минимализм ее теплыми красками. Она ловила себя на мысли, что уже планирует, какие именно вещи перевезет из своего старого жилья, чтобы окончательно обжить его пентхаус. Любезная продавщица помогала с выбором, и в итоге все многочисленные коробки пообещали доставить к дому Дамиана курьером.