Месть

Пул, встревоженный, снова отошел от группы. Он вернулся к окну. Он мог видеть горстку ярких дрейфующих звезд: последние корабли рассеяния, все еще видимые на расстояниях, сравнимых с шириной внутренней части Солнечной системы.

В эти дни он всегда носил с собой амулет, зеленый тетраэдр, доставленный из другой вселенной погибшим инопланетянином. Он хранил его в складках мягкой ткани, засунутым за пазуху. Повинуясь импульсу, он достал его сейчас, развернул ткань и посмотрел на лежащий там амулет, зеленый на черном.

Он сжал амулет в кулаке. Его острые края впились в его плоть. Потекла кровь.

Никола присоединилась к нему. — Осторожно с этим.

— Получил его обратно от своей матери. Беру с собой.

— Она упомянула какое-то изображение, извлеченное изнутри.

— Мы только что получили его. Очень продвинутая система сжатия данных. Потребовались годы, чтобы извлечь это.

— Ты мне не сказал.

Он пожал плечами. — Я не хотел обсуждать это при них. Перед семьей. Пусть Мюриэл расскажет им.

— Покажи мне.

Он взглянул на нее. Затем помахал рукой в воздухе.

Возникло виртуальное изображение. Похожий на драгоценный камень объект, похожий на черный шар, завернутый в асимметричное золотое покрывало, лежал на ковре из звезд. А на некотором расстоянии его окружала тонкая голубая полоса.

Пул сказал: — Скажи мне, что ты видишь.

— Это похоже на гравитационное линзирование. Золото, то, как оно искажено. Траектории света искажены экстремальным гравитационным полем… Черная дыра. Как та, что в центре Галактики?

— Скажи мне, что ты видишь.

— Это похоже на черную дыру с кольцом вокруг нее. Что это?

— Черная дыра с кольцом вокруг нее.

Она уставилась на него и ухмыльнулась. — И это то, куда мы направляемся?

Он снова уставился на созвездие Стрельца. На фоне его звезд он увидел отражение своего собственного лица, смутно очерченное. Смуглый цвет лица, темные волосы: лицо Пула. И этот четырехгранный шрам на лбу был мертвенно-бледным.

Он прошептал: — Вы где-то там? Вы меня слышите?

— Меня зовут Майкл Пул.

— Ксили, я иду за вами. В бледном свете ракет лицо Майкла Пула Базалджета походило на перевернутую монету, но его губы были сжаты с какой-то решимостью, а глаза затенены. Я почувствовал необъяснимое беспокойство. Мне было интересно, что этот ребенок и его собственные дети после него сделают с миром. Джордж Пул, 2005 г. н. э.