Страница 34 из 136
Рослый, подтянутый помощник без лишних слов устремился к подозрительному субъекту, не сводя с него хищного взгляда. Тот, похоже, сразу это почувствовал, однако оборачиваться не стал, будучи уже рядом со своей целью. Которую, такое впечатление, каким-то образом словно чуял с большого расстояния. Подойдя к одеялу, не обращая внимание на фотографа, спокойно занимающегося своим делом, китаец почти сразу же нашёл искомую вещь. Заботливо поднял её с одеяла, осмотрел, радостно улыбнулся, после чего сделал непонятный пасс рукой и этот предмет исчез. Только после этого, обернувшись, он помахал рукой опешившим полицейским. Больше не задерживаясь, он мгновенно сорвался с места, бросившись бежать.
Тут же со всех сторон послышались тревожные крики, призывающие хватать чужака. Сотрудники служб рефлекторно среагировали на этот поведенческий паттерн. Генерал от такой наглости и лёгкости совершённого прямо у него на глазах преступления аж рот приоткрыл. Средь бела дня, на глазах десятков сотрудников различных ведомств, у них прямо из-под носа утащили, видимо, ключевую деталь расследования. Кому расскажи — рассмеются. Впрочем, Лувр тоже думал, что уж он-то точно защищён от подобного авантюризма. Там полицейский участок первого округа, самый-самый, располагался всего в паре минутах езды. Практически рукой подать.
Несмотря на все предпринятые усилия, поймать шустрого китайца не удалось. Он словно заговорённое пёрышко пронёсся по полю, легко огибая препятствия и ускользая из рук ловцов, стрелять оперативники без команды побоялись, после чего перепрыгнул линию оцепления и был таков. Добежав до какой-то заросшей камышом канавы, нырнул в заросли. Далее словно растворился в них. Продемонстрированная им скорость реакции, бега и высота прыжков поразили даже экспертов, хорошо разбирающихся в спорте.
— За ним! Чего стоите? Не дайте ему уйти! — надрывался помощник, призывая вязнущих в грязи оперативников сделать хоть что-нибудь.
Всё происходящее заняло меньше минуты. Что-то генералу подсказывало, что китайца они не догонят. Не для этого сюда приходил. Снова сняв фуражку и протерев лоб, стоящий рядом полковник недовольно вздохнул.
— Твою же мать! Принесла же нелёгкая. Теперь лови его, сбиваясь с ног, без обеда и ужина, а у меня язва, — пожаловался непонятно кому. — Ладно, а теперь по работе. Сразу видно, профессионал. С такими работать одно удовольствие. Расходимся? Будем звонить наверх и радовать глубоко любимое начальство. Сообщать, что теперь у нас есть хотя бы ориентировка.
Взглянув наверх, генерал проворчал.
— Да что за район? Проклятый, что ли? Уже третье происшествие за месяц, — он тоже не спешил куда-то бежать, суетиться, кричать.
Для наведения бурной деятельности у него есть специально обученные люди. Должна же генеральская должность приносить ещё какую-нибудь пользу помимо зарплаты. К слову, не такой уж и большой, как многие думают. Пётр Ефимович уже успел ознакомиться со статистикой происшествий этого района, подивившись, как интересно живут люди за МКАДом.
* * *
Вернувшись к ожидавшим его мечникам, Цюнь Лан под пристальным взглядом Бэй Цинмина небрежно достал из пространственного кольца добытый артефакт.
— Как конфетку у ребёнка отнять, — похвастался, широко улыбаясь.
Он даже будто бы помолодел лет на десять.
— Видишь? Всё прошло тихо, гладко, без лишней крови. Даже если вашим земным партнёрам покажут фотографию, они меня всё равно не узнают. Прямо молодость вспомнил, как мясные булочки воровал в городе Голубой Ласточки, — радостно поделился воспоминаниями заслуженный артефактор одной из богатейших сект.
Каждый практик до вступления на нелёгкий, опасный путь бессмертия с чего-то начинал. Был в своей прошлой жизни кем-то другим, незначительным, если так можно выразиться. Кто-то из них рождался с серебряной ложкой во рту, не зная нужды. Кто-то становился уличным воришкой. Пока одни помогали кузнецам ковать гвозди и мечи, другие писали умные книжки или разводили коней. Считалось, что не профессия вела людей к уготованной им судьбе, а судьба подводила к подходящей профессии.
— Он цел? — нетерпеливо спросил Бэй Цинмин, указывая на артефакт.
— Да. Я немного его осмотрел. Всё в порядке. Он в рабочем состоянии. Сейчас выясним, что же произошло на самом деле.
— Что тебе для этого нужно?
— Немного свободного пространства и покоя.
Благо ни с тем ни с другим не было проблем. Спрятавшись в просторном амбаре, где сушилось сено, они так плотно обложились талисманами подавления присутствия и отвода глаз, что ни одна проверка не смогла их обнаружить. Старейшина Шань к этому времени уже успела закончить лечение раненных. Безвозвратных потерь, к счастью, не было. С припасами у практиков тоже не возникало сложностей. Пространственные кольца вновь доказали свою незаменимость.
Посидев немного в углу с закрытыми глазами, положив перед собой артефакт и держа над ним раскрытую ладонь, охраняемый самим главой секты Меча заката, Цюнь Лан без труда пробудил воспоминания записывающего артефакта. Выяснив причину крушения корабля, он долгим странным взглядом разглядывал Бэй Цинмина, не зная с чего начать. То ли смеяться, то ли плакать. Не став ломать голову, пока не сломали ему, рассказал всё, что увидел.
— Где ты взял это барахло? Оно нас чуть на тот свет не отправило. Кто настраивал этот артефакт?
Теперь настала очередь нахмурившегося Бэй Цинмина вернуть ему точно такой же продолжительный, нечитаемый взгляд. Он посмотрел на артефактора, как на дурака, который, глядя в зеркало, спрашивал, кто этот загадочный симпатичный мужчина? Можно ли с ним познакомиться?
— Купил в секте Облачного края. Он обошёлся мне весьма недёшево. Там же артефакт установили на воздушный корабль и настроили. Триста тысяч духовных камней, между прочим, содрали, утверждая, что его изготовил невероятно талантливый и гениальный мастер. Сам глава их секты. Ничего по этому поводу не хочешь мне сказать, мошенник? — наконец, сухо поинтересовался глава Меча заката.
— Правда? — сильно удивился Цюнь Лан.
Ещё раз повнимательнее присмотревшись к немного искорёженному артефакту, стерев пальцем пятно копоти в определённом месте, обнаружил под ней легко узнаваемое клеймо секты Облачного края.
— Вот это неожиданность.
Смущённо почесав затылок, старый артефактор неловко рассмеялся, чувствуя себя очень неуютно под пронзающими взглядами мечников.