Страница 123 из 136
— Скорее прикармливают, учитывая размеры порций, — тихо поделился наблюдениями, посмотрев на соседние столики. — Разве такими наешься? Да и тяжело поднимать руку на произведение искусства. Полагаю, цены на здешние кулинарные шедевры тоже на это намекают. Прямо каким-то вандалом себя чувствую.
Ольга поморщилась от подобного плебейства.
— Сюда приходят не для того, чтобы экономить деньги, а ради удобства. Ну и определённых ритуалов, образа жизни, впечатлений или наград. В зависимости от цели. Пельмени можно и дома поесть, в шортах и футболке.
— Чьих наград — удивился, проведя рукой по шортам и футболке, проверяя, нет ли на них складочек.
— Своих. В основном. Никто же не позаботится о себе лучше, чем он сам. Тут можно побаловать себя чем-нибудь вкусным, не проводя половину дня на кухне. Не выполняя сложный квест по поиску редких ингредиентов в разных концах города. К тому же подобные места дают гарантию качества, и продают таланты поваров, способных превратить даже обычные продукты из простого наполнения для желудка, в нечто особенное, запоминающееся. Для некоторых людей это важно, ведь многие, включая меня, не умеют готовить. Ещё рестораны предоставляют удобную площадку для встреч и общения. Позволяет людям раскрываться лучше, чем, сидя дома перед телевизором с тарелкой острой лапши. Куда не пригласишь друзей или коллег потому, что стыдно, неудобно, хлопотно.
— Я не устрица, чтобы меня раскрывать с целью употребления, — недовольно проворчал, чисто из вредности.
Ольга тонко улыбнулась, словно видя меня насквозь. Позволила маленькую слабость, посчитав, что мне просто неуютно в непривычном месте. Вряд ли раньше я ходил по подобным заведениям без денег и друзей. Уже за одно это должен быть ей благодарен.
Когда принесли еду, мы неспешно принялись ужинать, расслабленно обсуждая ресторанную культуру, пока меня не напрягло появление знакомых лиц.
«Эти-то что здесь забыли?» — мрачно подумал, ожидая неприятностей.
Обычно они ходили вместе, под руку.
Первым в ресторан зашёл высокий, статный китаец с необычным, красным цветом волос. Только я знал, что натуральным. В тёмном костюме, подобранным не по размеру. Но ещё примечательнее то, что он держал в руке детскую куклу. Странного мужчину с высокомерно задранным носом сопровождала такая же дочь-неформалка, явившаяся в ресторан в мужской толстовке на молнии с накинутым на голову капюшоном.
«Опять в моём шкафу копалась, — недовольно подумал, заметив знакомую одежду. — Уже все толстовки перетаскала. Эта последняя. Фетишистка чёртова. А потом все удивляются, почему я хожу только в рубашках.»
Мрачная девушка, без грамма косметики, с пугающе холодным, пронзительным взглядом прирождённой убийцы или маньячки, тихо держалась чуть позади мужчины, стараясь не показывать лица. А ещё она ходила совершенно бесшумно.
Оценив внешний вид этой парочки, администратор собиралась отказать столь проблемным клиентам, но увидев выложенную на стойку пачку денег, мгновенно передумала. Расплывшись в дежурной улыбке, она произнесла судьбоносную фразу для этого ресторана: Добро пожаловать!
Пройдя в зал, китаец занял единственный свободный столик. Остальные были либо заняты, либо забронированы. Девочка-подросток тихо села рядом, всё так же, не поднимая головы.
— Мне самый большой бифштекс средней прожарки с хрустящей корочкой. На гарнир горошек. К нему подайте бутылочку хорошего вина, на ваше усмотрение. А ей принесите десертов. Побольше. Со свежими фруктами и сливками. И соку.
«Дочка» недовольно подёргала «отца» за рукав.
— Виноградного. Считай, тоже вино, только очень-очень молодое, — красноволосый мужчина успокоил свою спутницу.
— Это ваша дочь? — официантка попыталась разрядить окружающую их несколько гнетущую атмосферу.
Повернув голову, китаец несколько секунд, не мигая, разглядывал девочку с непроницаемым выражением лица, после чего, как ни в чём не бывало, попросил официантку поторопиться, так и не ответив на вопрос. Куклу из рук он так и не выпустил, посадив её себе на колени, прижав к животу. Казалось, что она ему очень дорога. Не менее, чем собственная жизнь. Подумав об этом, не удержался от улыбки. Может, попросить два раза моргнуть, если его держат в заложниках?
Тут в ресторане началась какая-то чертовщина. Неожиданно сразу за несколькими столиками посетители почувствовали непреодолимый позыв завершить свою трапезу и срочно покинуть занятое место, надеясь добежать до туалета раньше, чем в этом пропадёт нужда. От такого зрелища напряглись и официанты. Переглянувшись, один из них поспешил на кухню. Ольга, заметив неладное, бросила быстрый взгляд ему вслед и стала есть медленнее, вдумчивее. Однако не стала предлагать уйти, ведь этот ресторан порекомендовала именно она. Понадеялась, что это ложная тревога. Мне-то это аппетит точно не отбило. Скорее наоборот, заставило поторопиться доесть, пока эти придурки ещё что-нибудь не выкинули.
Зачем Кукла всё это устроила, стало понятно, когда в ресторан на место выбывших клиентов пришли новые. Первым появился смуглый, немного лохматый и очень улыбчивый мужчина с раскосыми глазами, непонятной национальности, в костюме итальянского мафиози из фильмов жанра нуар. За ним очередь заняла платиновая блондинка с восточным типом лица, в белом вечернем платье, пахнущая лотосами. Настолько красивая, что от взгляда на неё слюна появлялась раньше, чем связные мысли. Третьим пришёл ещё один азиат, с немного голубоватым отливом кожи и поразительно яркими, большими голубыми глазами. Тоже идеально красивый, но уже в глазах женщин. Он одним своим присутствием внушал окружающим подсознательное ощущение чего-то могучего, древнего, грозного, а ещё очень богатого и знатного. Официантки были в восторге. Едва не пищали. Они чуть не передрались за право обслуживать столик этого аристократа. Четвёртым пришёл неприметный, невысокий китаец с неуловимо-крысиными чертами лица, в лёгком сером костюме, без галстука, напоминающий обычного офисного клерка, вечно пропадающего на переработках. Очень уставшего. Равнодушного ко всему, кроме звонка будильника. С тёмными кругами под глазами и немного осунувшимся, худощавым лицом. Но притом без единой морщинки или родимого пятна.
С каждым таким посетителем ресторана я сутулился всё сильнее. Поменяв мнение, посчитал тех, кто ушёл, счастливчиками. Они хотя бы просто обосрались, а вот что ждёт оставшихся, только одному богу известно. Лично у меня задница заранее сжалась от плохих предчувствий.