Хозяйка гостиницы, или Драконам вход воспрещен.

Глава 32

Штайн

— Ваше высочество, — я поклонился, впервые входя в кабинет принца. Мне доводилось бывать в королевской резиденции, встречаться с королевской семьей на балах и открытых мероприятиях, но личной аудиенции я удостоился впервые. Не по приятному поводу, кстати говоря.

Требование немедленно явиться во дворец сроком не позднее, чем через сутки после полученного приглашения нашло меня в тот же вечер, прямо на Стрельце, в доме Долгорукова. Обрадовало меня примерно нисколько. Во-первых, остров уже несколько дней без дракона и магии, во-вторых, советники уже начали обрывать мой личный канал связи с требованием явиться и объясниться. Как будто главные они, а не я. Казалось, что с получением поста я получу и уважение. Я в самом деле думал, что они перестанут видеть во мне зарвавшегося мальчишку и станут воспринимать всерьез, если не как отца, то хоть как брата, который пользовался их уважением и верностью, будто с самого рождения. Чуда не случилось, и письма содержали скрытый приказ, легко считывавшийся между строк. Маркусу бы приказать никто из них не посмел. Мне вообще сложно представить, чтобы брат подчинялся приказам хоть кого-то на острове, кроме отца и Короля, конечно.

— Садитесь, Наместник.

Принц кивнул на кресло напротив своего стола, но в голосе его слышалась насмешка. Наместник я, судя по всему, в его глазах очень посредственный, если не сказать отвратительный.

Я только теперь глянул на стул и заметил, что на приеме не один. В высоком, скрывавшем человека почти полностью кресле рядом кто-то сидел. Я отошел от двери и через несколько шагов понял, кто там.

Отец.

Как я не подумал.

Я давно избавился от страха перед ним, но сейчас, войдя в комнату с двумя самыми жесткими и властными людьми из мне известных, ощутил себя в ловушке.

— Отец, — я кивнул и сел, не получив ответного приветствия.

Принц сделал вид, что не заметил нашей холодной встречи.

— Полагаю, вы оба догадываетесь о причине нашего разговора, — то ли спросил, то ли утвердил он.

Отец продолжал молчать. Я благоразумно (хочется верить) последовал его примеру.

«Вы не готовы к роли наместника, адепт Штайн. Вам нужно победить в себе это ощущение убогости и жажду всем доказать, как вы хороши. Наместнику не нужно ничего доказывать. Его самоуверенность исходит из уверенности, а не страха ущербности. И поэтому он может спокойно противостоять даже королю, чтобы отстаивать интересы своих людей».

Так однажды сказал мне Даркстар и был, похоже, прав.

Мне казалось, я давно перерос желание угодить отцу, но сидя сейчас рядом ощущал себя мальчишкой в его глазах. Похоже, он так и не поверил, что я вырос и достоин. Судя по всему, принц разделял его мнение.

— Я разочарован, герцог Штайн. Вами и вашими сыновьями, — не дождавшись реакций от нас холодно и жестко сообщил кронпринц. — Вы уверяете, что Маркус готов взять на себя дела, а вы сами вполне можете в это время занимать должность главы комитета по отслеживанию иномирных поселенцев и выявлению верхних знаков, и вдруг теряете попавшую в тело невесты вашего сына переселенку на столько лет. Высшую, между прочим. Начинаю думать, что эта должность вам не по зубам. Как и вашему первенцу кресло Наместника.

Штайн

Отец продолжал сидеть ровно, как будто слова принца не били его тонкими плетьми унижения.

— Виноват, ваше высочество.

— Более того, ваши сыновья показали себя невоспитанными мальчишками. Уважаемый Наместник, — он обернулся ко мне и в слове «уважаемый» уважения было не больше, чем к дождевому червю, — не могли бы вы поведать доблестную историю приобретения вами прав на остров Овна.

Я чуть заметно подался вперед, готовясь говорить, но не успел даже открыть рот, как принц добавил:

— Прежде чем решите накормить нас с герцогом той же кислой похлебкой, что и Романова, позволю себе напомнить, что в отличие от него я все еще ваш главнокомандующий и искажение фактов может быть расценено государственной изменой.

Я кивнул.

Очень прозрачный намек, что суть нашей переписки с Наместником Стрельца не осталась неизвестной принцу. Как и моя ложь не показалась ему правдоподобной.

— Мы с братом повздорили из-за девушки. Произошел конфликт, в ходе которого сгорело несколько построек на Стрельце. В результате брат оказался ранен и магия признала это поражением в битве. — Я старался отчитаться строго, по военному, раз уж мне напомнили о статусе и роли.

— То есть вы, находясь на чужом острове из-за личного конфликта подвергли опасностей людей Романова, разрушили несколько построек и подрались, как юнцы, забыв, к чему ваша драка приведет в итоге?

Александр громко захлопал, как после финальных аккордов в театральной ложе.

— Браво. Исполняющий обязанности наместника и возможный кандидат на этот пост, устраивают потешные бои, как уличные скоморохи. Могу поздравить вас с воспитанием сыновей, герцог Штайн. Напомните мне держать своих от вас подальше. Не хотел бы разнимать петушиные бои во дворце.

Отец продолжал молчать, но теперь виновато склонил голову.

Я ощущал его гнев и недовольство физически. Премерзкое чувство. Хуже того, слова принца заставили меня снова посмотреть на всю эту ситуацию, но уже не глазами участника, а с позиции более глобальной, в которой каждый из нас, и я, и брат отвечали не только за себя, но за жизни целого острова людей. И выглядело это все именно так, как описал принц. Скоморошьими боями двух дураков с рыночной площади.

— И как я могу доверить вам решать проблемы целого острова, с конфликтами между моими вассалами, когда вы даже личный вопрос с братом не можете уладить, подумав наперед о последствиях? — вроде бы говорил принц холодно и четко, но в подтексте ощущалось столько едкой иронии, что мне стал узок мундир. — Я разрываю вашу связь с островом, Наместник. На кресле мне нужен взрослый, уравновешенный мужчина, который умеет ставить интересы людей и их безопасность выше своих желаний. Вы такого умения, к моему огорчению не продемонстрировали.

Несмотря на то, что я именно этого и хотел — отделаться от кресла и снова стать свободным — внутри стало неприятно горько, как будто мне в глотку заливали потоком ядовитую микстуру и я давился, не успевая глотать.

— Вас, герцог, я вынужден снять с должности Главы комитета. Будьте любезны вернуться на свой острав и заняться своими прямыми обязанностями. Воспитанием достойных наследников и поддержанием благосостояния острова. Вы, надеюсь, все еще в силах это делать.