Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 78 из 100

ГЛАВА

31

ЧЕРЧ

— Нам нужно действовать, — сказал Псих спустя несколько дней после нашего последнего визита к Фоксу, пока я ловил кайф в садах поместья моего отца. — Скоро.

— Что ты видел? — спросил я, выдыхая дым.

У меня не получалось вернуться домой так, как хотелось, и это выматывало меня до предела. Это место умело затягивать в свои глубины. Я оставался здесь, потому что хотел сохранить нужный настрой, но, блядь, я скучал по своей семье.

— Многое. Во-первых, ты так и не сводил меня за мороженым.

Я закатил глаза.

— Мой косяк. Что еще?

Он вздохнул.

— Ладно. Маттео дал Фоксу монету. В этой монете трекер. Подозреваю, что она до сих пор при нем.

Я приподнял брови.

— И?

— Нам нужно, чтобы Фокс нажал на кнопку. Если он нажмет, Маттео ворвется сюда. Маттео заключил с Фоксом сделку: если тот нажмет, он его убьет. Для Фокса это шанс спастись.

Я нахмурился, обдумывая информацию.

— То есть Маттео врывается, разносит это место, а мы хватаем своих и валим?

— Вроде того. Думаю, нужно что-то посерьезнее. Вряд ли у нас получится вытащить и Фокса, и Итана. Предлагаю взяться за Кэди. Ты забираешь её и её старика. Я беру на себя кое-что на девятом уровне. Нужно подкинуть архангелу весточку, что парни здесь. Он передаст всадникам. Они придут спасать Итана. С Фоксом разберется Маттео. Это отвлекающий маневр; мы берем то, что нам нужно. Думаю, это может сработать. Как минимум, это разгонит эту вечеринку. Не думаю, что у Фокса или Итана осталось много сил на борьбу.

Я хмыкнул. Я слышал, как мой отец недавно пытал их. Меня воротило от одной мысли, что он может насиловать…

Я выдохнул. Этот человек должен сдохнуть.

— Это лучшее, что у нас есть. Занимайся организацией. Я посмотрю, как там Тень с картами.

— Он в последнее время необычайно тихий, — сказал Псих. — Он грустит.

— Знаю. Он не хочет об этом говорить. В конце концов, он отойдет.

— Вы всё еще спите вместе?

— Да.

— Дрочите друг другу?

— Нет, — сказал я, закатывая глаза. — Мы спим.

— Ты раньше спал со мной. Думаешь, еще будешь?

— И ты сделал, блядь, мою фотографию и поставил её на экран блокировки. — Я покачал головой, вспоминая его выходки. — Ты такой ебанутый, пиздец.

Он помолчал какое-то время, пока я докуривал косяк.

— Данте?

— Что? — я выдохнул облако дыма.

— Я просто… — он запустил пальцы в волосы. — Ты открыт к тому, чтобы добавить в группу Сирены еще парней, помимо меня?

Я приподнял брови, глядя на него.

— Нет.

— А если она захочет?

— Что ты знаешь? — я сузил глаза. — Что происходит, и кто, черт возьми, это вообще мог бы быть? Он пожал плечами и посмотрел в землю, его обычно странный вид сменился подавленностью.

— Гипотетически, — пробормотал он.

— Гипотетически — ни за что, блядь.

— Принято. — Он прочистил горло. — Ты знал, что у меня есть сестра? Вообще-то, две.

— Нет.

— Есть. — Он кивнул. — Индиго и Лилиан. Я о них не говорю. Сирена знает только о Лилиан. Мой старик бросил маму и запузячил эту суку, Лилиан. Он играл роль хорошего папочки несколько лет, прежде чем бросил её и запузячил какую-то другую девку. Она должна родить через пару месяцев. Полагаю, будет мальчик.

— Даже не знаю, что сказать, — произнес я. — Поздравляю?

Он фыркнул.

— Едва ли. У меня ебанутая семейка. Ты знал, что моя мама шизофреничка, и у неё множественное расстройство личности? У неё есть Джеки и Кэрри. Мы всегда делали вид, что её зовут Джеки Кэрри, но это две разные… части её.

— Так вот откуда это у тебя?

Он тихо рассмеялся на это.

— Я не такой, как она. Мы не такие, как она. Мы в нашего старика. Просто ебанутые на всю голову.

— Твой диагноз — шизофрения с диссоциативным расстройством идентичности. Я читал твое досье.

— Им нравится вешать на нас ярлыки, верно? — рассуждал он. — Они ошибаются. Я просто веду очень хорошую игру. Конечно, я псих, просто не под этим ярлыком.

— А под каким тогда? — Он на мгновение заколебался, на его лице промелькнуло выражение, которое я не совсем распознал. Страх? Паника? Боль? Я не был уверен, но знал точно — что-то из этого там было.

— Под тем же, что и у тебя, наверное, — он пожал плечами. — Просто психопат. Социопат. Хотя должен заметить, в последнее время ты отлично справляешься с демонстрацией эмоций. Может, твой диагноз тоже неверный? Да, похуй, наверное.

— Пох, — сказал я. — От этого нет лекарства. Только терапия.

— Какая терапия?

— Сирена, — ответил я тихо. — Она единственное, что удерживает меня от того, чтобы окончательно не слететь с катушек.

Он улыбнулся.

— Я чувствую ровно то же самое.

— Давай закончим с этим днем. Может, сходим за тем мороженым, — пробормотал я. Он оживился и обнял меня за плечи.

— Ты хороший парень, Данте. Мой маленький бро. Я возьму двойную шоколадную вафлю с вишневым сиропом…

Он продолжал болтать без умолку, но, по крайней мере, его настроение переключилось. Я был за это благодарен. Понятия не имел, как справляться с угрюмым Психом. Может, это была просто очередная личность, о которой он якобы не знает.

— Ты убьешь меня сегодня? — прохрипел Фокс.

Я посмотрел на него сверху вниз. Он был избит до полусмерти. Его веки так опухли, что едва открывались, и это сделал не я. Я бросил быстрый взгляд на Психа, который глубоко нахмурился. Его телефон зазвонил, и он вышел из комнаты.

— Нет, — пробормотал я. — Если бы я хотел, чтобы ты сдох, ты бы умер еще две недели назад.

— Неужели прошло уже столько времени? — голос Фокса дрожал.

— Да.

— И… Итан всё еще жив? — на этот раз его голос сорвался.

— Он примерно в том же положении, что и ты, — ответил я. — Хочет сдохнуть. Однако ему приходится гораздо хуже, поскольку во время вашей последней встречи с дьяволом вы оба отказались выдать рецепт.

Я еще не видел Итана. Мой отец знал, что у меня с ним есть общее прошлое, поэтому я был уверен, что именно из-за этого он держит меня подальше от него.

— За что? — тихо разрыдался Фокс. — Он ведь не сделал ничего плохого…

Я вздохнул. — Моему отцу нужен его рецепт сахара. Ты сам это знаешь. Он отказывается его отдавать. Поэтому его безостановочно трахают, бьют. Накачивают наркотой.

— Мне нужно выбраться отсюда. Я нужен ему. ОН, БЛЯДЬ, НУЖЕН МНЕ! Почему ты, сука, не поможешь ему! — Фокс задергался в своих путах.