Александр: линии судьбы

Глава 4

Глава 4

13 лет назад

Елена

Родители разводятся, и, чтобы облегчить мои страдания, мама покупает мне путевку в лагерь. Поездка обходится ей в кругленькую сумму, но она настроена меня порадовать, и у меня не получается ее отговорить. Я не хочу ехать и рисую в голове ужасные картины.

— Лен, не хмурь брови — будут морщины.

— Мам, я не хочу туда.

— Прекращай! Я уже все оплатила, и деньги нам никто не вернет!

— Клево.

— Будет здорово, — мама улыбается, выкатывая мой чемодан из автобуса. — Там много ребятишек, может быть, найдешь себе подружку или жениха.

— Не смешно, — бурчу я, поправляя черную панаму. — Папа не звонил?

— Ленусик, — ее улыбка меркнет. — Я не хочу тебя обманывать. Он не звонил.

Я киваю, глотая неприятный ком горечи. Сложно принять, что отца больше не будет в моей жизни. Бабушка говорит, так лучше, но я другого мнения. Я не понимаю, почему он не звонит? Может ли его новая женщина вызывать у него больше симпатии, чем мы с мамой? Блуждая в мыслях, я не замечаю, что мы оказываемся внутри огромного здания с идиотскими рисунками на стенах.

— Привет, — передо мной возникает высокая девушка в полосатом костюме. — Я Нина, твоя воспитательница!

Я не улыбаюсь и становлюсь еще серьезнее, отчего мама краснеет.

— Ей нужно время, чтобы привыкнуть. Лен, смотри, у них здесь так светло!

— Мне темно...

— Хватит, — мама толкает меня в сторону, уводя от воспитательницы. — Веди себя как взрослая. Что за выходки?

В этот момент я замечаю, что распахиваются двери и в помещение входит мальчик в очках. Он сам тащит свой чемодан, с любопытством разглядывая обстановку. За спиной очкарика появляется здоровенный мужчина в черной футболке и джинсах в тон. Он выглядит как телохранитель из фильмов о мафии. Положив руку на плечо ребенка, мужчина наклоняется к нему, что-то объясняя.

— Это его отец? — спрашиваю я у матери. Мама оборачивается, пытаясь понять, про кого я говорю, и краснеет, замечая отца очкарика, который притянул к себе много любопытных глаз.

— Не знаю, Ленусик. Может, брат или дядя?

Я мысленно заключаю, что это всё-таки отец, потому что они похожи, и завидую очкарику. Мой отец никогда меня никуда не сопровождал. В носу щекочет от наплыва слез, и я, сухо попрощавшись с матерью, направляюсь в корпус для девочек, ожидая, что это лето станет самым худшим за последнее время... Как же я была близка к истине!

Прошла неделя каникул, но я так и не завела новых друзей. Возможно, дело в моей молчаливости, из-за которой никто не хотел проводить со мной время? От скуки я начала наблюдать за мальчиком в очках, который оказался в нашей группе. Его звали Александр, и буквально все девочки в лагере — даже те, кто был старше, — пытались привлечь его внимание. Он действительно был очень привлекательным, но его характер оставлял желать лучшего. В первый же день отдыха он травмировал нескольких своих ровесников. Из-за этого часто звонили его отцу. Очкарик не стеснялся грубо отвечать старшим и ни разу не просыпался вовремя на зарядку. Воспитательница Нина всегда заправляла за него постель, сам он этого никогда не делал. С ней он каким-то образом поладил, и она не ругала его за бардак и стычки с мальчишками из других групп. Еще я заметила, что ему жутко нравилось выигрывать. Из-за этого он ненавидел командные соревнования и очень расстраивался, если в общих результатах ждал проигрыш.

Как-то возвращаясь после ужина, я заметила его в беседке с Кариной, которая всюду за ним таскалась. Он подтягивался на балке, пока та что-то оживленно ему рассказывала, размахивая руками. Не знаю, что на меня нашло, но мне так сильно захотелось ударить Сашу, что я решила с ним сцепиться и направилась в беседку.

— Ого, десять раз! Саш, ты уже десять раз подтянулся! Научи меня так тоже! — восхищенно пробормотала Карина.

Она такая подлиза, что аж тошнит! Но у нее есть друзья. Я закатила глаза и скрестила руки на груди, следя за Сашей.

— Ты неправильно подтягиваешься, — бросила я, наклоняя голову вбок. Он с трудом посмотрел на меня, вися на руках. — Ты кто такая? Мастер спорта по подтягиваниям?

Я растерялась оттого, что мы впервые заговорили. Сейчас он был без очков, и я хорошо рассмотрела его лицо. У него были очень выразительные зеленые глаза в обрамлении пушистых черных ресниц, густые брови и темные волосы.

— Со стороны-то виднее. Тебе нужно уделять больше внимания технике, а то ручки у тебя как у цыпленка.

Карина прикрыла рот ладошкой и злобно посмотрела на меня за то, что я посмела оскорбить ее идола. Спрыгнув, Саша обтряхнул спортивные штаны и посмотрел мне в глаза. Я думала, он ответит мне резко, но Саша с ухмылкой сказал:

— Покажи, как надо.

— Что? — я посмотрела на балку.

Карина звонко рассмеялась. Противная.

— Легко!

Мы с Сашей были примерно одного роста, но, подняв руки, я поняла, что не смогу запрыгнуть.

— Прыжки — не ваш конёк, мастер спорта?

— Да она дурочка, Саш. Не разговаривай с ней.

Я разозлилась, залезла на скамейку и хотела было запрыгнуть на балку, но не рассчитала и позорно упала вниз. Послышался противный липкий смех. Смеялась не только Карина, но и другие дети. Я шмыгнула носом, чувствуя, как горит кожа на ладонях, которые я расцарапала. На глаза навернулись слёзы, но я изо всех сил сдерживалась, ощущая, как меня охватывает стыд за этот эпизод. Подняв глаза на Сашу, я поджала губы. Он не смеялся и, к всеобщему удивлению, протянул мне руку помощи... Возможно, именно тогда я и влюбилась в него. Мне было всего девять лет, но я ощутила себя взрослой. Обхватив меня за запястье, он с легкостью помог мне подняться, и я поразилась, какие у него сильные и теплые ладони. Все продолжали смеяться и шутить, когда он повел меня к колонке и, нажав на кран, выпустил резкую струю воды. Я подставила ладони и умылась, смывая пыль с лица. Мне все еще было неловко, и я думаю, что в тот момент покраснела как вареный рак.

— Ну и придурошная ты, рыжая. Нафиг так себя опозорила?

— Я просто... не знаю, — слезинка скатилась по моей щеке, падая на землю. — Глупо вышло.

Он снова усмехнулся, качая головой.

— Как тебя зовут?

Мне стало неприятно. Мы все время находились в одной группе, а он даже не обращал внимания на мое имя.

— Лена, — буркнула, сердясь, промывая ссадины на коленях.

— Чучело Лена.

— А ты кто? — я плеснула на его ноги воду, и он отскочил.

— Я Саша. Не брызгайся!