Страница 11 из 187
— Я один. Я не могу жить с другими людьми.
— У тебя трудный характер, поэтому ты молодец, что ограждаешь от себя людей.
— Твои шутки не все поймут, рыжая.
— Я не шучу.
— Тогда всё плохо, — я рассмеялся, чтобы сбавить градус напряжения.
— У тебя красивый смех.
— Спасибо.
— Я пошутила...
Мне стало весело от ее безупречного сарказма.
— Ты наелась?
— Да, вполне. Ты хотел попробовать спагетти?
— Нет.
Я перевел взгляд на ее тарелку, удивляясь, что она съела такую большую порцию еды.
— Любимое блюдо?
— Спагетти? Нет. Я люблю пельмени с майонезом и кетчупом.
— Клёво, — ответил я в ее же манере, и она рассмеялась, прикрывая рот ладонью.
На её среднем пальце я заметил татуировку в форме сердца. Схватив ее за руку, я рассмотрел рисунок.
— Какой смысл?
— Неочевидно? Неприличный жест любви.
— Пиздец. Над тобой в старости будут прикалываться внуки.
— Ну и пусть, мой палец останется ведь на месте, и я с удовольствием его продемонстрирую внукам.
Я сжал ее ладонь, снова смеясь. Блядь, почему я так много смеюсь? Но она действительно классно преподносит сарказм будничным голосом. Рыжая провела большим пальцем по моей ладони, слегка прокрутив руку, словно примеряя, как она умещается в моей руке. Я снова ощутил резкую боль в груди. Может, у нее уже и на меня есть кукла вуду?
— Какая у тебя большая лапа.
— Я сам немаленький.
Ее взгляд встретился с моим, и я заметил в нем глубокую уязвимость. Она не отпускала мою ладонь, крепко сжимая ее в своей маленькой, но теплой руке.
— Ты красивый...
— Снова шутишь?
— Нет.
— Тогда спасибо, ты тоже красивая.
Лена вырвала свою ладонь и отвернулась.
— Эй, ты чего?
— Никогда не обманывай меня, я этого не люблю. Именно поэтому у меня нет подруг и друзей. Люди вечно обманывают друг друга. Зачем?
— Думаешь, я обманул тебя? Ты реально красивая.
— Ну всё, хватит, или я сейчас уйду.
Лена принялась грызть губы и трясти ногой, раскачивая стол. Я схватил ее за колено под столом, останавливая ногу, и она подпрыгнула.
— Не качай чертенка. Твоей бабушке это не понравится.
Лена закрыла глаза, слегка улыбаясь, и я могу с уверенностью сказать, что не видел никого прекраснее этой удивительной девушки. Я словно сумел рассмотреть ее глубже и заметил, что она очень ранимая.
— Может, прогуляемся?
— Хорошо. Только я на мотоцикле...
— Тогда покатаемся? — я достал карту и окликнул официантку.
— Я больше не хочу возить тебя без шлема.
— Давай поедем на машине? Потом вернёшься за мотоциклом.
— Я никогда не ездила в синем BMW.
— Не волнуйся, я сделаю всё как надо, и в первый раз будет не больно. Обещаю.
Она поняла мою пошлую шутку, но спрятала улыбку. Мы покинули кафе, и я заметил, что уже стемнело, хотя мне казалось, что мы провели там совсем немного времени. Еще я осознал, что за все время ни разу не вспомнил про телефон... Я открыл для Лены дверь, и она юркнула на переднее сиденье, с любопытством рассматривая панель. Я улыбнулся. Рыжая на самом деле совершенно не похожа на других девушек.
— В парк или просто покатаемся?
— Как насчёт прогулки в Парке Горького?
— Как скажешь. Кажется, я посещал это место в последний раз в детстве вместе с матерью.
— Я несколько сезонов там работала, продавала мороженое. Теперь я его ненавижу.
— Хорошо, что я не предложил тебе его заказать в кафе.
— Это точно, — она усмехнулась и поправила волосы, доходившие ей до плеч.
— Классная стрижка. У тебя вроде раньше длиннее были волосы или такие же?
— Такие же. Я всегда сама стригусь.
— Серьезно?
— Да, мне так больше нравится.
— Напомни, куда сворачивать?
— Направо. Машина твоя?
— Да, но ее отец подарил.
— Спасибо, что не соврал, — она погладила меня по руке, и я смутился.
— Странная благодарность.
Девушка ничего не ответила и сохраняла молчание на протяжении всей поездки. Со временем я начал лучше понимать ее характер и перестал находить в нем что-то странное. Лена была удивительно прямолинейной и искренней, и мне было грустно, когда мы попрощались. Она не разрешила проводить ее до дома и, оседлав мотоцикл, умчалась вдаль.