Страница 193 из 223
Глава 121. Я убью Ренци!
Покровитель, мне бы еще поспать.. Как бы неприлично это ни звучало, но желания покидать постель Ренци никакого не было, зато было желание спихнуть это чудовище с кровати и остаться тут одной. Это нечестно, что у старших ступеней большая часть занятий начинается позже.
Но справедливость все-таки существовала. Над сопящим в подушку Дориэном воспарили штрафные жетоны. Замерев на мгновение в воздухе, они ринулись на него и стали жалить магическими разрядами.
Силы небесные, сколько же их?
Не просыпаясь, Ренци сделал пасс рукой и собрал разом все жетоны в воздушный кокон, но это помогло ненадолго. Почти сразу они вырвались на свободу и продолжили своё дело, вынудив Дориэна сесть на постели.
Он выглядел недовольным и ужасно милым с лохматой головой, отпечатком подушки на щеке и по-совиному хлопающими глазами.
— Чаргетто, убери это, — потребовал Ренци.
— Не могу. Это твои, — умыла я руки.
— Проклятье!
Дориэн откинул одеяло и поднялся, а я торопливо отвернулась. Мне хватило того раза, когда я наблюдала за полураздетым отжимающимся Ренци, чтобы до сих пор краснеть при воспоминании об этом зрелище.
Как только он скрылся в ванной, я тоже поспешила к себе. Разумеется, я поставила барьер на смежные двери, хотя и догадывалась, что он вряд ли остановит моего сумасшедшего соседа.
И что ему за удовольствие спать с кем-то рядом? Тесно, неудобно. Все так, да только я и сама спала рядом с Дориэном очень сладко. Но только мне не стоит к этому привыкать. Это плохо кончится. Для меня, не для Ренци.
Вместе с бодрящим умыванием вернулись мысли о вчерашних событиях. Мне все не нравилось. Точнее, не нравилось, что у меня на руках вместо целого полотна сплошные лоскуты. Я столько пометок в голове себе делала, что нужно разобраться и с тем, и с этим, и что в итоге? Инцидент сменялся инцидентом так быстро, что все вылетало из головы.
И мэтр Стонце приехал. Мы не виделись с начала лета. Я как раз подавала документы в ЗИМу, когда он уехал по своим делам на несколько месяцев.
Наставник был сложным человеком. Жестоким бы я его не назвала, но жёстким, несомненно. Он был требователен, придирчив и крайне изобретателен. А ещё за его услуги учителя для своих отпрысков верхушка знати Лидвании готова была платить баснословные суммы. Как тётя смогла уговорить его заняться мной? Ума не приложу.
И этот экзамен. Он ведь уже завтра. И чем больше я об этом думала, тем тревожнее мне становилось. А вчера я была так решительно настроена..
— Ты уснула, что ли?
Я не заметила, как Ренци появился в гостиной, где я сидела, расчёсывая волосы.
— Взломал?
— Естественно, — не собираясь мучиться угрызениями совести, пожал плечами Дориэн.
— А тебе не приходило в голову, что барьер поставлен, чтобы ты не заходил?
— Глупости! — закатил глаза Ренци. — Пошли завтракать, Чаргетто. Голодная ты невыносима.
Говорят, у народов Верских островов есть легенда, что у нас несколько жизней. Вроде как мы умираем и возрождаемся. Если это так, то я в прошлой жизни совершила нечто ужасное. Иначе за что мне Дориэн Ренци?
И все же у него имелись какие-то зачатки такта, потому что даже выпив утренний какао, я все еще была натянута как струна, поэтому завтракали мы молча. Кажется, другие адепты в столовой перестали обращать внимание на нашу пару. То ли мы стали вчерашней новостью, то ли Ренци все-таки отбил у людей желание демонстрировать дурные манеры, но в мою сторону не было даже смешков. В любом случае самая активная моя недоброжелательница, скорее всего, уже присоединилась к своей подруге, гостившей у дознавателей.
— У тебя сейчас должна быть работа с резервом? — спросил меня Дориэн, когда мы вошли в центральный холл.
— Угу.
— Отменили, — он указал на табло с расписанием. — Что будешь делать?
— Тогда я загляну в библиотеку и пойду к себе, — решила я все-таки попытаться разобраться кое с чем. — До полудня побуду там, а ты?
— Отправлюсь отрабатывать штрафные, — слишком беззаботно ответил Ренци для того, у кого тридцать жетонов. — Если соскучишься, приходи.
— Я?
Дориэн поразил меня этим предложением до глубины души.
— Да, Чаргетто. Ты.
— Ну, не знаю, — замямлила я растерянно. Я вдруг поняла, что настолько привыкла все время чувствовать Ренци рядом, что мне действительно будет не хватать его присутствия. — Мы с мэтром Стонце встречаемся на втором полигоне. Может быть, и приду..
Я окончательно смешалась.
— Тебе повезло с наставником.
— Да, наверное. А кто был твоим? — я поддержала смену темы, опасаясь, что выдам в каких я растрепанных чувствах.
— В последние годы — отец. Он считал, что учителя меня слишком жалеют.
Очевидно, Дориэн имел в виду, что его щадили из-за дефекта защиты. Я поморщилась. Желание вырастить сильного защищённого наследника мне было понятно, но сердце отказывалось понимать, как можно своего ребёнка подвергать испытаниям, которые ему не по силам.
Почему-то я представляла маленького Ори, и в груди начинала щемить.
— Но приедет не он, а леди Ренци? — вспомнила я слова дознавателя.
— Да и это хорошо. Она прибудет вечером. У нас к ней немало вопросов, не так ли? — Дориэн помрачнел. Вопросы, которые он хотел задать матери, были не самыми удобными.
Что ж, у меня к отцу были такие же. Только вот спросить я не могла.
Оставляя меня на пороге библиотеки, Дориэн укрепил свои щиты на мне, будто моих было недостаточно, но я не стала ему выговаривать, что это глупо. Мне вспомнилось, с каким болезненным выражением лица он смотрел, как я разрушала его щита.
«Они ДОЛЖНЫ быть там».
Почувствовав, что в носу подозрительно свербит, я нырнула в прохладные объятия обители знаний. Самое дурацкое, нелепое и неуместное, что я могла сделать, — это влюбиться в Ренци. Как меня угораздило?
Несколько столов в читальном зале были заняты адептами, и мэтресса Тилозо бдительно следила за ними из-за стойки. До знакомства с Ренци мне и в голову не могло прийти, для чего за учащимися в библиотеке нужен такой суровый пригляд. Зато теперь вопросов не осталось.
— Адептка Чаргетто, вы что-то хотели?
— Вы знали моего отца, мэтресса?
— Да, знала. Приличный молодой человек. Всегда вовремя сдавал книги. Интересовался древней историей, мы даже входили в один клуб. Исторический.
— И это все?
— Адептка, я сказала вам все, что могла. Может, я могу помочь в чем-нибудь другом? — ее взгляд остановился на моей перебинтованной руке.