Страница 180 из 223
— Чушь! Ты сама-то стала бы делать нечто подобное?
Лицо у Джеммы стало интересным.
— Я знаю, как сильно об этом можно пожалеть. В любом случае, стоит ли торопиться? У вас на носу экзамен на выживание. Вместе вы сильнее, чем по отдельности. Не воспользоваться этим — глупость.
Кстати!
Я окликнула парочку, которая еще не успела далеко уйти:
— Так когда там бал?
Дальтиго перевел вопросительный взгляд на Цецилию.
Она закатила глаза:
— Вы все, что ли, оторванные от действительности? Рядом с табло в главном холле висит огромное объявление. Его перенесли на послезавтра.
Послезавтра?
Сказать, что эта информация меня ошарашила, — сильно приуменьшить произведённый ею эффект.
Теперь, когда я знала о планах Натори, для меня бал был равно экзамен.
Проклятый экзамен, к которому я абсолютно не готова!
Единственную тренировку, которую мы провели с Ренци, можно было смело назвать одним всеобъемлющим словом — фиаско.
И что теперь делать?
Я вспомнила намёки Фаджио на необходимость подготовки, но сейчас я могла воспринять это лишь как насмешку. Бросаться на полигон, надеясь подтянуть за один день форму и догнать в умениях выпускника — бесполезно. Но ведь немыслимо ждать феерического результата от несработанной боевой связки, члены которой настолько разные по уровню. Это будет действительно легендарно.
Легендарный позор.
Это если я выживу.
Уверен ли ректор в том, что правильно понял приказ императора?
Сейчас я понимаю, что с самого начала это предприятие было обречено на провал. Я знала теорию трех первых ступеней благодаря мэтру Стонце и худо-бедно могла практиковать знания двух из них. Что я могла противопоставить заданиям уровня «Легенда»? Да, за последние дни у меня, несомненно, возник прогресс и проблемы с головой. Надо сказать, что мало кто из адептов рискнул бы атаковать Неуязвимого Ренци и самого ректора. Дориэн потрясающе защищает мои пуговицы и замуровывает меня в непробиваемую колбу, из которой я сама выйти не в состоянии. Прекрасный результат, Проклятый бы побрал всех этих интриганов!
— Чаргетто? — Ренци, сложу руки на груди, подпирал косяк двери в спальню. — Откуда такое кислое лицо? Разве ты не рвалась сходить на бал с Санти?
— Бал меня сейчас волнует в последнюю очередь, — я кусала губы. — Этот экзамен, он и правда такой опасный?
Ну, разумеется, Дориэну и в голову не пришло меня успокоить.
— Да, поэтому на него заявляются только те, кто уверен в своих силах. Правда, у меня совершенно нет идей, что ждать от нашего с тобой испытания. Как ты понимаешь, записей об экзамене Форца-Доргезе нет.
— Проклятие.. — застонала я, в отчаянии закрывая лицо руками.
— Да ладно, неужели тебе ни капельки не интересно, что там будет?
— Вот вообще нет, — и не подумала я притворяться храброй, — зато я поняла, почему тебе на самом деле нужен напарник. Из нас двоих инстинкт самосохранения есть только у меня, — пробубнила я в ладони.
Ренци подошёл и положил руки мне на плечи.
— Фран, мы сможем.
— Ты так и не сказал мне, за что я страдаю, — я ударила его кулаком в грудь, но Дориэн даже не пошатнулся. — Ты же нашёл, Ван! Чего тебе ещё нужно от императора? У вашей семьи все и так есть.
— Осталась мелочь — сделать так, чтобы то, что у меня есть, осталось со мной. И ради этого я готов на многое. Но будь уверена, тебе тоже понравится моя просьба к Кассиану.
— С чего ты взял? Ты же не знаешь обо мне ничего. Я не та пятилетняя Ван из твоего детства! Я другая!
— Я заметил, — хмыкнул Ренци.
Я не могла успокоиться:
— Мне понравится? Какая самоуверенность! А если ты ошибаешься?
— Значит, ты привыкнешь.
Звучало возмутительно, но неожиданно для себя я прыснула:
— Ты в своём амплуа, — и уткнулась лбом ему в плечо.
— Конечно, мне проще перевернуть мир, чем отказаться от своей цели, — меня осторожно погладили по голове. — В любом случае мы не сможем сейчас отказаться. Боевой маг, отступающий от задания? Такой репутации нам точно не нужно. Да никто и не позволит. Сама посуди: прибудет император, так что найдут способ надавить.
Я засопела:
— Тебе не кажется, что это странно? В академии ещё вчера действовало чрезвычайное положение, и вдруг послезавтра бал. Безопасность адептов и Кассиана под угрозой, но это как будто никого не волнует.
— Я думаю, что все идёт по плану Кристиана и Николаса. Будь я на их месте, я бы тоже захотел все свести в одной точке и устранить разом все проблемы. Желательно одним красивым ударом.
— Значит, у них есть основания полагать, что к балу или во время него они разберутся с этими преступлениями? — я подняла лицо к Дориэну и с надеждой на него посмотрела.
— Думаю, да. Они считают себя самыми умными. Только вот зря они не учитывают тебя как серьёзного игрока. У тебя вообще-то ферзь припрятан.
— Да? — усомнилась я своей везучести.
— Восьмой осколок, — напомнил Ренци. — Знаешь, что меня поражает?
— Понятия не имею.
— Он валялся в коробке просто так. Возможно, чтобы не привлекать лишнего внимания. Однако если Дальтиго его смог опознать его с первого взгляда, то уж ректор Каренжи тем более. И тем не менее, в защищённой шкатулке не этот обломок, а что-то другое. И есть у меня предчувствие, что без таинственного содержимого шкатулки, все части венца бесполезны.
Я понимала, к чему он клонит.
— Ренци, я не хочу снова откат, — честно призналась я.
— Ты не обязана мучиться. Я готов пожертвовать собой, чтобы избавить тебя от неприятных последствий, — нагло заявили мне.
— Об этом не может идти речи! — я снова покраснела.
— Чаргетто, — вздохнул Дориэн, — я один раз уже брал откат на себя. Значит, ещё раз повторим.
— И зачем тебе это? — я искренне считала такое самопожертвование подозрительным.
— Фран, я догадываюсь, как для тебя важно узнать, что там внутри. Это же от твоего отца. А еще я понимаю, что, имея это, ты сможешь говорить с Кассианом совсем в другом ключе.
— И все? — я прищурилась.
— Конечно, нет! Когда мне будет очень больно, ты же, как в прошлый раз, меня поцелуешь.