Страница 134 из 223
Глава 87. Добровольно, но не осознанно
— А что это означает? — спросила я.
— Ах да, у вас же нет пока древнелидванского, — наклонила голову Гвидиче, отчего та самая заколка, которую она так спешно защелкивала при появлении, открылась, и ее буйные кудри вырвались на свободу. — Надо же так вляпаться, не зная во что. Хотя, я-то чем лучше..
Она почесала кончик носа.
Вляпаться.
Как точно Джемма описала ситуацию.
— Не унывай, — посоветовала мне она. — Главное, не допустить инициацию. А так в этой ситуации даже плюсы можно найти.
У меня задергался глаз.
— А давай ты мне все-таки скажешь, как переводится «туа лама», — с ласковой угрозой в голосе попросила я.
— Твой клинок, — сказала Гвидиче, как будто это все объясняло.
Мне же не понятно было ровным счетом ничего.
— А «сьемпре юнити»? — решила я пользоваться моментом. Книгу-то Ренци так и не нашел, будет хоть понятно, откуда начинать поиски.
— Что-то вроде «навечно едины» или «вместе навсегда».
Я снова икнула.
Быть с Дориэном навечно не входило в мои планы. Думаю, в его тоже.
— И чем мне это грозит?
Джемма подобрала с земли камешек и швырнула в меня. Он с треском ударился в магический барьер и.. раскололся.
Камень.
Развалился.
— Вот этим. Сверхцель Клинка — защищать Соврано.
Гвидиче очень повезло, что я не могла до нее дотянуться. Мне захотелось дернуть эту зазнайку за ухо. Ну кто так объясняет?
Понятно, на какой почве они сошлись с Натори.
Того подслушивать бесполезно, он ничего внятно не говорит, и эта сыплет терминами, а смысла нет.
— Что такое «Соврано»?
— Ты, — ослепительно улыбнулась Джемма. — Переводится как «сюзерен».
Надеюсь, Ренци еще не скоро узнает, что он мой вассал.
Стоило мне об этом подумать, как я вспомнила тот случай в оранжерее, когда нашли тело. Тогда я подумала о вассальных узах, глядя на Гвидиче и Санти.
— Это как у тебя с секретарем ректора? — уточнила я.
— Нет, у нас кровный вассалитет, сами мы к нему отношения никакого не имеем, — Джемме тоже надоело стоять, и она устроилась на земле рядом с барьером. — Кровь решает. У вас другое. Добровольное. Такого не было уже Проклятый знает сколько десятков лет, может, даже больше века.
Добровольное?
Но не осознанное.
И вряд ли что-то безобидное, раз по своему желанию, никто подобное не делает.
Нашу познавательную беседу ненадолго прервали.
Девятый квадрат почтили своим присутствием мрачный смотритель полигона и лорд Фаджио собственной персоной.
И кажется, ему мое заключение тоже понравилось.
Увидев барьер, он по мальчишески присвистнул и тоже что-то в него швырнул. Вроде бы, артефакт из кармана.
Тот с феерическим грохотом отскочил от поля и, объятый пламенем, на сумасшедшей скорости отрикошетил в самого дознавателя.
Фаджио едва увернулся, а когда за его спиной вспыхнуло дерево, в которое попал снаряд, снова присвистнул.
Пока дознаватель развлекался, смотритель напустился на Гвидиче:
— Что вы здесь делаете? Посторонним на полигон вход воспрещен! Не помню, чтобы вас фиксировали магдатчики.. — рычал пожилой боевик.
Его было можно понять, на вверенной ему территории случился инцидент, из-за которого чуть не погибли адепты, а потом еще и чрезвычайную ситуацию объявили.
— Я тут с разрешения ректора, он в курсе, — не прониклась Гвидиче.
— Первое — ложь, второе — правда, — включился в разговор лорд Фаджио. Он так же, как и Натори обошел по кругу мою защиту. — Красота, надеюсь вы не голодны и не желаете посетить дамскую комнату, леди Чаргетто.
У меня вытянулось лицо.
— Вы считаете это надолго? — мне стало нехорошо.
— Смотря в каком состоянии Ренци, — дознаватель постарался сделать сочувствующий вид, но вышло у него плохо. — Кстати, — он обернулся к смотрителю, — вы успели посмотреть записи магдатчика. Сколько человек на полигоне сейчас?
— Датчики показали одного в первом квадрате и двоих в девятом, — отчитался тот. — Еще ректор где-то бродит, ну и вот, — он мотнул головой в сторону Джеммы.
— И тем не менее, как минимум на одного больше. Я успел заметить следы нападения, и это не стандартные заклинания ловушек полигона.
Оказывается, лорд Фаджио все-таки не впал в детство от восторга перед защитой, в которую меня упек Дориэн, а успел исследовать место преступления.
Я уже знала, что дознаватель отлично играет роль паяца, но он каждый раз меня удивлял.
— Не может такого быть, — уверенно возразил смотритель.
— Почему? Кристиан же здесь. И леди Гвидиче тоже. И тогда, когда мы нашли тело адептки Ортии, магдатчики ее не зафиксировали, но трудно поспорить с тем, что она там была.
— В академии сейчас не учится ни один порталист, — смотритель развел руками. — Я бы знал, если бы появился. Если ректор не перенес сюда кого-то еще, то я не представляю, каким способ сюда можно проникнуть, минуя магдатчики.
Все время, пока шло обсуждение, я пыталась уловить мелькнувшую мысль, и вот, наконец, мне удалось ухватить ее за хвост.
— Про лишних на полигоне — понятно, — привлекла я к себе внимание. — А что делать с теми, кого не хватает?
Ко мне обернулись все.
— О ком речь? — заинтересовался лорд Фаджио.
— Курирующем отработку преподавателе. Мэтре Монферо, — напомнила я и перевела взгляд на смотрителя. — Он был на месте, когда сработал тревожный гонг?
Боевик нахмурился:
— Вроде да, а вроде и нет.
— Это как? — изумился дознаватель. — Совсем навыки после отставки растеряли?
— Ничего я не растерял, — рявкнул смотритель. — У меня задача следить за тем, что происходит на полигоне, а не шпионить за.. — в этом месте он выругался на языке, которого я не понимала, зато у Джеммы сделалось интересное лицо. Боевик вздохнул и договорил: — .. за лордами-преподавателями.
Ха!
Не все восхищаются деканом.
А я уж решила, что одна я чувствую в нем гнильцу.
— Но, — вдруг смотритель решил добавить, — странно само то, что сегодня здесь был он. — Эта неделя закреплена за мэтром Фосси.
— Проверим, — пообещал Фаджио, но выглядел он не слишком удивленным.
У меня вдруг заскребло нехорошее подозрение, но озвучить его я не успела, хотя сейчас было самое время, когда вокруг меня такая защита. Джемма подала голос:
— Все это мило и увлекательно, но что-то Кристиана долго нет.. — и как раз под конец ее фразы где-то совсем рядом раздался оглушительный взрыв, заставивший ее побледнеть.
Дознаватель и смотритель сорвались с места.
Бежали они красиво и слаженно, как на тренировке, но насладиться зрелищем мне мешал страх, только в отличие от Гвидиче я переживала не за Натори.