Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 114 из 223

Глава 75. Детали всегда важны

— Получается, что среди адептов случайных жертв нет? — я вертелась перед зеркалом в новеньком платье, которое после подгонки село идеально.

Какое же оно красивое.

Я не удержалась и покружилась, чтобы полюбоваться тем, как всколыхнутся юбки.

Нежный цвет радовал мое сердце.

Ренци не отвечал, и я обернулась к нему, чтобы понять, в чем дело.

Дориэн смотрел на меня со странным выражением лица.

— Что-то не так?

— Ты впервые улыбнулась, — хмуро ответил он.

Моя радость немного увяла:

— У меня, знаешь ли, не так много поводов, — огрызнулась я.

Щека Ренци дернулась.

— Хочешь еще одно платье?

Похоже, мой напарник перегрелся.

— Будет достаточно, если ты перестанешь меня злить, — помрачнела я. — Или тебя раздражает, когда мне не плохо?

— Ну ты и скажешь, Чаргетто..

— Хватит пялиться, — осекла его я. — Иначе я подумаю, что новое платье хочешь ты. Так что? Я правильно поняла, что, зная с самого начала, кто пострадал во время покушения в резиденции, мы могли бы предположить, каким адептам угрожает опасность?

— Выходит, что так. И если бы мы могли быть уверены, что жертв планируется всего семь.. На это указывает одна из рун. Но я бы на это не рассчитывал. Представь, всего семь рун, которые нам присылает преступник, подкладывая их на тела. И вот послание закончено, и что? Допустим, Фаджио не успеет вычислить злоумышленника, и что? Он вот так просто возьмет и остановится? Ах, да.. У тебя еще не было курса по криминологии..

Я вытаращилась на Ренци:

— А у боевиков есть и такой курс?

— Факультативный, но ты же не собираешься его пропускать? Это полезнее, чем помолвки всякие.. Если верить тому, чему нас учили, то будет и восьмая жертва. Чтобы понять, кто главная цель, у нас данных недостаточно.

Я наморщила лоб.

— В прошлый раз, главной целью был император, разве нет?

— Что-то тут не так.. — засомневался Дориэн. — И даже, если в этот раз покушение будет на Кассиана, что вряд ли, согласись, есть что-то еще.. Надо как следует поразмыслить над фразой, которая получается. И выяснить, каким боком тут замешан Русполли.

— И Монферо, — вставила я свои пять медяшек. Декан не давал мне покоя. Может, я была предвзята из-за того, как он со мной поступил, однако, моя интуиция буквально кричала, что нельзя сбрасывать его со счетов.

— И Монферо, — согласился со мной Ренци.

К нам подошла помощница Алессии и протянула мне приведенную в порядок ученическую мантию. Даже даль было скрывать новое платье под этой хламидой.

Впрочем, у нее были свои достоинства. Как минимум защитные свойства мантии мне сейчас весьма пригодятся. Я не думала, что Эрмина совершит еще одну попытку мне навредить прямо сегодня, но береженого Покровитель бережет.

Леди Лирди подошла с нами попрощаться.

— Кажется, стоит попробовать создать для ЗИМы форму поизысканнее, — прокомментировала она. — Она явно портит эффект и настроение.

Трудно было с ней не согласиться.

Ренци уже взялся за дверную ручку, когда Алессия вдруг добавила, глядя ему прямо в глаза:

— Эрмине лазурный ведь совсем не идет, правда?

Дориэн ничего не ответил. Он молча распахнул передо мной дверь, и мы покинули ателье, каждый погруженный в свои мысли.

До гостиницы, в которой остановилась Эрмина, было рукой подать, но мы не сговариваясь выбрали путь в обход, через малую площадь, ту саму, где был удивительный фонтан, не замерзавший даже зимой. Стихийники городского совета выложились на славу, и жители любили это место. Вот и сегодня здесь было полно народа. Бегали дети, швыряясь опавшей листвой, на лавочках дремали пожилые горожане, прогуливались парочки.

Ренци что-то взбрело в голову, и он, ухватив за руку, потащил меня к лотку со сладостями. Дориэн выбрал самое красивое зефирное пирожное и вручил мне.

— Ты опять улыбнулась, — прокомментировал он с видом ученого, узревшего необычный феномен.

— Это нормально, разве нет? — вредничая, ответила я.

— Улыбнись мне, — потребовал Ренци.

Мне было несложно, но он смотрел на меня так серьезно, что у меня не получалось. Синий настойчивый взгляд вызывал у меня волнение, никак не располагающее к улыбкам. Мне хотелось совсем другого.

Невозможного.

Чтобы Ренци был не Ренци, а я не была Чаргетто.

— Зачем тебе мои улыбки, между нами только напарничество, — попыталась я скрыть неловкость.

— Не знаю.. Сам в замешательстве.. Что-то такое всплывает, когда у тебя сначала приподнимается левый уголок губ..

Надо же. Надо будет посмотреть потом в зеркале.

— Забудь, — вдруг разозлился Дориэн и потащил меня дальше в своей привычной манере.

У крыльца гостиницы я предприняла последнюю попытку образумить Ренци.

— Давай я посижу в той кофейне, пока ты беседуешь с Эрминой. Поверь, так будет лучше. Вопросы, которые ты собираешься ей задавать и так создадут напряженность. Мое присутствие ее только усугубит.

— А ты, значит, предпочитаешь разряжать обстановку? — хмыкнул Дориэн.

— А зачем ее накалять?

— Затем, что ты уже никуда не денешься из моей жизни. Мы напарники, как минимум до итогов экзамена на выживание. Эрмине стоит смириться, принять это и не совершать больше глупостей, о которых я могу заставить ее пожалеть.

Он очевидно уперся, и мне было его не переубедить.

Смыться от него тоже не получится, Ренци крепко держал меня за руку. Так крепко, что мне казалось, будто мои перчатки истончились и пропускают тепло его ладони.

Устраивать же скандал я не умела, за что меня в свое время ругала тетя, которая считала, что это искусство настолько же важно, как умение держать себя в руках.

«Милая, умело используя эти два инструмента, ты всегда будешь получать то, что хочешь».

Увы, здесь я была нерадивой ученицей.

В отличие от Эрмины, которая, стоило нам с Ренци войти в комнату отдыха, где она нас ожидала, могла бы эту науку преподавать.

Если бы я не познакомилась с леди Лирди каких-то два часа назад, я бы сочла Эрмину неприлично красивой. Однако хоть она и обладала выдающейся красотой, Алессия ее затмевала, так что нового приступа комплекса неполноценности не последовало, хотя нравиться больше мне невеста Ренци не стала.

Ей хватило нескольких мгновений, чтобы поменять мило-благожелательное выражение лица на оскорбленно-надменное, стоило мне попасть в поле ее зрения.

— Зачем ты притащил с собой эту.. Убери ее. Не хочу даже в одной комнате с ней находиться!

Такого приема даже я не ожидала.