Страница 32 из 61
— Часть креплений у реки приходится менять, — ответил Олвен. — На старые я такую силу не приму. Люди работают.
— А если не успеют?
— Будем отключать городские участки и выводить жителей, — сказал Таэрн. — Этот порядок уже готовят. Ждать до последнего утра никто не собирается.
Он повернулся к Севрине:
— Вам дадут потренироваться на безопасных образцах. Всем троим. До того, как понадобится спускаться к печатям.
Севрина вернулась от окна.
— А если Эстран опять нас не впустит?
— Доступа потребует магистрат. Когда будет готов запасной источник для города, он уже не сможет ссылаться на опасность остановки. Хранители пойдут с вами.
Я посмотрела на схему еще раз. Двадцать первый день. До назначенного рассвета оставалось меньше трех недель.
Нерис тем временем достала три плоских футляра. В каждом лежал ограничитель, который можно было носить на шнурке под платьем. Она проверила первый по отметкам Олвена и позвала Севрину.
— Это до остановки, — сказала она. — Будем смотреть каждый день. Если начнет жечь, сразу ко мне. Если усилится слабость, тоже. Не ждите, пока само пройдет.
Севрина расстегнула ворот. Лиорель отвернулась, предоставляя ей хоть немного уединения, и стала расспрашивать Олвена о затворах. Я попросила Таэрна задержаться после общей беседы.
Мы вышли в коридор, когда Нерис закончила со мной. Я чувствовала под одеждой непривычную тяжесть, хотя пластинка была совсем маленькой.
— Я уезжаю вместе с ними, — сказала я. — Из города пока не поеду. Буду участвовать в остановке.
Таэрн кивнул.
— Сегодня уточню, когда дом будет готов вас принять.
— Мне нужно знать все, что вы наметили. Не только то, что я должна буду сделать у печати. Если что-то сорвется, я хочу узнать сразу.
— Хорошо.
— И не говорите мне, что сами обо всем позаботитесь.
Он помолчал.
— Я собирался сказать, что утром заеду за вами.
Мне стало неловко. Я опустила глаза, расправляя складку у пояса.
— Простите. Позавчера мне уже пообещали, что больше не о чем будет беспокоиться.
— Эстран?
Я кивнула.
— Я ему отказала. Он может рассказать по-другому, поэтому говорю сама.
— Вы бы предпочли, чтобы за вами приехал кто-то другой?
— Нет. Приезжайте вы.
Говорить еще что-то было трудно. Хотелось взяться за его рукав и постоять так, пока перестанет трясти от усталости. Вместо этого я спросила, далеко ли от временного дома до мастерских хранителей. Таэрн ответил, что около четверти часа пешком, и обещал принести адрес вместе с порядком работ.
Я вернулась за кольцом. Нерис завернула украшения порознь; мое отдала мне, остальные забрала с собой до передачи магистрату. Олвен убрал малую пластину в ящик. Остальные инструменты я уже могла упаковать.
К вечеру Таэрн принес адрес и порядок работ. Я прочла его, уточнила, к какому числу должны были закончить крепления у реки. Потом мы поговорили об отъезде. Временный дом находился в городе, под охраной коронной службы. Для нас приготовили три комнаты, для Элиана — соседнюю с комнатой матери. Нерис собиралась ехать вместе с нами. Постановление о раздельном проживании ожидали утром; его должны были доставить хранители, которые обеспечивали наш выезд.
Я записала адрес на обороте тетиного письма и убрала его в сумку.
За экипажем мы пошли договариваться втроем. Управляющий поднялся из-за стола и потянулся к книге выездов.
— Госпожа Севрина, вам в город?
— Нам всем, — ответила она. — И моему сыну.
— Нерис тоже поедет, — добавила я.
Он посмотрел на Лиорель.
— Вам подать вторую карету?
— Зачем? Большая дорожная свободна?
— Да, но я думал...
— Закажите одну, — сказала Севрина. — В большой Элиан сможет лечь.
Я попросила место для ящика с инструментами. Лиорель уточнила, куда уберут багаж, чтобы мы потом не искали его по всему городу. Управляющий записал наши просьбы и повернул книгу.
Под именем Севрины я вписала свое. Лиорель взяла у меня перо, проверила время подачи и расписалась третьей.
— Утром у главного входа, — сказала она. — Одна карета. Пожалуйста, не перепутайте.