Страница 35 из 88
Глава 19
Я проснулась от странной какофонии звуков. Где-то внизу, обрушивая волны на скалы, мерно рокотал прибой. В этот фон, несмотря на пронзительность и громкость их хриплых голосов, довольно гармонично вплетался крик чаек. Но не глухое и настойчивое «тук-тук, тук-тук, тук-тук, тук-тук», за которым следовало протяжное и сердитое блеяние.
Подскочив в кровати, я на несколько секунд застыла, растерянно оглядывая освещённую тонким лучом солнца, пробивающимся через щель в шторах, незнакомую мне комнату. Еще несколько секунд у меня ушло на осознание того, что «утро не оказалось мудренее вечера» и я всё еще то ли брежу, то ли галлюцинирую, то ли сплю, то ли..
А черт его знает, что со мной происходит!
Откинувшись с досады снова на подушку, я закрыла глаза, надеясь, что, когда я открою их вновь, то увижу либо привычные стены своей городской квартиры, либо стены бабушкиного дома.
Ага, сейчас!
— Ме-ээээээ! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! Ме-ээээээ! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! Ме-ээээээ! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! — сообщил мне, что «фокус не удался» странный звук.
Тяжело вздохнув, я, сонно потянувшись, заставила себя подняться с кровати. Вчерашняя «прогулка» по лесу дала о себе знать тяжестью в икроножных мышцах, когда я побрела к балконной двери.
Отодвинув штору, я в очередной раз за это утро замерла. На сей раз, правда, от восторга. Моему взору открылось простилавшееся до горизонта море. Сливающееся с ясным, безоблачным небом, в котором только-только забрезжил рассвет, оно сияло так, словно кто-то по его поверхности кто-то невидимый распылил тончайший слой золотой пыльцы.
— Ме-ээээээ! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! Ме-ээээээ! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! — В очередной раз напомнил о себе странный звук.
Не то, чтобы у меня совсем не было никаких идей, насчет того, что это мог быть за звук.. Источник которого явно находился где-то поблизости, но (чтоб тебя!) не прямо под балконом.
Раздосадованная, я, дабы заглянуть за «угол», принялась спускаться по наружной лестнице.
Нарушительницу моего спокойствия, я обнаружила только после того, как почти полностью обогнула маяк.
Белая, с чёрными пятнами на морде и боках, она методично постукивала рогами по двери маяка.
Вот же ж! Кому другому, кто б стучался ко мне в такую рань, я определенно б посоветовала в сердцах: «Головой постучись!».
А эта уже! И главное так настойчиво ломится, словно к себе домой. Ну я и повелась.
— Ты что тоже тут живешь?
Коза подняла голову и озадаченно уставилась на меня своими круглыми, как пуговицы, глазами.
— Ме-ээээээээ! — возмущенно проблеяла она. И принялась теперь уже молча биться рогами в дверь.
— Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук! Тук-тук!
И я снова повелась.
Спустилась и, открыв дверь, впустила козу в дом. И она ни секунды не раздумывая тут же вошла, как, если бы только этого и ждала.
Да, не спорю, с моей стороны было не совсем разумно впускать козу в дом. Тем более, козу, которую я видела впервые в своей жизни. И, честное слово, будь я у себя дома или в доме моей бабушки, мне бы подобное даже в голову не пришло. Нет, не потому, что и первый, и второй — мой, а этот дом — чужой. А потому, что, будь я у себя дома или в доме моей бабушки, я бы была «в себе», а тем утром я была не совсем «в себе».
А потому, добро пожаловать, коза! Уж сходить с ума, так сходить! Вчера моим ментором и наставником был ворон, а сегодня, получатся, коза?.. А почему бы и нет. Чем коза хуже ворона?
Мои в высшей степени «высокоинтеллектуальные» размышления внезапно прервал грохот. Судя по звуку и обиженному блеянию, моя новая наставница попыталась взгромоздиться на журнальный стол, а тот так обрадовался, так обрадовался, что у него подогнулись ноги..
Обеспокоенная судьбой не выдержавшего обрушившегося на него счастья стола я ринулась было в дом, дабы оценить ущерб, но меня схватили за руку и потребовали:
— А ну стоять! Ишь какая, украла козу и думала никто не заметит!
Украла козу?!! Я?!!
Я так опешила, что мгновенно забыла о грохоте.
Лет тринадцати-четырнадцати, с хитрющими зелеными глазами, растрёпанными рыжими волосами и веснушками, которые сплошным узором покрывали его нос и щеки, он был в линялых шортах и футболке, которая явно видала лучшие дни.
— Украла?!! — возмущенно переспросила я, выдернув руку из цепкой хватки мальчишки. — Да она сама сюда пришла!
— И сама дверь открыла и в дом вошла? — елейным голоском поинтересовались у меня.
Крыть было нечем. Я запнулась с открытым ртом, не зная, что сказать.
Не могла же я ему сказать, что коза так уверенно ломилась в дверь, что я подумала.. Ну вы знаете.. И вот странное дело, когда я это думала, я искренне верила в это, а теперь, когда это же нужно произнести вслух, понимаю, насколько идиотски это прозвучит.
Пацан понимающе кивнул и сделал мне предложение, от которого, по его мнению, я не смогла бы отказаться.
— Два золотых, и я готов забыть, что видел, как ты заманила Грету в дом!
— Грету? — усмехнувшись, переспросила я. — Так это значит, твоя коза?
— А то чья же? Не твоя, чай! — уперев руки в боки, объявили мне.
Я прищурилась, с жалостью глядя на «бизнесмена».
— Нет, не моя, — честно признала я. — И гостиная, в которой ТВОЯ КОЗА и, по совместительству, ПОДЕЛЬНИЦА устроила погром, — в этот момент, в гостиной снова что-то громыхнуло и снова обиженно заблеяла Грета, — тоже не моя, а моего родственника Ройса Грейсона. Это ваш мэр. Слышал о таком?
— Подельница? — сузил глаза мальчишка. — Ты на что это намекаешь?
— Не намекаю, а прямо говорю, — поправила я и изложила свою версию событий. — Дело было так. Я вчера так за день умаялась, что не проверила заперла ли на ночь двери. А ТВОЯ КОЗА этим воспользовалась и самопригласилась в гости. Результатом чего стал погром в гостиной мэра.
— Нннноо вввввсё жжжже не так было! — мальчишка так офигел, что даже заикаться начал.
— А доказательства говорят, что именно так, — скрестив на груди руки, известила я его.
— Ккакаккккие еееще докккказательства? — продолжал недоумевать малец.
А мне, что жалко? Я и объяснила.
— А такие, как у меня в гостиной. Вещественные. Что же касается твоих доказательств, то тут, малец, твоё слово против моего. И кому, как ты думаешь, поверит мой родственник? Тебе? Твоей козе? Или своей родственнице и вдове его боевого товарища, который погиб как герой?