Страница 125 из 153
Вот говорят же, что есть совместимость! Ты столько лет была замужем за Ричардом, и
ничего! А с Амином прям с первого раза, и уже второй ребенок, — Люсинда захихикала.
— Два — ноль.
— Ты как Оливия, прабабушка Даниэля, — поддержала ее смехом Анна. — Но та все
соревнуется с Арчерами. Ой… Мне же надо повидать их. Боюсь, они меня не простят.
— А тебе нужно их прощение?
— Но все же мы не чужие люди. Я ощущаю эту обиду и боюсь, как бы она не была такой,
как у Ричарда.
— Реакция Ричарда мне совсем непонятна. Сначала увез тебя в Дубай, показал Амину.
Решил его побесить? Скорее всего, — задумалась Люсинда. — Скорее всего, так и было,
решил показать Амину, что у вас все прекрасно. И у вас есть сын. Только он не учел
одного: что Амин совсем не такой, как он сам. Если зверь разбужен, то его уже не
остановить. А настоящая любовь не знает препятствий. Вот теперь Ричард бесится, что
его план не удался. Но отпустил бы, ведь самому станет легче жить. А за Арчеров не
переживай. Даже если не простят, ты их больше никогда не увидишь, — пожала плечами
Люсинда. — Но я знаю тебя. Ты будешь чувствовать вину всю жизнь.
— Именно, — кивнула Анна. — Поэтому я хочу пойти и извиниться. Их дело: прощать меня
или нет, но попросить прощения я обязана…
— Прощение за любовь, — недовольно мотнула головой Люсинда и тяжело вздохнула. —
Амина возьми с собой, вдруг там Ричард. Да и от всей этой семейки можно ожидать чего
угодно. А ты беременна.
— Он меня одну не отпустит. Такова черта арабского характера.
Люсинда еще находилась в доме, когда вернулся Амин. По его настроению нельзя было
сказать, что он расстроен или зол. И он был рад видеть подругу Анны, которую
проигнорировал в офисе.
— Почему бы нам не сделать барбекю? — Амин улыбнулся, поставив пакеты с покупками на
стол. — Я купил хорошую говядину в одном халяльном магазине. Мусульманам в Америке
проще, чем на Бали.
Позже пришли Деви и Хамдан, который уже прыгал возле отца, ожидая ужина.
— Мы что-то празднуем? — удивилась Люсинда, помогая расставлять тарелки на стол на
террасе возле дома, пока Амин жарил мясо на улице.
— Наш приезд, — улыбнулась Анна, понимая, что она скучала по атмосфере своей страны.
По барбекю, суете за столом, гостям.
А потом они сидели за одним столом, наслаждаясь ужином. Деви деликатно пыталась
отказаться и уйти к себе, но Анна настояла, чтобы она находилась рядом. И точно так
же, как все, получала удовольствие от еды. Люсинда быстро нашла с ней общий язык,
слушая рассказ про сказочное Бали.
— Теперь я хочу туда! Может быть, именно там встречу свою судьбу.
— За судьбой не гонятся, — произнес Амин. — На все воля Всевышнего. Он сам решит,
когда послать тебе нужного человека. Ты прекрасная женщина, Люсинда, Аллах это точно
знает. Он никогда не оставит тебя одну.
Она заулыбалась, отмечая про себя, какие они все разные. И она очень рада была видеть
их всех и сидеть сейчас с ними за столом, слушая про сказочное Бали или про волю
Всевышнего.
— Пусть Аллах поторопится, иначе я останусь старой девой, потому что полностью утрачу
надежду. Хотя, какие мои годы… Но все равно, хочется уже постоянства. А еще я бы
попросила у судьбы, чтобы она уже, наконец, дала полное спокойствие вашей семье. И я
еще хочу отпраздновать вашу свадьбу.
Темы с Ричардом и его отказом от заманчивого предложения Амина они коснулись, лишь
когда Деви увела Даниэля спать и они остались втроем.
— Я так и думала, — поникла Анна, когда Амин пересказал их разговор. Было
предчувствие, что Ричард так просто не сдастся. Ему, по сути, не нужна Анна, не
нужен Даниэль, но это дело принципа. Измена его ожесточила.
— Мы справимся. — Амин накрыл своей ладонью ее руку. — Немного все затянется. Но я
уже подал твое заявление в суд, как и свое насчет признания прав на ребенка. Эти
дела будут рассматривать параллельно друг другу.
Финансирование авиашколы он тоже приостановит в ближайшее время, как и обещал
Ричарду. Но Анне об этом сейчас не сказал. Мужские дела не должны касаться женщин. С
бизнесом он разберется сам.
На следующий день они втроем с Даниэлем отправились к Милене и Джеку. Амину хотелось
переговорить со старшим Арчером, а Анна жаждала попросить прощения и наладить
контакт. Маленький Даниэль вспомнил тот самый дом, в котором иногда проводил время.
— Томас… — Он задумался, явно вспомнив кота, когда они вышли из машины. Анна держала
его за руку, очень волнуясь.
— Кальби, — Амин обернулся к ней, — если в этом доме мы встретимся с неприязнью и
злобой, то надолго здесь не задержимся. Я не хочу, чтобы ты волновалась.
Она кивнула, полностью доверяясь Амину.
Дверь открыл Джек, и Анна заметила, как он постарел. Под глазами залегли темные
круги, взгляд стал тяжелым.
— Мерхаба, Джек, — первым произнес Амин, и тут же Даниэль кинулся к деду. Тот
распахнул дверь шире, не обращая внимания на гостей, он сосредоточился на внуке.
Вернее, на мальчике, которого считал своим, хотя знал, что он чужой. Но чужим
Даниэль не был, хоть кто будет признан его отцом на бумаге. Главное, что в сердце.
— Даниэль! — Он обнял его очень крепко. — Как ты вырос! Стал большим! Ты ли это?
— Я! — Мальчик точно был рад его видеть, даже арабская речь, которая из его уст
слетала чаще английской, здесь вдруг забылась. — А где бабушка?
— Она за домом, поливает цветы. Можешь сходить к ней. Только не пугай сильно, вдруг
ее сердце не выдержит.
— Ялла, ялла! — заголосил мальчик и побежал в сад.
И как только они остались втроем, Джек перевел взгляд на Амина, а потом на Анну.
— Проходите! — Он устало указал на диван. — Честно говоря, мы вас не ждали. Не думаю,
что Милена будет в восторге, увидев вас в этом доме.
— Джек… — Анна сделала шаг к старику, но Амин ее остановил. — Пойди к Милене, я
думаю, вам есть о чем поговорить. Я бы хотел остаться с Джеком наедине, — попросил
он, прекрасно зная, что при ребенке Милена не будет кидаться с обвинениями на Анну.
И это станет хорошей возможностью попросить у нее прощения, как Анна и хотела.
Она послушно кинула и направилась в сад, оставляя мужчин наедине друг с другом. Амин