Страница 58 из 123
С каждым днём Анджали всё глубже и глубже погружалась в пучину отчаяния, пытаясь отыскать и не находя выхода.
Луна исчезла, а потом снова появилась. И снова исчезла, и снова появилась. Время шло, приближался осенний праздник богинь. На земле тоже устраивали праздники, как и на небесах. Царские женщины прихорашивались, воровали друг у друга пудру и сурьму, вышивали одежды, скрывая рисунок вышивки от соперниц, выпрашивали драгоценности у царя и родственников.
Анджали не понимала, почему они так радуются.
Женщинам из царского дворца полагалось смотреть на праздник с третьего этажа, через решётчатые ставни. Вот удовольствие – стоять неподвижно и смотреть, как танцуют другие. И к чему тогда украшения и вышитые ткани? Можно стоять за решёткой хоть голой, всё равно никто не заметит.
Очередной день начался так же, как все дни до этого. Женщины изнывали от безделья, нежились у бассейна, пережидая дневную жару, одна из служанок играла на вине, другие подавали сладости и напитки.
Анджали лежала на подушках, на спине, и смотрела в небо через полупрозрачный полог, спасавший от палящих солнечных лучей.
Царевна Пундадари играла в шахматы с Нирвали и раз за разом выигрывала, забирая в качестве наказания сладости у невестки из чашки.
Резная дверь распахнулась, и вбежала запыхавшаяся старая рабыня – та, что управляла всей прислугой на женской половине дворца.
— Царевна! Луноликая! – закричала служанка, падая ниц. – Радость спешит к тебе вместе с солнечными лучами!
Царевна Пундадари замерла, держа в руке шахматную фигуру.
— Твой муж возвращается! Уже у дверей! – выпалила служанка.
Шахматная доска опрокинулась, фигурки из слоновой кости и чёрного камня покатились по мраморным плитам и упали в воду, а сама царевна вскочила на ноги и бросилась к выходу, теряя туфли и браслеты.
Анджали приподнялась на локте, с усмешкой наблюдая, как надменная сестра царя мчится по коридору, позабыв о важности и статусе.
— Дождалась.. – благоговейно произнесла Нирмали.
— Её муж долго отсутствовал? – спросила Анджали без особого интереса.
— Да, больше года, – ответила Нирмали. – Он воевал на северных границах. Он не проиграл ни одного боя. Его так и назвали – Рагху, а это означает «тот, кто победил всех врагов доблестью». Наш господин отдал за него сестру и даровал титул Ранджита, это означает «победивший в войне». Сейчас войны уже нет, но князь Ранджит объезжает границы.. Ах, какая счастливая сестрица Пундадари! Пойдём, посмотрим?
Анджали не хотелось идти, но Нирмали была одной из тех немногих, в ком она не видела откровенной зависти. Во дворце вторую царицу считали откровенно глупой и за глаза потешались над ней – во многом не без подачи царицы Асти и царевны, но Анджали считала, что глупая простота приятнее умного коварства.
Видя, как Нирмали загорелась посмотреть на встречу супругов, Анджали надела туфли, взяла вторую царицу за руку, и они вместе отправились в галерею, откуда был виден зал с парадными воротами.
Дворец шумел, как потревоженный улей, отовсюду бежали слуги с цветочными гирляндами и корзинами, полными цветочных лепестков.
Остановившись возле перил, две царицы наблюдали, как опрыскивают каменные плиты душистой розовой водой, как посыпают порог куркумой на счастье и корицей – к радости.
Появился царь Сатван, а вместе с ним и сестра. Царевна Пундадари даже не переоделась – прибежала, как есть, только накинула вышитое золотом покрывало.
Снаружи загудели медные трубы, раздались приветственные крики, и было слышно, как застучали мечами о щиты воины из числа царских телохранителей.
Двери распахнулись, и сразу дождь лепестков обрушился на входящего мужчину.
Царевна издала радостный вопль и бросилась к ногам мужа, обнимая его колени, осыпая поцелуями его руки.
Он поднял её, поцеловал в лоб, и она приникла к нему, счастливо прикрывая глаза.
— Наконец-то! С возвращением, дрогой друг! – объявил Сатван, делая навстречу военачальнику три шага, что было знаком высочайшего расположения.
Князь Ранджит отстранил жену, поклонился, приветствуя царя, а когда выпрямился, сердце Анджали на мгновение остановилось, а потом застучало, как безумное. А ведь она думала, что ничто больше не заставит её сердце забиться с таким трепетом.
Но иначе быть не могло, потому что там, внизу, под ливнем цветочных лепестков, стоял Танду. Вернее – Рагху. Князь Ранджит. Военачальник царя и его зять.