Страница 56 из 79
Лысый достал из кармана что-то и передал великану: тонкую проволоку длиной примерно четыре фута с рукоятями, похожими на штопоры. На вид — удавка.
Но это была не удавка.
Лысый выхватил из комбинезона пистолет и встал рядом с коротышкой. Оба приняли стойку для стрельбы на ходу, удерживая пистолеты двумя руками, и вошли в дом.
Великан обвил проволокой шею Корбетта. Встал над ним, держа обе рукоятки примерно в футе перед лицом мертвеца. Прижал грудь Корбетта огромным сапогом и потянул правой рукой, опуская левую. Затем левой, опуская правую. Движения напоминали работу насосом: проволока ходила взад-вперёд по всей шее, как пила.
Великан заработал кулаками быстрее, затягивая петлю из режущей проволоки.
Через пять секунд Блок услышала визг металла, проходящего сквозь кость.
Не прошло и десяти секунд, как великан нагнулся, поднял мешок с отсечённой головой Корбетта и опустил его в ведро.
На руках у него виднелись капли крови, но немного. Заранее слив кровь из артерий, они уменьшили количество брызг. Великан закрыл ведро крышкой, опустился на колено возле обезглавленного тела Корбетта и завернул его в прорезиненный ковёр. Присел, взвалил свёрток на плечо, другой рукой поднял ведро и пошёл к фургону.
С момента их приезда прошло меньше трёх минут.
Всё было отлажено, привычно, гладко и неспешно. Тихая, холодная казнь с расчленением — словно они расправлялись не с человеком. Специалисты по избавлению от тел. Будто всю жизнь проработали на мясокомбинате.
Они перерабатывали людей.
— Господи Иисусе, во что ты меня втянула? — прошептал Реймонд.
— Ты снимаешь? — шёпотом спросила она.
Реймонд поднял телефон и кивнул.
— Как только появится возможность, уходи пешком. Позвони Лейку.
Блок приложила палец к губам. Реймонд закончил двадцать минут назад, но она велела ему оставить инструменты и пойти с ней через заднюю дверь кухни, по песку к деревьям вокруг участка. Оттуда можно было незаметно наблюдать за подъездом.
То, что Лейк параноик, ещё не означало, что за ней не придут.
Она схватила длинный свёрток, лежавший рядом среди прелых листьев. Развернула. Медленно двинулась сквозь листву вечнозелёных деревьев, окружавших дом. Пока под сапогами оставалась мягкая земля, великан её не услышит. Шум ветра в кронах тоже поможет.
Буря приближалась быстро.
Его дружкам — коротышке и лысому — понадобится две, может, три минуты, чтобы прочесать дом. Возможно, половина этого времени уже прошла.
Через девяносто секунд они выйдут из-за дома по их с Реймондом следам на песке.
Она никогда прежде не видела этих людей. Они с Лейком сфотографировали и изучили каждого человека из охраны Патрика и Джулиана.
Этой троицы среди них не было.
Очень важно оставить в живых как можно больше нападавших. Кто-нибудь заговорит. Кто-нибудь назовёт заказчика.
Великан поставил ведро у задней части фургона, свободной рукой открыл створки и забросил внутрь тело Корбетта. Тогда Блок шагнула на гравий.
Он резко обернулся. Его взгляд остановился на предмете в её руках.
Блок направила на великана ствол тактического дробовика «Беретта-1301».
Прямо в центр корпуса.
Приклад плотно прижат к плечу. Отдача у этой «Беретты» слабее, чем у большинства моделей, а газовый механизм автоматически подаёт следующий патрон в патронник. В магазине было шесть патронов двенадцатого калибра в любимой последовательности Блок: две пули, две порции картечи, ещё две пули. Пули — для пробития преград, картечь — для останавливающего действия.
С такого расстояния Блок могла проделать в великане дыру, которую ничем не заткнуть.
— Руки вверх, — сказала она.
Через тридцать секунд коротышка с лысым появятся слева от дома, с пистолетами в руках, в поисках цели, злые, разгорячённые адреналином. К тому времени ей нужно сменить место, укрыться и затаиться, чтобы поразить их незаметно.
Великан был безоружен. Нужно быстро и тихо вывести его из строя. И сохранить ему способность говорить.
Но он не подчинялся.
Руки висели вдоль тела, как говяжьи туши на крюках.
— Руки вверх. На колени. Сейчас же, — повторила Блок.
Великан не шевельнулся.
Только смотрел на неё, словно прикидывал, успеет ли переломить дробовик пополам, прежде чем она выстрелит.
Между ними было пять футов.
Через двадцать секунд у Блок появится компания.
Она метнула взгляд в сторону дома — не дольше чем на полсекунды — и вновь посмотрела на великана.
Он был большим, но не глупым. Знал, что подмога уже близко.
Ему требовалось лишь потянуть время.
Рискнуть приблизиться и тихо обезвредить его? А если придётся вырывать у него дробовик?
Или нажать на спуск и выдать своё местоположение двум вооружённым людям, которые охотятся за ней и Реймондом?
Безопасного выхода не было. Два варианта, оба рискованные.
Что выбрать?
На решение оставалось восемнадцать секунд.
Глава 46
Эдди
Большинство адвокатов говорят, что главное условие победы в суде — подготовка.
Я подготовился.
Сообщение на телефоне подтвердило: мои труды вот-вот окупятся.
Я стоял перед залом суда, в обшарпанном коридоре, где толпились журналисты, свидетели, полицейские и сотрудники прокуратуры, и смотрел на бежевые стены и тёмные запятнанные плиты пола. Думал о том, как готовятся обычные адвокаты: составляют документы, читают отчёты и показания, отрабатывают перекрёстный допрос, пишут и переписывают речи. Сотни, иногда тысячи часов подготовки и планирования.
А я заказал пончики.
Курьер вышел из лифта в мотоциклетном костюме для любой погоды, с большой простой белой коробкой, где лежала дюжина глазированных пончиков. Утром я уже сунул двадцатку охраннику у рамки досмотра и попросил сразу пропустить доставщика наверх и сообщить мне, когда тот появится.
Пропустить такое зрелище я не хотел.
Курьер осмотрелся. В коридоре стояло человек тридцать, ещё несколько сидели на скамьях у двустворчатых дверей зала суда. Он вынул из нагрудного кармана квитанцию о доставке и сверился с ней.
Я подробно описал получателя.
Курьер ещё раз окинул взглядом толпу и заметил нужного человека.
Того трудно было не заметить.
Я не слышал разговора, но видел, как курьер передал коробку с пончиками детективу Бену Ларкину. Тот выглядел озадаченным, но явно обрадовался. Два помощника прокурора рядом улыбнулись и рассмеялись. Ларкин тоже засмеялся, открыв коробку.
Курьер вручил ему конверт и ушёл.
Ларкин раздал пончики, оба помощника взяли по одному. Его напарницы, детектива Кэри, поблизости не было, но я предположил, что она недалеко. Может, в уборной. Ларкин взял пончик и откусил половину за раз.
Широкая улыбка с лица здоровяка исчезла, когда он вскрыл конверт. Не знаю, чего он ожидал. Может, записки от любимого человека, родственника или доброго напутствия от коллег по участку. По лицу было всё видно: тёплое любопытство сменилось недоумением, а затем — страхом.
Он закрыл коробку.
Поднялся.
Огляделся.
Я снова уставился на грязную плитку, продолжая следить за Ларкином краем глаза. Он засунул записку обратно в конверт и поспешно убрал во внутренний карман пиджака.