Страница 53 из 79
За годы работы агентом, а теперь и своего рода частным сыщиком, он привык часами просто сидеть и смотреть. Сохранять бдительность не составляло труда. Вот спать было трудно.
Он с трудом разобрал показания часов. На панели «Ацтека» горело «2:30 ночи», так что и они не помогали. Сколько прошло? Пятнадцать минут? Двадцать? Может, больше.
Надо дать им время.
Он решил подождать еще двадцать минут.
Но уже через пять неохотно заглушил мотор и вышел. Оставить заведенный обычный автомобиль без присмотра в большом американском городе — все равно что подарить его. Прежде чем заглушить «Ацтек», Лейк долго думал. Эту машину вряд ли украдут. А даже если украдут, далеко не уедут.
И все-таки она принадлежала ему и была нужна. Он взял ключи, открыл багажник. Снял куртку, надел бронежилет и снова куртку. Переложил «Глок» из наплечной кобуры в поясную с быстрым доступом, закрыл багажник и запер автомобиль, чтобы сохранить ноутбук: он стоил дороже самой машины. Затем перешел улицу.
С этой стороны заглянуть внутрь было нельзя. Лейк обежал угол и нашел стальную дверь запасного выхода. Заперта. Он ускорился. На противоположной стороне здания обнаружились еще одни роллетные ворота, выходившие прямо на улицу. Они были подняты.
Он осторожно вошел. Одноэтажный гараж. Кроме уже осмотренного запасного выхода, здесь не было ни лестницы, ни других путей наружу, кроме ворот и единственной боковой двери с этой стороны.
Ворота открыты. Внутри только… «Мерседес».
Он позвонил Блок.
— Упустил Деккера и его людей. Почти уверен, они пересели в гараже в другую машину. Ворота с противоположной стороны здания остались открытыми. Куда бы они ни ехали, даже не потратили времени их закрыть. Вы еще в Хамптоне?
— Да.
— У вас спокойно?
— Да.
— Прости. Я не должен был их терять. Моя машина…
Он словно услышал, как Блок закатывает глаза при упоминании «Ацтека».
— Бывает. Не переживай, — сказала она. — Эдди, Гарри и Ванесса в здании суда, там они в безопасности. Здесь со мной адвокат из фирмы Вандерпулов. Он злится, но я все контролирую.
— Он кому-нибудь звонил после вашего приезда?
Тишина.
— Проверю, — сказала Блок.
— Перезвони мне.
Глава 43
Блок
— Подай мне мелкую наждачку, — попросил Реймонд.
Закончив разговор с Лейком, Блок достала из сумки Реймонда свежий лист мелкозернистой наждачной бумаги и протянула ему. Теперь на нём был белый защитный комбинезон с головы до ног и респиратор с сетчатым пылевым фильтром. От стены по полу расстелили белую простыню. Реймонд стоял на ней и шлифовал стену при ярком свете ламп.
— Вы в курсе, что это порча чужого имущества? — спросил Корбетт.
Он сидел на кухонном табурете и наблюдал за работой. Как только Реймонд взялся за наждачку, Корбетт принялся угрожать и фотографировать его.
— Мы же сказали: он проверяет, нет ли сухой гнили, — ответила Блок.
— Мне всё равно. Он портит имущество и не имеет на это права...
— У Эдди Флинна есть постановление суда, разрешающее эксперту осмотреть и оценить эту недвижимость, — сказала Блок. — Вот он и осматривает. И оценивает.
Корбетт ухмыльнулся и снова уткнулся в телефон.
— Вы кому-нибудь звонили? Рассказали, что мы тут делаем? — спросила Блок.
— Ещё как. Я позвонил начальнику, мистеру Даффу, а он — судье. Ваш клиент или ваша фирма заплатят за ущерб, и с лихвой, попомните мои слова. Вы вообще знаете, чей это дом?
Блок сказала Реймонду, что скоро вернётся: нужно забрать кое-что из машины. Выйдя на гравийную дорожку, она написала Лейку:
Младший юрист поговорил со своим начальником в фирме.
Лейк ответил сразу:
Из фирмы Вандерпула?
Да.
На экране запрыгали три точки: Лейк набирал сообщение.
Блок открыла багажник, приподняла настил и вынула тактический жилет и длинный предмет, завёрнутый в кожу. Прислонила их к бортику багажника.
Пришло сообщение от Лейка:
Наверное, тревожиться не о чем. Может, я просто параноик. Но будь начеку.
Блок посмотрела на жилет в руках и свёрток у багажника. Если внести их в дом, Корбетт окончательно сорвётся. Он и так вот-вот вызовет полицию.
Лейк часто тревожился. Иногда слишком часто. Но в этом, по мнению Блок, отчасти и заключался его дар. Он всегда замечал самое дурное в людях и потому умел поставить себя на их место, угадать их действия и побуждения, понять, как они совершили ужасные поступки, немыслимые для остальных. Так он и ловил преступников.
Ну, почти всех.
Она убрала жилет и свёрток обратно в джип, закрыла багажник и пошла к дому.
По дороге написала ещё:
Ты сейчас где?
Ответ пришёл быстро:
Жду техпомощь. Машина не заводится.
Тебя что-то беспокоит? — спросила Блок.
А когда меня ничего не беспокоило?
В прихожей Корбетт расхаживал туда-сюда, злой и взвинченный. Ещё бы: стены испортили, пока он должен был присматривать за гостями. Хотя что он мог сделать? Блок знала: полиция не станет вмешиваться. По закону дом принадлежал супругам, а Реймонда наняла Ванесса. Пусть он и не был риелтором, сюда он явился официально, по поручению клиентки. Полицейские сочтут это гражданским спором и уедут.
И всё-таки Корбетт нервничал. В фирме ему зададут жару: всё произошло у него под носом.
Блок прошла мимо лестницы и гостиной на кухню. Реймонд скоблил ножом стену напротив обеденного стола.
— Скоро закончишь? — спросила она.
— Нужно взять ещё пробы. Может, часа два.
Блок кивнула и подошла к стеклянным дверям, выходившим на пляж. Ветер усилился. Над стальным серым океаном собрались тёмные тучи; поверхность воды покрылась рябью.
— Надвигается буря, — сказала Блок.
Глава 44
Эдди
— Доктор Морроу, почему вы полагаете, что потерпевшая умерла от травмы головы? — спросил Райли.
— К этому логически приводит медицинское исследование тела. Хотя голову потерпевшей отделили между пятым и шестым шейными позвонками, причиной смерти стало не это. По моему мнению, голову удалили посмертно. То есть после смерти.
— Откуда вы знаете, что обезглавливание произошло уже после смерти?
— Следы на коже и пятом шейном позвонке указывают, что кожу, сухожилия, мышцы и кость перепилили клинком с зазубренной кромкой. Разрез один, ровный и достаточно прямой. Если бы потерпевшая была жива, я ожидал бы увидеть несколько разрезов от того же клинка: она сопротивлялась бы.
— Могла ли потерпевшая быть без сознания в момент нанесения этих увечий?
— Теоретически да, но, на мой взгляд, маловероятно. Подавляющее большинство исследованных мной случаев ампутации крупных частей тела явно приходилось на посмертный период. То есть после смерти.
Райли выдержал паузу, давая присяжным осмыслить сказанное, и продолжил:
— Доктор Морроу, почему же вы заключили, что причиной смерти стала травма головы?
— По сути, это логический результат исключения других возможных смертельных повреждений. Я исследовал каждый сантиметр тела потерпевшей и не нашёл признаков естественной причины смерти. Сердце, печень, почки и все остальные основные органы были в прекрасном состоянии, никаких признаков болезни; что ещё важнее, никаких травм других частей тела, которые могли бы привести к смерти. На подошве имелся порез, но он не мог оказаться смертельным. Поэтому я заключил, что смертельная травма должна была прийтись на череп и мозг, которые, разумеется, отсутствовали.