Страница 33 из 79
— Вроде ничего. Разве что клиентка лгала не только полиции, но и нам. Кто знает, говорит ли она сейчас правду? Может, она выдумала признание, чтобы мы перестали смотреть на нее и занялись мужем.
— Мне нужно что-нибудь покрепче «Пепси».
— Лейк и Блок звонили? — спросил он.
— Нет. Надеюсь, найдут что-то полезное.
Телефон завибрировал.
На экране: «Принцесса».
Я посмотрел на часы. До того времени, когда нужно забирать дочь, оставалось несколько часов.
Я ответил:
— Эми, как вечеринка? Все хорошо, милая?
Но заговорил незнакомый голос.
— Мистер Флинн, это Кейша. Вам нужно срочно сюда приехать. С Эми что-то не так.
Глава 26
Блок
Недвижимость в Саг-Харборе — одна из самых дорогих в мире. Не то место, где ожидаешь встретить полицейского на пенсии, особенно живущего на эту пенсию. Здесь было много богато украшенных церквей, возведенных в память о погибших в море. Как и в Ист-Хамптоне, сохранились ветряные мельницы. Старый город вырос на доходах от китобойного промысла, разбогател на продаже плоти.
Как и во многих процветающих местах Америки, здесь не нужно глубоко копать, чтобы обнаружить в земле старые пятна крови.
Блок и Лейк ехали по кварталу, словно сошедшему с семейного фильма пятидесятых годов. Огромные белые деревянные дома бок о бок на сочных зеленых лужайках, разделенных белыми штакетными заборами. На подъездных дорожках — электромобили и итальянские спорткары. В конце улицы они остановились возле дома, стоявшего немного в стороне от остальных. Он был гораздо старше, словно новые, большие дома выросли вокруг него, а он упрямо остался на месте. Дом был меньше соседских и нуждался в уходе: краска облупилась, газон местами поредел и зарос сорняками.
Они поднялись на крыльцо. Блок позвонила.
Дверь открыл плотный мужчина в слишком просторной клетчатой рубашке и выцветших мешковатых джинсах. Волосы редели, борода едва пробивалась, левый глаз слегка подергивался. Либо одежда была чужой, либо он недавно сильно похудел.
— Чем могу помочь? — спросил он.
Блок заметила, что он стоит боком к двери, скрывая правую половину тела. Правая рука висела у бедра. Она знала: в этой руке пистолет. По легкой дрожи в голосе поняла, что мужчина нервничает.
— Мистер Винчестер? Я Блок. Это мой напарник Габриэл Лейк. Мы частные сыщики. Можно войти и поговорить?
— О чем?
— Мы расследуем исчезновение. Одно из ваших старых дел.
— Не могу помочь, — сказал он и начал закрывать дверь.
— Мы только что говорили с капитаном Лэндри. Сложилось впечатление, что он рассказал не все. Решили спросить вас, — сказал Лейк.
Винчестер замешкался и уставился на них.
— Документы есть?
Блок показала лицензию частного детектива.
Винчестер посмотрел на Лейка. Тот тепло улыбнулся.
— Вы тот федерал, о котором говорят?
— Когда-то был.
Винчестер взял лицензию Блок, изучил и вновь взглянул на нее.
— Так вы та самая Блок. Не знал, что вы работаете вместе.
— Всем спокойнее, когда за ним кто-то присматривает, — ответила Блок.
— Входите. — Винчестер распахнул дверь. Повернувшись и зашагав в глубь дома, он снял «Кольт» с предохранителя и опустил его в кобуру на правом бедре.
Он привел их в уютную кухню, старую, но ухоженную. Сосновые шкафчики в деревенском стиле, отполированная плита и капельная кофеварка, судя по запаху только что закончившая работу. По приглашению хозяина они сели за круглый стол и оба с готовностью согласились на кофе. Блок знала, что Лейк пить не станет, но он понимал: принять гостеприимство полезно, чтобы наладить контакт.
Винчестер принес кофе и сел рядом с Блок.
— Лэндри сказал, что вы ушли на пенсию по состоянию здоровья. Как вы? — спросил Лейк.
— Паршиво, чаще всего. Я согласился на пенсию, потому что иначе меня уволили бы.
— Что случилось? — спросила Блок.
Винчестер отпил кофе, несколько секунд изучал их, потом поставил кружку. Похоже, он решил, что говорить дальше.
— Я наслышан о вас обоих. Лично не знаком, но по репутации знаю: вас считают порядочными людьми. Так что перейду к делу. Меня выжили со службы не потому, что я плохо работал. Напротив, потому что работал тщательно и добросовестно. И не понял намека прекратить задавать неудобные вопросы. Если вы приехали ко мне, значит, речь о Терезе Чейз. Я понял это, едва вас увидел.
— Мы видели папку у Лэндри. Для дела об исчезновении в море материалов там маловато. Какие вопросы вы задавали? — спросил Лейк.
— Правильные. Вы видели дело Терезы Чейз. В нем сказано, что она пропала и, вероятно, случайно утонула. Но все было иначе. Во всяком случае, я так думаю. Не верю, что Тереза Чейз утонула.
— Думаете, ее убили? — спросила Блок.
— Да. Только доказать не могу.
— Еще бы. Без тела что-либо доказать трудно, — сказал Лейк.
Винчестер впился в него взглядом.
— Тело у меня есть.
— Вы нашли его в море?
— Нет. Нашел труп женщины, закопанный в лесу. Примерно ровесницы Терезы. Умерла примерно тогда же, когда та исчезла. Думаю, история о том, что ее унесло в море, была отвлекающим маневром. Никто не станет искать тело в лесу, если все уверены, что женщина утонула. Насколько я мог судить, это и была Тереза Чейз.
— Личность установили официально? — спросила Блок.
Он на мгновение уставился в окно и напрягся, словно услышал кого-то на заднем дворе. Блок и Лейк тихо сидели на месте. Через несколько секунд Винчестер снова посмотрел в кружку. Заговорил, глядя в черный кофе.
— Официально опознать тело не удалось. Не так-то просто, когда у трупа нет головы.
Глава 27
Эдди
Шины «Мустанга» взвизгнули, когда я затормозил у отеля, где оставил Эми.
Я выскочил из машины. Гарри следом.
У стены отеля, прямо на тротуаре, сидела она.
Эми.
Вокруг стояли те же девчонки, которые всего несколько часов назад визжали от радости.
Она опустила голову на грудь. Девочка, вероятно Кейша, стояла на коленях рядом, обнимая ее за плечи.
— Ее вырвало, — сказала Кейша. — Но ей все еще плохо.
Я опустился на колени, взял Эми за лицо и приподнял подбородок. Глаза полузакрыты, кожа горячая на ощупь. Остальные девочки дрожали от холода. На платье Эми остались брызги рвоты.
— Что, черт возьми, случилось?
Сразу раздалась какофония высоких, перепуганных голосов.
— По одной, девочки. Все хорошо, — сказал Гарри.
— Мы не знаем, — ответила Кейша. — Она была в порядке, потом пошатнулась на танцполе. Мы сели, попили воды. Потом она совсем ослабела, сказала, что ее тошнит. Я предложила позвонить вам, и мы вышли на улицу. Ее вырвало, а теперь она почти не приходит в себя. Но клянусь, алкоголя она не пила. Клянусь жизнью, Богом клянусь, она…
— Хорошо, хорошо, — сказал я и наклонился к дочери.
— Эми, слышишь меня?
Она застонала, наклонилась, и ее снова немного вырвало.
Тогда я заметил вспышку.
Поднял глаза.