Страница 721 из 815
— Нет, Ваше Святейшество, этот номер со мной не пройдёт. Да, я находился в клетке по собственной воле, но я все пять дней предупреждал калиманцев о том, что произойдёт. Убеждал отпустить нас и дать возможность встретить Волну. Дать мне возможность защитить их империю. Не моя вина, что меня не стали слушать. Не моя вина, что Волна оказалась калиманцам не по зубам. Не моя вина, что эмир Хаджи приказал меня убить. О! Вам это ещё не известно? Да, буквально пару часов назад, до нашего прыжка в Кострищ, эмир Хаджи приказал арбалетчикам уничтожить меня и моего ученика. Ему не понравились наши требования. В моих действиях нет безумия, Ваше Святейшество. Но и своего я не упущу. Если кто-то решил, что он имеет право общаться со мной с позиции силы, этот кто-то должен доказать это на деле. Сейчас ситуация складывает так, что калиманцы не в состоянии не только это доказать, но и не в состоянии защитить свои земли. Вы не хуже меня знаете расположение Стены, которая была разрушена и местоположение столицы. Волна не сможет нанести значительных бед, пока не доберётся до столицы.
— Значительных? Мне даже интересно, в какой момент произошло это изменение, когда переживающий за каждого отправленного на защитные символы смертника юноша превратился в циничного мужчину, ни во что не ставящего человеческую жизнь и решившего, что он имеет право принимать решение, кому жить, а кому умереть?
— Изменения произошли в тот момент, Ваше Святейшество, когда я превратился из смертника в правителя автономного города. Когда я был один, мог рисковать своей жизнью, чтобы спасти других. Всех, кого только мог. Но сейчас за мной находится город. Люди, что доверили мне свои жизни. Поклялись в верности. Я не отвечаю за людей Калиманской империи. У меня нет такого права. Оно есть у султана Боро, эмира Хаджи и даже вашего верховного епископа. Всё, что происходит в Калиманской империи, с людьми, там проживающими — результат их действий. Хороших, плохих — без разницы. Они решили, что так им лучше и люди, что им доверились, отвечают за решение своих повелителей. Не мне их за это судить или спасать.
— Тем не менее ты всё же хочешь остановить безумие, царящее в мире. Почему? Для чего тебе Первый на второй орбите?
— Потому что Карина Фарди на третьей орбите сил опасна для моего города. Я не защищаю весь мир, Ваше Святейшество. Всего мира мне много. Я защищаю свой город. Сосуд Скрона обещал уничтожить светлых, когда получит силу и власть. Кострищ относится к светлым, так что отойти в сторону и посмотреть, что произойдёт, у меня права нет. Мне нужно защищать своих людей. И для этого мне нужен этот камень. С его помощью я смогу уничтожить Карину.
— Что же, юный эрцгерцог, мне импонирует твоя открытость. Даже поразительно, что ты не пытаешься юлить, утаивать информацию, выставлять себя жертвой или героем. Цитадель внимательно следит за тем, что происходит в светлых землях. Когда я говорю «внимательно», я имею в виду пристально и досконально изучает всё, что имеет для нас хоть какую-то ценность. Начиная от твоего проникновения в нашу сокровищницу и полным списком всего, что пропало, заканчивая твоим крайне забавным соглашением с верховным епископом Заракской империи. Использовать механизм по модернизации людей, чтобы компрометировать в глазах Инквизитора меня и кардиналов — это довольно интересный ход, должен признать. Отец Ург всегда нравился мне своим нестандартным подходом к решению проблем. Но у меня возник вопрос — зачем тебе это? Для чего юный эрцгерцог автономного города желает сменить власть в церкви Света и усадить на трон человека, которого Свет никогда не примет за своего? Надеюсь, на этот вопрос ты тоже ответить со всех присущей тебе открытостью и честностью. Ибо, не побоюсь такой пафосной фразы, от этого зависит твоя жизнь, юный искатель тьмы.