Страница 365 из 815
— Не так выразился. Костяную броню нельзя расплавить в кузнечном горне. А вы пробовали расплавить её своей молнией?
— Броня сержанта Фарафо инертна к магии, — ответил ректор, но как-то неуверенно. Мне всё же удалось заинтересовать Кималя Саренто.
— Либо обладает повышенным сопротивлением, но при достижении граничных значений магии или температуры…
— Забирай броню и идём со мной, — оборвал меня Кималь Саренто и быстрым шагом отправился в сторону арены. Фундамент уже был закончен, и строители активно воздвигали стены.
— Клади сюда и отходи, — Кималь указал на пустую площадку из кирпича и, как только я выполнил приказ, продемонстрировал, почему его считали лучшим магом современности. Мощный поток молний, толщиной едва ли не с мою ногу, сорвался с рук ректора, закончив свой стремительный бег в костяной броне. Та даже не шелохнулась, хотя пространство вокруг неё тут же превратилось в раскалённую доменную печь. Мне даже пришлось отойти подальше — ближе, чем за десять метров, находиться к костяной броне оказалось невозможно.
— Всё! — выдохнул Кималь Саренто, опуская руки. — Давно так не разряжался. Я же сказал, что это…
— Она изменилась, — прошептал я, указав на костяную броню. Исчез коричневый налёт и останки сержанта Фарафо приобрели насыщенный синий цвет. Пришлось подождать, прежде чем пространство остынет достаточно, чтобы мы смогли подойти к броне. Кималь Саренто осторожно её коснулся, боясь обжечься, однако ничего критичного не произошло. Несмотря на мощнейший поток магии, костяшка даже не нагрелась.
— Вот есть у тебя всё же, граф Валевский, способность заинтересовывать людей, — ухмыльнулся ректор. — Следуй за мной.
О том, чтобы я забрал броню, ректор даже не говорил. Он тащил её сам. Мы отправились в его кабинет — едва ли не единственное законченное помещение глобальной стройки. Походя мимо секретаря, Кималь Саренто остановился и попросил:
— Отправьте гонца графам Вяземскому, Шубному и Кузьминскому. Скажите, что я покорнейше прошу явиться их в академию к двум часам дня. При себе иметь минимум пять флаконов на ману. И каждому в обязательном порядке скажите, кого ещё я просил прибыть на встречу.
Поставив задачу, Кималь Саренто вошёл в кабинет, уселся в кресло и долгое время смотрел в окно.
— Максимилиан, мне нужно точно знать, что у тебя с «Лечением». Какого уровня, какие камни поддержки, сколько граней? — наконец, ректор прекратил гипнотизировать стекло и вспомнил о том, что я тоже нахожусь в кабинете. Мне потребовалось всего мгновение, чтобы принять решение и, по сути, определить всю свою дальнейшую судьбу. Рассказав о своей способности, я негласно подтвердил, что согласен сотрудничать с ректором.
— Плохо… Ладно, пойдём другим путём, — Кималь использовал колокольчик и в кабинет вошла секретарша. — Мне нужен магистр Смалог.
— Как я понимаю, объяснять вы ничего не планируете? — спросил я, как только дверь за секретаршей закрылась.
— Почему же, планирую. Как только…
— Господин ректор, вызывали? — магистр явился практически мгновенно. — Я как раз сам хотел с вами встретиться. О, магистр Максимилиан тоже здесь, отлично! Вы всё же согласовали моё прошение на отпуск?
— Всё верно, магистр, согласовал. На ближайший месяц вы можете быть свободны. Только сдайте кольца, магистр. Они являются собственностью академии.
— Но… Да, конечно! — магистр Смалог снял два золотых кольца и положил их на стол ректору.
— Месяц, магистр. У вас есть месяц. Постарайтесь не задерживаться — академия без вас пропадёт.
Довольный лекарь вышел из кабинета. Даже утрата двух ценных вещей не повлияла на его хорошее настроение.
— Надевай, — потребовал ректор, пододвигая мне оба кольца. — Сразу предупреждаю — это только на время тестирования. Потом их прядётся вернуть. Мне нужен лояльный магистр Смалог.
Надев кольца, что тут же приняли мой размер, я ухмыльнулся, изучив параметры, заточенные под точечное лечение. Будь у меня такие предметы, за эту неделю я бы потратил раза в два меньше эликсиров на ману.
— Что дальше? — я всё ещё не понимал, что задумал ректор.
— Дальше ждём. Ты, кстати, завтракал? Предлагаю подкрепиться — здесь неподалёку есть неплохой ресторанчик.
Ясно — пояснять суть своего плана ректор не собирался. Настаивать я не стал и следующие три часа пролетели достаточно стандартно. Разве что с костяной броней синего цвета ректор не желал расставаться, даже когда отправлялся в уборную. Что-то Кималь Саренто знал, но делиться этим знанием не собирался.
В два часа дня на строящейся арене магической академии собрался, как я понял, весь цвет магии Заракской империи. Граф Вяземский оказался точной копией своего сына, разве что гораздо старшей его версии. Огромный рост, квадратные скулы, густые брови над стальными глазами. Герой из детских сказок, что в одиночку побеждал Скрона. Граф Шубной был полной ему противоположностью. Небольшой, серый, тщедушный мужичок неопределённого возраста, я бы дал что-то в районе тридцати. Тем не менее, несмотря на свой внешний вид, от графа исходила какая-то аура господства. Казалось, что этот человек может придавить тебя одним только взглядом, особо не напрягаясь. Лично мне внешне он показался куда опасней графа Вяземского, но, возможно, не по своей силе, а по своим мозгам. Последний участник встречи, граф Кузьминский, оказался столетним стариком. В буквальном смысле столетним. Кузьминский передвигался с помощью палочки, играя роль немощного старика, но те глупцы, что рисковали посмеяться над внешностью мага, больше никогда ни над чем не посмеются. Длинные седые волосы старика были собраны в хвост, на манер шурганской империи, да и в целом одежда показывала в нём любителя сильной империи. Все трое явились в таких каретах, что у меня даже слюнки потекли от одного осознания, сколько можно выручить денег, если продать хотя бы одну. Хватило бы на то, чтобы полностью восстановить Кострищ и его окрестности.