Страница 54 из 98
— Ладно Бруни денег не жалко, вы то куда?
— Я проигрывать не собираюсь, — буркнул Дагфинн. — Посмотрим еще, кто без денег к вечеру останется.
Грегор только еще раз вздохнул, но записал на Бруни по пол кроны долга за каждого из парней.
В трюме, как всегда, было сумрачно, перемещаться приходилось частично по памяти, частично на ощупь. Сноровки в этом деле друзьям еще не хватало, в отличие от Бруни, но они быстро привыкали. Дни, когда новички то и дело задевали головой какие-то перекладины или налетали спросонья на стены, уже прошли.
А вот дальняя часть общей каюты была освещена одинокой масляной лампой, мерно покачивающейся над самодельным столом, за котором собралось человек пять. Качка сегодня была легкая, ветер и волны успокоились, так что ничего не мешало уставшим морякам увлеченно хлопать по столу деревянными кружками, перед этим хорошенько встряхнув кости внутри.
На глазах у приближающейся троицы один из мужчин выкинул кости, наклонился, чтобы оценить увиденной и огорченно взвыл. Остальные тут же разразились хохотом, сидевший во главе стола хлопнул бедолагу по спине:
— Наигрался, Хельги?
— Да ну вас, — скривился проигравший, хотел уже встать, но тут же опустился и расстроенно попросил. — Займите хоть десяток медяков, мужики, отыграюсь.
— Иди ветерком подыши наверху, — подошедший Бруни тут же уселся на свободную бочку. — Освободи-ка новеньким места, дай парням тоже сыграть.
Остальные игроки одобрительно загудели, Хельги же, не теряя зря времени, тут же спросил:
— Ох ты, Рудый, Коваль, может вы мне деньжат займете немного?
— Шуруй давай! — Бруни еще раз подтолкнул мужчину, наконец-то освобождая место для Лейфа.
Настала очередь новичков трясти кружкой с костями за игрой. Кидали все по очереди, общими кубами, разве что трое самых матерых игроков играли только своими наборами, сработанными вручную или же купленными у какого-нибудь мастера. Финн на подобные вольности смотрел с недоверием и легонько ворчал, но против решения старших идти не смел. Видно было, что и Бруни и остальные игроки давно уже привыкли к подобному, прощая товарищам их суеверность. Лейф же даже не задумывался о том, что чужие кости могут быть «краплеными» пока не заметил, как насупился друг.
Стиль игры у каждого тоже был свой. Рыжий особо не рисковал, особенно если рука была слабая, ставки делал не слишком большие из-за чего довольно часто даже не доходил до бросков, не желая повышать. Бруни играл отчаянно, мало думая над ходами и денежной выгодой. Для рулевого куда важнее были эмоции, как свои, так и товарищей.
Дагфинн же действовал расчетливо. Лейф с удивлением наблюдал за другом. Обычно флегматичный и спокойный кузнец внешне остался таким же, разве что в глазах у него горел азарт и желание не просто сыграть, а уйти из-за стола не с пустыми карманами. Финн действовал аккуратно, первые пару игр даже не дойдя до бросков, потому что не повышал ставку. Наконец-то бросив кости, к сожалению, проиграв пару эре, Коваль не расстроился, на следующую игру увеличив ставку вдвое. Снова неудача. Новый круг, очередное удвоение уже до восьми медяков и… весь стол отошел Финну.
Так дальше и пошло. Кузнец ставил понемногу, повышая каждый раз, когда проигрывал, а в случае выигрыша снова понижая ставку. Первое время старички не особо обращали внимания на везучего, как они считали, новичка. Но лишь до того момента, пока Финн не начал ставить минимум по четыре-пять эре. Казалось бы, ставка все еще не большая, но через пару раундов в игре вдруг не смогли учувствовать Лейф и Бруни: первый пожалел оставшихся медяков, второй проигрался вдрызг. И вот теперь с Финном, поделившим очередной стол с одним из старичков, начали считаться.
Вскоре уже играли только четверо: Финн и трое бывалых игроков, каждый со своим набором костей. Остальные лишь наблюдали, в том числе Лейф и Бруни, к которым, неожиданно присоединились и просто отдыхавшие до этого матросы. Все же развлечений на борту корабля не так уж и много, так почему бы не поглядеть за чужой азартной игрой, ставки в которой все чаще взлетали до нешуточных значений. В карманах у Финна уже явно бренчало больше, чем полкроны, с которыми тот пришел, но кузнец не желал останавливаться.
Очередной бросок должен был решить судьбу солидной кучи медяков, общей суммой на пару крон, накиданных в центре самодельного стола. Дагфинн тряс кружку, то и дело поглядывая на те кости, что уже лежали на столе, заодно прикидывая, что могли выкинуть его соперники. Кто-то из наблюдавших чуть пошатнулся, локтем едва не заехав Лейфу в ухо:
— Извини, Рудый, качка!
— Да ничего, — отмахнулся парень, глянув на лампу над столом.
Тускловатый огонек масляного светильника и правда плясал, хотя в начале их игры такого не было. Видимо на море поднялись волны, как на зло налетающие с борта, от чего судно заметно раскачивалось. На секунду парню даже померещился какой-то отдаленный гул, хотя это могли стонать доски обшивки или напряженный такелаж. «Сбегать может наверх, вдруг помощь нужна?» – засомневался рыжий.
Удар кружки и дребезжание костей отвлекли Лейфа от тревожных мыслей.
— Вскрываемся? — уточнил старший из игроков, опираясь о стол.
Вокруг с одобрением загудели. Четыре руки разом взметнулись вверх, убирая в сторону кружки, прикрывавшие кости. Толпа колыхнулась вперед, спеша разглядеть выпавшие у каждого комбинации, но спустя мгновение особенно сильная волна ударилась о борт «Змея», от чего самые любопытные, стоявшие неустойчивее остальных, полетели на пол или на товарищей. Кто-то задел стол, зазвенели монеты, заглушая стук костей, тоже разлетевшихся по полу.
— Лови! — успел еще крикнуть кто-то из игроков.
А в следующий миг Лейф, да и вообще все вокруг, вновь услышал утробный, пугающий гул, теперь звучащий куда ближе. Дело не в скрипящей обшивке, сомнений быть не могло. Все застыли, вслушиваясь в плеск и шипение моря за стенками трюма.
— Что творится, Авгрунн меня побери? — прошептал один из моряков, осторожно поднимаясь на ноги.
Сидевший рядом Бруни суеверно вздрогнул и треснул говорившему в любезно поставленное ухо:
— За борт прыгни, Святоша, чтобы Авгрунн тебя одного забрала! Наверх все, живо!