Партия на любовь

Я заварила первый попавшийся чай, взяла явно подготовленный для меня завтрак и села так, чтобы смотреть на Максима без смущения, то есть практически незаметно. Он же перестал обращать на меня всякое внимание.

Это выглядело… завораживающе? Он знал, что и зачем делал, плавно переходя от упражнения к упражнению. При свете дня легкая одежда не скрывала хорошо развитую мускулатуру, чем я, разумеется, не постеснялась полюбоваться. Нужно на законодательном уровне запретить нахалам выглядеть так хорошо, раз даже я не могла удержаться от подсматривания.

В баночке оказалась овсянка с ягодами. Мама делала иногда такую, когда ей было лень возиться с нашими завтраками по утрам. Из-за этой мысли я загрустила: неужели, когда я съеду от родителей, мне будет не с кем поделиться своими мыслями и переживаниями? Завтраки будут проходить так же одиноко? А если я вдруг заболею? Стало страшнее, чем до этого. Оставалось надеяться, что справлюсь.

Впрочем, я все чаще задумывалась о переезде. Но глядя на то, как жил Максим, желание съехать чуть поубавилось. Сам себя будил, сам заботился о еде, сам следил за наличием продуктов и уборкой. Кажется, в основном этим занималась Алиса, но сам по себе, без человеческого присмотра и указаний, робот-помощник мало что мог.

Наконец, Максим закончил изводить мой заинтригованный его внешним видом разум и ушел в душ. Я смогла расслабиться, хотя почему-то и до этого не сильно напрягалась из-за чужого присутствия. Но теперь у меня появилась возможность повнимательнее рассмотреть обстановку. Я вдруг поняла, что не вижу ничего, намекающего на периодическое присутствие здесь хоть кого-то из других людей, кроме непосредственного хозяина квартиры. Чисто, пусто, светло, современно – вот и все, что можно было сказать об этом месте.

Когда появился Максим с влажными волосами, я успела допить чай. Пока он завтракал, смотрела в окно. Всегда было интересно узнать, как видят мир те, кто живет в подобных домах. Оказалось, они платили не только за статус и комфорт, но и за потрясающий вид.

– Нам пора. Если опоздаем, с меня шкуру сдерут. Хотя, возможно, ты только ради этого и осталась.

У меня кожа покрылась мурашками. Глупое тело. Впрочем, не умнее хозяйки. Мне захотелось ему улыбнуться, как это делал он. Почему? Зачем? Максим подобного не заслужил. Подкупил мелкого, каким-то образом добрался до подруг, похитил меня из общаги, заставил сидеть половину ночи на капоте, подкармливая пончиками. Потом нагло соврал, сказав, что хочет заехать домой только чтобы переодеться и взять сумку, а сам просто взял и уснул, явно не пытаясь исполнить первоначальный план. Как вообще можно доверять этому человеку?

– Разумеется. Хочу своими глазами увидеть, как твой тренер тебя унижает. Наверное, поэтому ты отрываешься на простых смертных, пытаясь выместить скопившуюся злобу? Скорее всего, представляешь вместо бедолаг лицо обидчика? – Я задала вопрос с ухмылкой, представляя смешную картинку.

Он расхохотался и взял меня за руку. Прикосновение не вызвало внутри негативного отклика. Напротив, оказалось приятным, поэтому я не стала вырываться. И сразу же отчитала сама себя за глупость. Слишком странные ночь и утро. Нужно было собраться.

– Ты даже не представляешь, насколько близка к истине, – сказал Максим, сжимая мои пальцы.

Я не выдержала и все-таки улыбнулась. Мне действительно хотелось это увидеть. Держась за руки, как влюбленные подростки, хотя ни первыми, ни вторыми мы не являлись, мы спустились на парковку. На этот раз мой рюкзак нес Максим. Удивительным образом отношение к нему менялось каждую минуту, и мне это категорически не нравилось.

До зала мы добрались быстро: видимо, все места, нужные ему для дел и развлечений, Максим старался выбирать поблизости. Вчера сидели на парковке в десяти минутах от его дома, сегодня едем на тренировку, находящуюся в пятнадцати минутах. Стало интересно: не живет ли случайно его лечащий врач этажом выше? Так, сугубо ради комфорта. Вдруг заболеешь, придется еще выходить из дома. Хорошо, хоть я живу отсюда в полутора часах езды на машине, а значит, слишком далеко для него.

Зал приятно впечатлял своими размерами. Кирилл бы пищал от восторга, если бы ему разрешили потренироваться в подобном месте. Даже если бы всю тренировку ему пришлось играть со стеной. Максим усадил меня на первый ряд большой трибуны и убежал с сумкой переодеваться, хотя все равно пришел в спортивном. Видимо, недостаточно спортивном. Скоро вышел его тренер – мужчина лет сорока, одетый в темно-синий спортивный костюм.

Когда появился переодевшийся Максим, началось грубое отчитывание:

– Признавайся, сколько спал? По глазам вижу, нарушил расписание без уважительной причины.

Удивило, насколько хорошо тренер знал подопечного. Максим, конечно, выглядел невыспавшимся, но не до такой степени, чтобы считать это за секунду.

– Э-э-э, ну-у-у, часа два? – неуверенно ответил Максим, будто был школьником, а не действующим чемпионом России.

– Из-за этой девчонки? – Тренер кивнул в мою сторону. – Помнишь, что мы говорили о временных увлечениях?

Его будто совершенно не смущало, что я сидела в нескольких шагах и все слышала. Щеки обожгло, захотелось убежать. Я сцепила руки на коленях, снова задумавшись: «Зачем я сюда приперлась?»

– Кто сказал, что это временно? Ничего не знаешь, а уже ставишь диагнозы, – строго ответил Максим, скрестив руки на груди. Он мялся перед тренером, когда докладывал о сне, а теперь едва ли не огрызался. Из-за меня, что ли? Или просто из-за вмешательства в личную жизнь? – Давай, лучше назначь мне наказание. Я заслужил. Ночью еще штук десять пончиков съел.

Тренер шумно выдохнул, делая пометки в журнале, который держал на весу. Он глянул на меня сердито, потом снова посмотрел на Максима.

– Я в этом спорте дольше, чем ты живешь. И точно знаю, что с таким графиком жизни ни одна нормальная женщина мириться не станет. Мы тренируемся чаще и дольше многих спортсменов, постоянно должны держать себя в тонусе и не расслабляться ни на секунду. Поэтому увлечение в любом случае станет временным, а за пончики тебе плюс двадцать повторений ко всему, что мы сегодня будем делать.

Максим огорченно вздохнул, даже плечи поникли. Затем снова улыбнулся мне, будто бы это его успокаивало. Тренировка была очень похожа на те, что я посещала у мелких, даже по поведению. Они так же расстраивались, когда их заставляли делать что-то сверх меры, ведь это оттягивало начало непосредственной игры.