Страница 66 из 124
Через десять минут я снимала сумки со спины Арчидоза, мне помогал декан Фредерик. Он ничуть не изменился за прошедшие десятилетия, что только подтверждало мои догадки — он не человек. Но только возраст, а точнее отсутствие его следов, вызывало удивление. Во всем остальном он выглядел как молодой мужчина, широкий в плечах, с рельефными руками и твердым взглядом, с вьющимися каштановыми волосами до лопаток и ироничной манерой общения. Последнее в юности меня крайне раздражало, мне казалось, что декан всегда мною недоволен, всегда зол или настроен негативно. Сейчас же я понимала — он просто так разговаривает, это его привычный способ взаимодействовать с окружающими и нет за этим никаких негативных эмоций.
Воспользовавшись суматохой и общим гомоном, мы обсуждали ситуацию.
— Почему вы не предъявили настоящего Ринека королю? — спросил декан. — Ведь тогда сразу станет ясно, что погиб двойник и это происки врагов...
— Кому станет ясно? — горько хмыкнула я, застегивая ремешки на рюкзаке. — Мы предоставили отцу десятки доказательств, свидетельств и доводов. Он не принял ни одного, ни от кого из нас. Скажи мы отцу, что вот он живой Ринек, он тут же обвинит нас в попытке посеять смуту, Маркела — что тот придумал магический трюк... Или в том, что преступник-Ринек создал своего двойника специально, чтобы легче было свергнуть отца. Я уже даже и не могу предположить, какой бред придет в голову отцу. Все что угодно, кроме очевидного.
— Сочувствую вашей ситуации, — проговорил Фредерик и кивнул в сторону главного корпуса. — Вы можете остаться тут на несколько дней, но сами понимаете, что король Леары может догадаться, где вы.
— Не переживайте об этом, скорее всего он решит, что я отправилась в Атрон поднимать войска и готовиться к атаке на Лидор. Но мы не будем злоупотреблять вашим гостеприимством и ставить в неловкое положение.
Фредерик вдруг остановился на полпути, пристально на меня глянул и нахмурился.
— Ты мне только скажи, ты ведь не решила действительно устроить переворот со своим братцем? Не твоих ли это рук дело?
Я вздохнула, поставила сумку на землю и покачала головой.
— Раскусил, да? Понимаешь, уже вторую сотню лет доживаю, а до сих пор не стала черным архимагом и мировым злом... Даже как-то перед учителями неудобно, вы же все так на это надеялись, верили в меня. Вот решила, что пора. Надо! А то еще пару сотен лет возьму и проживу, сея добро и справедливость, а так не годится...
Фредерик широко улыбнулся, затем взвалил рюкзак с вещами на спину одной рукой, а другой приобнял меня за плечо:
— Другое дело, сразу видно — моя ученица. Лучше поздно, чем никогда, — затем он вдруг выразительно сжал мое плечо и тихо добавил: — Оставайтесь столько, сколько потребуется. Я вас, оболтусов, как облупленных знаю, всю вашу семейку... И я вам верю. Один из вас еще мог бы сбиться с пути, но все вместе... нет, чушь это. Пойдемте, сначала еда и сон, а потом уже великие планы.
Нас поселили в гостевых комнатах, откуда открывался чудесный вид на дремучий лес и далекое море. Этот вид был таким знакомым и таким чужим одновременно. Я смотрела, как качаются ветви хвойных деревьев под порывами ветра, как черная туча ползет с запада и ее тень ложится на равнину... равнину перед Академией, пропитанную кровью. Где-то там, среди разнотравья все еще можно найти частички крови, моей и моих друзей. А глубоко под землей — трупы наших врагов. Где-то там в недрах лежит отсеченная голова Императора.
Академия все еще на месте, все еще непокоренная и не сломленная. О себе я такого сказать не могла.
— Я могу войти? — вопрос раздался вместе со стуком. Я обернулась, с трудом оторвавшись от вида мрачной тучи, надвигающейся на долину. В дверь вошел декан Роберт, похожий на огромного медведя, превращенного заклятьем в человека. Светлые волосы и борода с легкими черточками седины, мощный рельеф мышц, королевская осанка и твердый взгляд. Все точно так же, как я помнила по прошлым встречам. Почему-то это показалось мне несправедливым.
Декан неоднозначно хмыкнул, оглядел гостевую комнату, нашел кресло и сел в него. Кресло выразило недовольство протяжным скрипом.
— Представляю, каково тебе снова быть тут, — он чуть махнул рукой, словно охватывая всю Академию. — Знаешь... нам его не хватает.
Я снова повернулась к окну и невидящим взором уставилась в даль.
— Блестящий ум, гениальный и пытливый. Чудесный, неповторимый юмор — легкий и ситуативный. Горящее сердце... Да, нам всем его не хватает. Академия тоже не будет прежней. Больше никогда.
Я краем сознания отметила, как он строил фразы — отрывисто, лаконично — словно тоже испытывал боль и пытался ее скрыть. Мне хватало моей собственной.
— Что подскажете по стратегии в данной ситуации? — твердо произнесла я и повернулась к декану. Он не стал продолжать тему об утраченном и тут же принялся размышлять над нашей проблемой.
— Вся беда в том, что вы ничего не знаете о враге. Дайте нам несколько часов, и мы попытаемся хоть немного приподнять завесу. Но о чем ты можешь подумать уже сейчас — так это кто является внутренним врагом?
Этот вопрос я планировала задать Фантому, но его и след простыл. Подозреваю, он следил, чтобы Линда целой и невредимой добралась до башни Повелителя Вод. Уже вечером второго дня пребывания в Академии, мне пришло сообщение, что отец поспешно согласился отправить свою младшую дочь подальше от неспокойной обстановки Леары.
Ничего путного мне в голову не приходило. Я отправила сообщение семье, чтобы они тоже подумали над этой загадкой. К сожалению, я мало взаимодействовала с придворными, еще меньше участвовала в политике. И понятия не имела, кто имеет причины и поводы для предательства. Тут скорее нужны знания Синтии. Мы же могли сейчас помочь в нашем направлении — в поиске магических причин и исследованиях на эту тему.
Я сутками сидела в библиотеке, обложившись книгами, искала все упоминания о големах и магическом холоде. Там меня и нашла Элька. Она долго стояла в дверях, склонив голову на бок и с улыбкой разглядывала меня. Затем подошла ближе и села напротив, через стол. Она тоже принялась копаться со мной в фолиантах, шутила и смеялась, указывала на странные рисунки магических тварей и говорила об их схожести с общими знакомыми.
Я улыбалась в ответ, но чувствовала только жуткий холод внутри.
— Ты можешь мне об этом сказать, — заметила я, когда уже не смогла как следует посмеяться очередной шутке. Элька стушевалась, отложила книгу и долго разглядывала ее корешок.