Страница 43 из 82
34
Теперь обратная ситуация. Нужно подготовить Арса. А по пути предупредить хозяйку дома о незваном госте.
Благо, Лада у нас понимающая…
— Арсений?! Здесь?! — она распахивает глаза в шоке. — Но как?.. Он что-то сделал тебе?!
Да… Доставил один физический оргазм и несколько моральных…
Вслух, конечно, говорю другое.
— Нет… Все хорошо.
— Завтракать будете? — Лада начинает кое-что понимать.
— Не знаю пока…
— Ох, Нюша!
Качает головой, но обнимает. Коротко, крепко. Мне пора бежать.
Снова боюсь застать комнату пустой, но нахожу там Арсения уже одетого. Он сразу глядит мне в глаза с легким напряжением. И с вопросом.
— Папа ждет тебя в своем кабинете…
— Не удержалась? — посмеивается.
— Боюсь за тебя! — морщу нос.
— Не бойся, я ловкий. Увернусь, — Арс уже вовсю улыбается.
— Арсений, серьезно… — я подхожу к нему ближе. — О чём ты скажешь отцу? Ну, кроме безопасности дома… Какие вообще у тебя планы?
Улыбка пропадает с лица Щербинского. Теперь на нем лишь горький сарказм.
— Строганову они понравятся. В моих планах исчезнуть. Сделать так, чтобы тебя не ассоциировали со мной. Чтобы вся эта… повышенная система безопасности вам не понадобилась.
Он думает только обо мне… Но это удар под дых.
Рвано глотаю воздух.
— А меня ты спросил?! Ты узнал, мне так надо?!! Мое мнение — это что-то не важное?!
— Для меня самое важное — это твоя безопасность, принцесса, — его мягкий тон так контрастирует с моей вспышкой гнева.
— Поклянись, что после разговора с папой ты сразу не уйдешь!
Кажусь себе беспомощной.
— Не уйду. Без всяких клятв.
Вдох-выдох. Стараюсь собраться.
— Иди. Пока отец не передумал…
Арсений
Говорю о ее безопасности, но главную опасность представляю для нее сам.
Ну почему так хуево получается держаться себя на расстоянии?!
Эта близость… Наивная и невинная. Но как она кончила со мной я не забуду никогда в своей жизни.
Ее взбесил мой план. А вот ее отцу он точно понравится.
Выхожу из комнаты Агнии. Их дом уже вовсю живет своей утренней жизнью.
В воздухе ещё витает дух праздника, смешанный с запахом кофе и хвои. Я понимаю, что мое появление здесь — это шок для всех, но иду уверенно. Скрываться больше нет нужды.
На кухне вижу ее мачеху. Она замирает с чайником в руках, глядя на меня широко раскрытыми глазами.
Милая молодая женщина. В ней нет той жесткости, как у Строганова — только искреннее недоумение.
— Доброе утро, — говорю я спокойно, слегка кивнув. — Не пугайтесь, я к Степану Вячеславовичу.
— Я… в курсе. Вам туда, — указывает рукой вперед.
Только она успевает ответить, в коридор вылетает «мелочь» — младшие дети. Они смотрят на меня как на пришельца, задрав головы.
Я не сдерживаюсь и подмигиваю им. Одна малышка хихикает, другая прячется за спину матери, но смотрит с любопытством.
Приближаюсь к нужной белой двери. Стучу один раз и, не дожидаясь ответа, вхожу.
Хозяин дома сидит за столом, его мощная фигура на фоне окна кажется почти черным силуэтом. Он поднимает голову, и я наталкиваюсь на уже знакомый строгий взгляд — тяжелый, как бетонная плита.
Жду вспышки, крика — чего угодно. Но Степан молчит. Он смотрит на меня долго, пристально, изучая каждую черточку моего лица. И в этой тишине я ловлю нечто новое.
В его глазах больше нет той слепой ярости. Теперь там застыл немой вопрос.
Он открыт для диалога. Это не перемирие, но это шанс.
— Пришел, значит, — его голос звучит хрипло, но без прежнего металла. — Садись, Арсений. Раз уж ты прошел мимо моей охраны незамеченным, нам точно есть, о чём поговорить. Например о том, какого черта мой дом напоминает проходной двор.
Я двигаю черное кресло и сажусь напротив.
— Об этом я и хотел поговорить. Не подумайте, что учу жизни…
— Сам-то ты у кого учился? Ты ведь не только ребят, ты и камеры обошел. Просочился через поселковую охрану. Затаился в доме. Как ты туда попал?
— Вы заказали продукты в крупной сети. Там у меня есть знакомый. Охранник курьеров в дом не провожал, дал на откуп вашей супруге. Плюс никто не проследил, что вышли двое, а не трое. И зачем вообще столько народа пошло в дом…
— На Рождество у нас будет много гостей. Лада заказала напитки сразу на все праздники.
— Все равно охрана должна сама заносить доставку в дом. Не переломятся.
— Послушай! — Строганов поднимает вверх палец. — Я десять лет жил спокойно до тебя и твоей семейки!
— Вы сами всё понимаете.
Степан тяжело вздыхает.
— Понимаю. Принимаю… По всей строгости займусь. Но дальше-то что?
— Вы меня больше не увидите.
— Свежо предание.
Строганов смотрит скептически. Качает головой.
— Парнишка ты не простой. Как и твой папаша. Это я понял, — он смотрит прямо, — а ещё я так понимаю, что вы с ним не помирились. Как планы у тебя в дальнейшем? Не по особнякам же промышлять.
— Нет….- усмехаюсь.
— Может, ко мне работать пойдешь? Люди нужны в связи с тендером. У тебя самого разного опыта, я чую, полно.
Я смотрю Степану в глаза, и внутри бурлят самые разные чувства.
От уважения вперемешку с благодарностью, до страха за их семью.
— Нет, Степан Вячеславович, — качаю головой. — Я не могу принять ваше предложение. Это исключено.
Строганов хмурится. Его густые брови сходятся на переносице.
— Ты что, брезгуешь? Или думаешь, я тебе из жалости кость кидаю?
— Если я начну работать с вами, отец этого так не оставит, — отвечаю я глухо. — Для него это будет не просто конкуренция, а личное дело. Он включит все свои ресурсы, чтобы вам помешать. Чтобы наказать меня. Я не хочу играть в независимость за ваш счет.
Степан усмехается, откидываясь на спинку кресла. В его взгляде проскальзывает что-то хищное.
— Слушай, парень. Я тоже не робкого десятка. И далеко не такой добряк, каким могу казаться в праздничный день. Я зубами выгрызал свое место под солнцем.
— Поверьте, я в этом уже убедился, — усмехаюсь, вспоминая нашу первую встречу. — Но я не хочу подвергать вашу семью лишнему риску. Мой отец — это стихийное бедствие. Я не буду этого делать, что бы вы мне сейчас ни сказали.
Степан внимательно изучает мое лицо.
— А ты тоже упертый.
Я вздыхаю. Напряжение в комнате можно резать ножом.
Не знаю, что ещё говорить. И уходить, чувствую, не время.