Ты – мой подарок

24

Его голос звучит ровно, уверенно.

Вопреки здравому смыслу, я ловлю себя на том, что верю ему. Или просто хочу верить.

— Спи, Агния. Я буду рядом, — произносит Арс, и в его глазах на мгновение мелькает что-то похожее на нежность, прежде чем он прикрывает веки.

Бред… Он сам сказал, что отнюдь не добрый и нежный. И мне бы перестать выдумывать.

Забираюсь под мягкий плед. Постель буквально пропитана Арсом. Закрываю глаза и вдыхаю этот аромат — смесь морозного воздуха и древесных нот кедра.

Это запах силы и надежности.

И как ни странно, страх отступает. Здесь, в его комнате, под его негласной защитой, я чувствую себя в коконе. Тревога растворяется в тепле постели.

Я засыпаю с удивительным чувством покоя, будто Арсений — единственный человек, способный удержать мой мир от разрушения.

Но среди ночи уют исчезает.

Я просыпаюсь от едва уловимого звука. В комнате сквозняк, хотя окна закрыты. Или это тихий шорох…

А прямо в лицо бьет тусклый, мертвенно-белый луч фонаря! Я зажмуриваюсь, сердце мгновенно пускается вскачь. В горле застревает немой крик.

Распахиваю глаза снова. В свете фонаря вижу мужскую фигуру. В камуфляжной одежде, только в белой.

Это Алекс. Он стоит посреди комнаты, весь в белом, будто сливаясь со снегом за окном. Но это не тот Алекс, которого я знаю. Где его вечная улыбка? Где его легкость? На меня смотрит незнакомец.

Его лицо искажено плохо скрываемой агрессией, а в глазах горит торжество. Он смотрит на меня так, будто нашел клад.

Присаживаюсь на постели, дрожа всем телом. Горло пересохло.

— Алекс? — шепчу одними губами.

Ещё надеюсь, что это сон… Плод моего воображения.

В ответ он зло ухмыляется. Холод от его оскала пробирает меня до костей.

— Арс! — вскрикиваю я.

В ту же секунду сильный толчок в грудь швыряет меня обратно на подушку. Алекс резко набрасывает мне на лицо плед, погружая во тьму.

Я барахтаюсь. Пытаюсь сбросить удушающую ткань. Сердце колотится о ребра, как сумасшедшее.

Секунда. Две. Я срываю плед с лица и рывком сажусь, тяжело дыша.

В комнате пусто. Только тени от лунного света пляшут по стенам. Тишина такая глубокая, что звенит в ушах.

Никакого Алекса. Никакого фонарика. Только мой собственный судорожный вздох и бешеный ритм сердца. Это всё-таки сон?

Чувство защищенности исчезло без следа. Меня охватил липкий ужас.

Не успеваю ничего осознать, как матрас рядом прогибается. Арсений уже здесь.

Он сидит на краю кровати. Широкие плечи перекрывают лунный свет.

В полумраке я вижу его встревоженные глаза. Он всматривается в моё лицо, пытаясь понять, что со мной.

— Агния? Что случилось? — его голос звучит низко и хрипло, в нем нет ни властности, ни усмешки. Только искреннее беспокойство.

Я не могу вымолвить ни слова. Горло перехвачено спазмом, а перед глазами ещё стоит злой оскал Алекса.

Не раздумывая, я подаюсь вперед и буквально повисаю у Арсения на шее. Пальцы впиваются в его плечи, прячу лицо на его груди. Вдыхаю уже знакомый успокаивающий аромат.

Арс на мгновение замирает от неожиданности.

Но вот его сильные руки обхватывают меня. Прижимают так крепко, будто он хочет вплавить меня в себя.

Только в кольце его рук я начинаю дышать. Чувствую, как его сердце бьется под моей щекой — ровно, мощно, надежно.

Вздрогнув, я начинаю сбивчиво рассказывать:

— Там был Алекс... Светил фонариком. Он был весь в белом и такой... злой. Это было так реально, Арс. Он толкнул меня и бросил плед в лицо....

Я сама понимаю, как глупо это звучит. Сон, просто дурацкий кошмар, вызванный стрессом и той прогулкой в лесу.

Но Арсений не смеётся. Он слушает меня предельно серьезно. Его тело под моими руками напрягается, как натянутая струна.

Он ничего не говорит, но я чувствую, как его челюсти плотно сжимаются.

В этот момент кажется, что он понял для себя что-то.

Что-то, о чём я даже не догадываюсь.

— Успокойся, Агния, — тихо просит он, поглаживая меня по волосам. Но в его голосе я слышу холодную решимость. — Тебе здесь ничего не грозит.

На электронных часах три ночи. Вставать ещё рано, но я не представляю, как снова закрыть глаза. Стоит мне только подумать об этом, как меня начинает бить мелкая дрожь.

— Хочешь, я принесу тебе горячего чаю? — спрашивает Арсений, слегка отстраняясь.

Я цепляюсь за его футболку, не давая ему отойти ни на сантиметр.

— Нет, — выдыхаю. — Не уходи. Пожалуйста.

Арсений смотрит на меня долгим нечитаемым взглядом. А потом, без лишних слов и приглашений, ложится на кровать рядом со мной.

Не просто ложится с краю — он наваливается на меня, частично накрывая своим телом, придавливая к матрасу.

Эта тяжесть оказывается самым лучшим лекарством. Она осязаемая, живая, горячая.

Его нога перекинута через мою. Его рука собственнически обнимает меня за талию, а голова покоится рядом на подушке. Я чувствую его дыхание у своего виска.

В этой близости столько силы и странной нежности, что мой страх просто не выдерживает и капитулирует.

Я чувствую себя защищенной так, как никогда в жизни. Его тело — моя крепость.

Убаюканная его теплом, сама не замечаю, как веки тяжелеют, и я проваливаюсь в глубокий сон без сновидений.