Ликей

- А куда же они денутся? - ответил Алексей с улыбкой.

- Вы того, - хозяин немного смутился, - вы, может, сами из Ликея, так вы не обижайтесь…

- Нет, я не из Ликея, - ответил Алексей, - Вот Джейн - да.

- Я ничего плохого не хотел сказать, - пояснил Георгий.

- Я и не обиделась, - заметила Джейн.

- Ну давайте еще, что ли… - Георгий поднял стопку, собираясь сказать тост, но Алексей перебил его:

- Не-не! Я больше не смогу. Мне же еще радио настраивать…

- Да завтра настроишь, - предложил хозяин, - Побудьте уж у нас, раз такие дела… Куда торопиться-то?

- У нас родственники, волноваться будут, - Алексей покачал головой, - Сначала радио, потом выпьем…

- Ну ладно… Нелли, давай - за гостей! - хозяин опрокинул стопку. Крякнул, обтер губы рукавом.

- Слышь… ну скажи, так до каких пор мы там никому не нужны будем?

- Что глупости говорить, - тихо сказала Нелли, - Они и сами-то себе не нужны.

Джейн вдруг испытала странное чувство. Она видела глаза женщины, крупные синеватые белки, посверкивающие на смуглом лице под платком, высокие скулы, нос с горбинкой, беленную шершавую стену за спиной Нелли, грубый деревянный стол, и вдруг осознала, что вот эта женщина, несчастная маргиналка, на самом деле вовсе не такая уж несчастная и ни в какой жалости с ее, Джейн, стороны не нуждается.

Что женщина эта ничуть не хуже и не глупее ее, и ничуть не жалка… И не только ее учить ничему не нужно, но она могла бы и сама чему-то научить Джейн.

Неужели - только потому, что сейчас это маргиналы помогают им, а не наоборот?

А ведь она где-то права… мы и сами себе не нужны. Джейн крепко стиснула кулачки. Не нужны…

- А вы встречаетесь иногда с ликеидами? - спросил Алексей. Георгий помотал головой.

- Два лета назад был я в Уфе, дак там ликейских тоже днем с огнем не найдешь… Их же мало. А тут и вовсе никто не бывает, живем, как у Бога за пазухой.

- Но тяжело жить? - Алексей настойчиво смотрел на хозяина. Георгий пожал плечами.

- Ну как всегда… Жизнь - она такая штука, - он помолчал, - А вы из столицы?

- Да, мы в Питере живем.

- Вы там будете… так скажите, может, нам хоть бы на вертолете зимой продовольствие сбрасывали. А то про нашу деревню не знает никто. Вот у меня брат в Озерске живет, дак им все время сбрасывают, а то у нас, особенно по весне, жрать уже нечего…

- Это у всех почти так… нас много, всех не прокормишь, - заметила Нелли.

Джейн решительно сказала.

- Конечно, я обязательно поговорю… С челябинскими ликеидами, они должны помочь.

- Да ладно, - Георгий махнул рукой, - Нелька тоже правду говорит. Всех не прокормишь. Как-нибудь сами… Все равно, раз мы никому не нужны, то и не надо.

- А это всегда так, - вдруг сказал Алексей, - Как только кто-нибудь начинает новый мир строить, так ему сразу в этом новом мире большая часть людей становится ненужной.

- Во! - хозяин поднял указательный палец, - Это ты точно сказал. А вообще - кому мы нужны, если подумать? Семье только…

- Да, - согласился Алексей, - Семье нужны… Богу нужны.

- Богу - оно может быть, - кивнул хозяин, - Но если мы ему нужны, почему он нам такую жизнь хреновую устроил?

- Ну ты скажешь, - Нелли посмотрела на мужа с неудовольствием, - это разве он нам устроил? Это мы себе сами такую жизнь устроили… А он глядит на нас и думает - то ли остановить вас, то ли дать еще побезумствовать, чтобы сами поняли, какие вы дураки, да пришли бы ко мне - помоги, мол, Господи…

- Да, я тоже так думаю, - согласился Алексей. А ведь это целая теодицея, подумала Джейн с легким удивлением. Пусть примитивно выраженная, но по сути…

Занавеска в пестрых цветочках, отделявшая комнату от кухни, откинулась, и в горницу вместе с Люсей ворвалась целая ватага, сбрасывая на ходу полушубки и тулупчики - мужчины, женщины, подростки. Видимо, Ермаковы захотели лично познакомиться с пришельцами.

- Ну, набежали, - с неудовольствием проворчала Нелли и крикнула резким, пронзительным голосом, - Тихо! Садитесь вон на лавку, а радиво давайте сюда!

"Радиво" могло оказаться чем угодно, от обычного приемника до прибора навигации - но пришельцам повезло, старший Ермаков брякнул перед ними на стол настоящую рацию, вывороченную, видимо, откуда-то из грузовика. Джейн потянулась к прибору.

- Знаешь что, Джейн? Давай я действительно сам посмотрю, - вежливо улыбнулся Алексей. Девушка отодвинулась. В общем-то, он прав… в технике пилот разбирается гораздо лучше, чем какой-то рядовой генетический консультант.

Алексей вскрыл прибор и стал ковыряться в нем, используя в качестве инструмента складной ножик.

- А вы правда прямо из города? - Джейн повернулась на этот тихий вопрос.

Бледная веснушчатая девочка лет двенадцати смотрела на нее с легким недоверием и робостью.

- Да, мы из столицы, - ответила Джейн.

- А что это, столица? - простодушно спросила девочка, - это тоже город, да?

Похоже, что в сознании ребенка существовал только один Город - великий и могущественный… Вряд ли удалось бы объяснить ей, что Джейн прилетела из Америки, из совсем другой страны.

- А там правда большие дома? - девочка снова приступила к допросу. Джейн улыбнулась несколько напряженно.

- Да, очень большие. Бывают - как пятнадцать ваших домов, если их друг на друга поставить.

- О… а как же туда залезать, - девочка явно озадачилась.

- Ирка, отвяжись от человека, - прикрикнула на нее мать, крепкая, полнотелая баба с почти полностью седой головой и тут же заискивающе улыбнулась Джейн, - Вы на нее не обращайте внимания… она вечно пристает.

- Ничего, - сказала Джейн, но ее, похоже, никто не услышал.

- Все, - Алексей поднял голову, - работает, похоже…

Он покрутил колесико, и из маленького динамика раздался треск, прорвались какие-то далекие голоса. Ермаковы, столпившиеся вокруг, восторженно загудели.

- Теперь попробуем передать СОС…

Спасатели до ночи так и не появились. Они прилетят на следующее утро, вертолет опустится рядом с поселком, и тогда выяснится, что Джейн и Алексея уже считают погибшими при взрыве, и что уже нашли националистическую группировку, подложившую бомбу в Челябинске. Путники попрощаются с гостеприимными хозяевами, оставив подарки - сломанный спайс, перочинный ножик, зажигалку, пообещав привлечь внимание властей к заброшенной деревне маргиналов. Вертолет раскрутит лопасти и с усилием начнет подниматься в затянутое тучами небо, навстречу начинающейся пурге.

Джейн еще не знала этого ночью, когда лежала, не в состоянии уснуть, на постеленной на полу медвежьей шкуре, вглядываясь в сумрак, где наверху, на лавках спали дети и сами хозяева, где в другом углу комнаты, так же завернувшись в шкуру, Алексей слегка посапывал во сне. Джейн видна была только темная глыба, расширяющаяся к плечам и почти сходящая на нет там, где должны быть ноги, словно у Алексея вырос вместо ног плоский рыбий хвост. Девушка не знала, что спасатели все-таки появятся утром, точно локализовав источник слабого, пропадающего сигнала… но ее и не слишком беспокоила мысль об этом.

Честно говоря, Джейн даже не знала, хочет ли она возвращаться.

Вдруг ей представилась совершенно дикая, фантастическая возможность - что, если больше никогда они с Алексеем не смогут вернуться в Петербург… И вообще куда-либо в крупный город. Они навеки погребены здесь, в этой деревне, как в Уэллсовской "Стране слепых". Джейн представила это и вдруг страстно пожелала такого исхода…