Страница 70 из 72
Глава 37. Знакомство Аристарха с мамой Светозары
Светозара была полностью погружена в лекцию, она даже включила голографическую версию, а не плоское видео. На трехмерной модели мозга ярко подсвечивались зоны, связанные с проживанием страха. Вот красным выделилось миндалевидное тело. Две его «фасолинки» сканировали окружающую среду на наличие угроз. А эти «головастики» в висках – гиппокамп. Он запоминает обстановку, в которой произошла опасность. Потом оранжевым цветом подкрасилась префронтальная кора возле лба, она оценивала, насколько угроза реальна…
Вызов с браслета вывел девушку из концентрации. Звонила мама, что одновременно и обрадовало и встревожило Свету. Хоть она себе и не отдавала отчета, но ей было обидно, что родители так легко ее отпустили… Может быть не так уж она им и нужна? Светозара беспокоилась о том, как у них дела, как там Бонус без нее, и почему они сами не позвонили до сих пор? Но девушка не хотела выходить на связь первой.
– Здравствуй, Светлячок – сказала мама, и у Светы выступили слезы на глазах – так ее тронуло детское прозвище. Оказывается, она волновалась и боялась родительской нелюбви гораздо больше, чем признавалась себе в этом.
– Здравствуй, мам… – тихо ответила девушка.
– Я тут твой любимый пирог испекла, с черникой и сметаной с сахаром… – Ольга начала соблазнять едой дочку, – но я понятия не имею, как тебе его передать – закончила она. – И кот по тебе скучает… Я пыталась узнать у справочной Вики, а она не говорит, ссылается на закон о приватности.
– Ну да, – ответила Светозара. – Я не ставила на адрес общий доступ… Сейчас тебе скину. Я не очень далеко, приезжай в гости.
Мама явно обрадовалась приглашению.
– Сейчас буду – радостно ответила она.
***
Когда мама зашла в Светину квартиру, пирог был почти аккуратно поставлен на пол, а женщины обнялись и долго так стояли. У обеих появились слезы на глазах.
– Я соскучилась – обиженно сказала Ольга. – Умчалась, хлопнула дверью, адрес не сказала…Ну, как так можно!
– Прости, мам… Но ты так на меня кричала! Обвиняла во всем! И папа тоже меня не поддержал… Вы были против меня оба! Знаешь, как это…
– Ну и ты нас прости, доченька… Меня прости, папа-то говорил, что я не права, но мне так тогда плохо было… Представляешь, – женщина отстранилась от дочки, чтобы видеть ее лицо – я дралась на дуэли с Матариной!
– С Ингой? – изумилась Светозара. – Она же твоя подруга!
– Была когда-то – мрачно ответила Ольга. – Пойдем пирог есть и заодно все друг другу расскажем…
Женщины ушли хлопотать и разговаривать на кухню. Потом они с чашками и тарелками перебрались в гостиную, там было просторнее и вид лучше из окна. Когда основные новости были уже рассказаны, Домовой сообщил, что пришел Аристарх.
Поза Ольги мгновенно стала более напряженной, а лицо строгим.
– Ну что, знакомь со своим… мужчиной, дочка – с запинкой сказала Светина мама.
– Тебе он понравится – улыбнулась Светозара и дала команду впустить гостя.
Аристарх тоже пришел с угощением.
– Я заказал для тебя чернично-сметанный пирог! – сказал он прямо с порога.
Обе женщины громко рассмеялись. Услышав смех Ольги, мужчина насторожился.
– У тебя гости? – спросил он.
– Это мама – махнула рукой Света. – Заходи, познакомитесь наконец-таки.
Немин вошел в комнату, представился и вежливо поклонился даме. Сурецкая-старшая так же натянуто ответила на приветствие. Потом, внезапно, оттаяла и снова рассмеялась.
– Про свою любовь к черничным пирогам вам Света рассказала? – спросила она.
– Я не рассказывала! – возмутилась девушка. – Он сам как-то догадался!
– У меня есть свои секреты – слегка манерно ответил Аристарх, и Светозара с радостью отметила, что к мужчине стал возвращаться его кошачий шарм, который исчез после последних злоключений.
Женщины были уже сытые, но продолжили чаепитие за компанию с гостем. Его пирог оказался совсем другой на вкус, но тоже всем понравился.
– Светочка говорила, что вы, Ольга, ко мне не очень хорошо относились потому, что я – член Большого Этического Совета – все-таки перешел к сложным темам Немин.
– Я не к вам плохо отношусь, а к отношениям между людьми со слишком разным социальным положением – возразила Сурецкая-старшая. – Это всегда создает проблемы, особенно женщине! – добавила она, и плотно сжала губы, чтобы не рассказать о тех сложностях, которые возникли у нее самой и у мужа на работе. Это тоже было из-за связи дочки с Аристархом, но жаловаться Ольга считала ниже своего достоинства.
Однако Немин не зря был мастером психологии, по выражению лица женщины и по резко оборванной фразе он догадался о не сказанном.
– Мне жаль, что из-за наших со Светочкой чувств у вас были трудности… – мягко сказал он. – К сожалению, боюсь, что история еще не закончена, и социальные перипетии еще будут. Собственно, я сейчас – уже не совсем член Этического Совета – обозначил он свое положение и замолчал в ожидании реакции собеседницы.
– Да, мне уже сказала… одна особа… – начала говорить Ольга.
– Новости быстро разносятся в нашем обществе, даже приватные – покачал головой Аристарх, перебив ее.
– Что значит: «не совсем член Совета»? – заметила странную формулировку Светозара.
– Это похоже на академический отпуск у студентов – пояснил Немин. – Я частично компенсировал тот вред, который нанесли мои действия, Совет на закрытом заседании признал меня полезным и решил дать мне время на исправление моей души. Поэтому у меня есть 17 месяцев, весь этот срок я не имею прав и обязанностей советника, но формально им числюсь. Если же в конце этого периода я все еще не восстановлю свою способность осознавать дхарму, то вместо меня примут в Совет кого-то другого.
– Какой странный срок – удивилась Ольга, которая всю эту речь слушала с ошарашенным видом. Сама идея, что член Большого Этического Совета может принести какой-то вред, совершить что-то плохое, была для нее трудно приемлема.
– Это связанно со способностью Совета обходиться меньшим числом людей в нем – ответил Аристарх на фразу о времени «отпуска». – Не важно, почему, поверьте, срок обоснован.
– У вас было еще одно заседание? – снова вернулась к конкретике Света.
– Да – ответил Немин. – Мы постарались, чтобы информация о нем не распространялась. – И вас я очень прошу не рассказывать обо всем, что я тут говорю – советник пристально посмотрел в глаза Ольге.
Она в ответ только кивнула. Для Сурецкой-старшей было совершенно очевидно, что она все это слышит исключительно потому, что является мамой Светозары. Чем-то дочка вызвала доверие и уважение этого «высоко летающего» политика. «Высоко летающего и громко падающего» – сыронизировала женщина мысленно, потому, что в «Слухах и сплетнях» очень много было разговоров о «падении» Аристарха и совершенно немыслимых предположений о причинах всего этого.
– И что ты собираешься делать? – требовательно спросила Света у своего мужчины.
– Я как раз хотел попросить тебя помочь мне составить план. Чуть позже, хорошо? – мягким голосом попросил Немин.
– Конечно – согласилась девушка, поняв, что такие вещи лучше обсуждать наедине.
Ольга внимательно наблюдала этот обмен репликами и успокаивалась. Ее очень волновало то, что дочка стала временной игрушкой зрелого ловеласа, но, кажется, все не так плохо…
***
Когда мама ушла, Света сказала Домовому убрать посуду. Потом немного понаблюдала, как из ниши в стене выкатился Тяпа и начал аккуратно складывать чашки в посудомойку.