Страница 29 из 72
– Теория управления, которую мы все изучаем, наверное, в тему. Это раньше программисты были технарями, а сейчас мы почти гуманитарии… Дикая смесь математики и филологии… Код ИИ пишет, мы только задачи формулируем. Хотя это тоже иногда бывает сложно – я задумался о том, почему все-таки система мне прислала вызов на референдум. – А еще я статьи писал. Несколько эссе по сравнительной психологии социальных групп. Добавился рейтинг в этой сфере. В общем – наскреблось на голос.
– Я с детства учусь экономике, и управляю людьми на практике. Мой род держит свой домен уже 5 поколений – с гордостью сказал Артур. – И у меня почему-то только два голоса! – злость и возмущение так и распирали парня. – Похоже, кому-то претит наша власть! Эта странная женщина… которая предложила законопроект… чего она добивается?
– Справедливости? – предположил я.
– Какая уж тут справедливость! Мои предки не для того старались, накапливая активы семейства, чтобы все развалилось в один момент.
– А почему все должно развалиться? – спросил Ёжик. – Я в теме потому, что мои родители живут в домене. Я вырос в феоде Шеварновских, но отказался подписывать договор. Мне не нравятся некоторые ограничения бенефициаров этой семьи. Вообще, считаю, что этот реанимированный феодализм хоть и помог выжить во время кризиса реальности, но уже перестал быть полезным.
– А Семья наверняка потратилась на твое обучение – презрительно сказал Артур.
– Да. Я буду отдавать долг понемногу. Уже начал – согласился Ежи. У меня, кстати, тоже два голоса. Я подмастерье - наставник, подмастерье - преподаватель математики для групп «D-G».
– Дааа, наставники почти всегда голосуют – включилась в разговор Вика.
– Мы отвечаем за будущие поколения – без пафоса, даже с какой-то обреченностью сказал Ёжик.
– А я - семейный врач, пока ученица – рассказала себе Вика. Я про этот ваш закон вообще впервые слышу. В моем информационном поле это не появлялось. А если бы и появилось – мне это не интересно. Я бы и участвовать не стала в референдуме. Тем более что там не только галочку поставить надо, а еще и аргументацию свою написать, почему именно так голосуешь. Я в прошлый раз, когда решался вопрос о стипендии для начинающих врачей, замучилась изучать тему.
– А как же рейтинг? Он же понизится, если игнорировать приглашение без причины – удивился я.
– Да ладно, что там с одного голосования! – отмахнулась Вика.
– Да не скажи… – вмешался Матиас – у меня приятель как-то раз не появился на референдуме, и балл ему скинули. А у него был пограничный рейтинг, откатился в другую страту, пришлось съезжать из Зеленого района.
– Собственно, поэтому и находятся желающие уйти бенефициарами в феоды – предположил я. Жить под хозяином в чем-то проще. Ни голосовать не нужно, тем более с аргументами, ни учиться-развиваться постоянно.
– Да, намного проще, на самом деле – подхватил мысль Ёжик. Думать почти не надо, делай, что сказали, главное, как следует, и все будет хорошо. Если только хозяин вменяемый, то все нормально. Многое от сеньора зависит.
– Вот именно! – горячо согласился Артур. Думать и решать должны те, кому это дано! Я вообще не понимаю, зачем подопечных спрашивать, они обычно сами не знают, что хотят. Поэтому я и не понимаю, зачем этот новый законопроект!
– Ну, для таких, как я, наверное, – грустно улыбнулся Ежи, – которые хотят самостоятельно решать, чем им заниматься. Да, так вот, – вернулся он своей теме – если бенефициары не захотят заключать договор с одним наследником, бенефактор может поискать другого. Или узнать, чем людей не устраивает потомок, и подучить его чему-нибудь полезному. Может быть, после этого его и примут.
– А если нет? Если не получится найти того, с кем люди захотят перезаключить договор? Все налаженное хозяйство развалится! Подданные заберут свою собственность и свои права обратно себе, и домен исчезнет как политическое и экономическое единство – возмутился Артур.
– Ну да, пожал плечами Ёжик. – Все имеет начало и конец. Что поделать.
Возникла пауза.
– Там, кажется, еще Правитель может кого-то предложить на замену – неожиданно показала свою осведомленность Люси.
Артур злился. Ему, похоже, совершенно не нравилась идея, что он не сможет стать властителем феода просто так, по праву рождения. И теперь, если примут мамин закон, ему придется доказывать свою компетентность и зависеть от мнения «холопов».
Какое-то время мы ехали молча. Поля и перелески за окном перемежались домиками. Проехали какой-то полуразрушенный населенный пункт, где контролеры присматривали за роботами, разбирающими здания.
– Уже почти все снесли и вычистили – глядя в окно, отметила Таня. – Тут было много разваливающихся домов, оставшихся с прошлого века. У меня родственники нанимались на разборку пустых городских районов.
– Мои знакомые тоже ездили – добавил Матти. – На севере много пустых городов. Много полезных материалов оттуда идет: и бетон в переработку, и металлы. Старый пластик тоже придумали, как использовать. Я – геолог-эколог, кстати.
– А я – робототехник – наконец, и Люси рассказала о себе.
За окном мелькали темно-зеленые сосны и нежно-салатовые березы.
– Давайте откроем окна? – предложила Вика. – Там такая красота!
Мы согласились. В машине сразу запахло лесом и весной.
– Какая здесь все-таки роскошная природа! – восхитилась Вика. – Как я люблю наши места… И море, и лес, и архитектурные памятники в столице и окрестностях… Есть где побродить, полюбоваться…
– У нас в имении… – начал было Артур, но машина стала плавно тормозить, и он замолчал на полуслове.
– Кажется, мы уже приехали – констатировала Таня.
– Прошу на выход – снова принялся командовать Артур.