Страница 73 из 469
На этом приготовления к путешествию завершились, да и время уже поджимало. Собрав личные вещи в объемные чемоданы, мы с Евсеем прибыли на вокзал за полчаса до запланированного отбытия. Практически сразу узнали, что состав еще не готов и ждать придется не меньше часа. Попросив дежурившего на вокзале городового предупредить нас о готовности состава, мы с Евсеем переместились в привокзальный кабачок.
Мы успели даже опрокинуть по рюмке водки, что при такой погоде являлось профилактическим средством. Несмотря на то что дома успели пообедать, расстегаи с зайчатиной пошли на ура, как и горячий сбитень. Подумывали уже о чае, но тут прибежал городовой и сообщил о готовности состава к отбытию.
И внешне, и по интерьеру вагон смотрелся куда лучше постсоветских аналогов. Доставленные Дмитрием Ивановичем билеты привели нас к вагону второго класса с желтой окраской. Все купе в вагоне были четырехместными и оборудованы поставленными попарно креслами.
Похоже, спать нам придется сидя. Если честно, вот тут я предпочел бы обычный плацкарт советских времен с дерматиновыми полками. Впрочем, кресла выглядели довольно удобными. К тому же то ли в честь праздников, то ли из-за непопулярности маршрута купе явно доставалось нам со старшим урядником в эксклюзивное пользование.
Проводник, показавший нам дорогу, удалился, и мы с Евсеем начали обустраиваться. Но не успел я стянуть с себя шинель, как в окно вагона кто-то постучал. Сквозь покрытое морозными узорами стекло я с трудом узнал лицо Чижа.
Ну и что он здесь делает?
Паровоз уже подал предупреждающий свисток, так что я пулей выскочил из вагона.
— Ты зачем суда приперся? — недовольно спросил я, рассматривая скукожившегося от холода паренька.
В руках он держал перетянутый бечевкой пакет. Рядом с Чижом стоял городовой, который наверняка и указал пареньку правильное окно.
— Ваше благородие, вернитесь в вагон, — забеспокоился проводник. — Мы отправляемся.
Об этом же намекнул второй свисток и клубы пара, заполонившие перрон. Мороз быстро справился с лишней влагой, превращая ее в снег и укладывая очередным слоем на уже припорошенный камень.
— Вам посылку принесли. А ежели там что-то важное? — шмыгнув покрасневшим носом, сказал Осипка.
— Вот ты шебутной, — с улыбкой попенял я, выхватив пакет из рук своего малолетнего помощника. Затем повернулся к городовому и протянул ему серебряный рубль. — Андрей, отпои его чаем и отправь с извозчиком домой.
— Не извольте беспокоиться, ваше благородие, сделаем в лучшем виде, — улыбнулся городовой, опустив руку на плечо Чижа.
— Ваше благородие! — эхом городовому взмолился за моей спиной проводник.
Третий свисток паровоза слился с лязгом тронувшегося состава, так что мне пришлось запрыгивать в вагон на ходу.
Ответвление Топинск — Омск протянулось почти на четыреста километров, и, учитывая движение паровоза зимой, на месте мы будем не раньше утра. Так что времени у нас было навалом.
Евсей с задумчивым видом уставился в окно, и ничто не мешало узнать, из-за чего же бедолаге Чижу пришлось бежать по снегу почти через половину города.
Избавившись от бечевки и серой бумаги, на который был написан наш адрес, я увидел длинную и узкую деревянную шкатулку. Поднятая крышка открыла моему взгляду некий предмет, завернутый в бархатную ткань, и лежащий сверху лист бумаги.
Я узнал и почерк, и легкий аромат, исходящий от послания.
«Милый мой видок, прости за внезапное исчезновение, но иного выхода у меня не было. И все же пишу не для того, чтобы извиниться. Помнишь небольшой казус с видением? Так вот, в нем я увидела тебя в момент смертельной опасности, и в руках ты держал то, что находится в ларце. Похоже, такая у тебя судьба — получать передарки, ставшие свидетельством былой любви. Надеюсь, мое подношение будет не менее полезно, чем разбитое сердечко. Буду помнить тебя.
Р. S. Воткни в какую-нибудь щель и проверни рукоять».
Под текстом находилась витая буква «Э» рядом с наклонной черточкой, которую венчала жирная точка.
Да уж, действительно Эмма Булавка.
Если честно, не могу сказать, что именно почувствовал в тот момент. В смеси эмоций хватало самых разных ингредиентов — от теплоты до досады за свою слабость и импульсивность, которые ввергли меня в неприятности.
Спрятав письмо во внутренний карман кителя, я взялся за сверток. Предчувствия не обманули меня — внутри обнаружился кинжал. Упрятанное в украшенные рунами ножны оружие выглядело довольно зловеще.
Судя по письму, как и профессор, Эмма передарила мне подношение кого-то из своих воздыхателей.
Это кто же делает любимой женщине такие оригинальные подарки? Ну, если учесть то, что Эмма ведьма, все уже не кажется таким странным. Впрочем, с этой дамой вообще ничто не кажется странным или чрезмерным.
В голове замелькали сцены из недавнего прошлого, так что мне пришлось встряхнуться, дабы отогнать ненужные мысли.
Стоило на практике проверить скупые инструкции ведьмы.
Извлеченный из ножен клинок выглядел немного странно, и дело даже не в слабо светящихся рунах по всей поверхности. Он словно делился вдоль на три части тонкими трещинами, которые шли почти от кончика к гарде. Боковые сегменты делились такими же трещинками на косые участки. Получалась эдакая стилизованная елочка, и я догадывался, что будет дальше.
Конечно, портить обивку стен купе я не собирался, поэтому нашел щель в столике и аккуратно сунул туда острие кинжала. Затем осторожно провернул рукоять по часовой стрелке. С направлением я угадал, как и с тем, что будет дальше. С тихим щелчком боковые сегменты разошлись как перья на крыле, делая елочку теперь уже не стилизованной, а почти настоящей, хоть и стальной. Кинжал превратился в зазубренного монстра. Если воткнуть такое в тело, назад выдернуть получится только с изрядным куском мяса. И это действие наверняка оставит в теле жертвы огромную дыру.
От завороженного созерцания грозного оружия меня отвлекло сердитое рычание.
Тихий щелчок разбудил Евсея и, как ни странно, сбросил с него уже поднадоевшую апатию.
— Выбрось это! — Рычание оборотня перешло в хриплые слова.
Хорошо хоть изменился лишь голос, а не тело.