Страница 249 из 469
Выслушав княжну, Никита Александрович задумался. Да так глубоко, что мне показалось, будто он уснул. В это время Даша начала распоряжаться чайным сервизом и обеспечила всех порциями ароматного напитка. От нечего делать я приложился к чашке, предварительно слопав две ложки вкуснейшего малинового варенья. И только тут заметил, что князь опять пытается насверлить во мне дырок своим взглядом.
Неуютно как-то.
Дальше разговор пошел ни о чем, и я в нем особого участия не принимал, до тех пор пока Даша не вспомнила о погибшем княжиче. В ответ на ее утешительные слова Романов только отмахнулся:
— Видать, согрешили мы перед Господом, что отсек он главную ветвь рода, аки больной побег. Старшой мой бездумно сгинул в дуэли дурной, на потеху жадным до крови злопыхателям. А младшой искал приключений на свою буйну головушку и нашел. Похоже, сие знак свыше и древо Романовых нуждается в прививке.
С этими словами он жестко посмотрел мне в глаза.
— Не осталось в роду прямых наследников. Так, седьмая вода на киселе. Ныне не в чести старый обычай принимать в род свежую, не тронутую златою ржой кровь, но предки наши мудры были, и нам надобно брать с них пример. Что скажешь на это, воин?
Не понял? Это что за фигня? Я до сих пор думал, что подобное возможно только в приключенческих романах, да и то не самого высокого пошиба. А еще в сказках допусти́м подобный прыжок из грязи да в князи.
Ошарашенно посмотрев на Дашу, я увидел, что она тоже вперилась в меня взглядом, словно чего-то требуя.
Так, стоп, тут важнее не осмыслить сие чудо чудное, а понять, нужно ли мне оно. Не думаю. Точнее, думаю, что точно не нужно. И никаких сомнений в этом нет. Теперь осталось грамотно донести эту крамольную мысль до слишком уж заинтересованных слушателей:
— Не растет яблоко на березе, как ни прививай. Я мало что знаю о роде Романовых, но уверен, найдется в нем достойный юноша, хотя бы с третьей или второй водой в том самом киселе. Только брать нужно помоложе да учить пожестче. Ну, с этим, думаю, у вас, ваша светлость, проблем точно не будет.
Немая сцена — они же, но только слегка подофигевшие.
Честно, я думал, что Даша прямо сейчас нахлобучит мне на голову здоровенный заварник с горячим чаем. Даже удивился, что она сдержалась.
Князь пришел в себя первым и ухмыльнулся в жиденькую бороденку, явно знавшую лучшие времена.
— Возможно, ты и прав, Игнат Дормидонтович, но тяжкий то выбор будет, и труд немалый. Благодарствую и за подвиг твой, и за совет мудрый, весьма дивный для столь юного ума. Ежели надобность в помощи какая будет, ты обращайся без стеснения, как к другу.
— Ваша дружба для меня и есть высшая честь и награда.
Я не поленился и, встав, отвесил старику малый поклон.
Даша все это время шалым взглядом смотрела то на меня, то на князя.
Откашлявшись, старик продолжил:
— Но кое-что могу сделать и ныне. Знаю, что наступил ты на хвост драной кошке, играющей сердцем сдуревшего на старости лет Голицына, аки клубком ниток. Помню, что обещался не лезть более в Игру, но с легкой душой порушу слово свое. Отныне не тронут тебя убивцы или узнают, сколь неприятен я бываю во злобе грешной.
В ответ я уважительно поклонился и тут понял, что садиться обратно в кресло не стоит. Даша тоже уловила немой посыл князя и, подскочив, добавила свой поклон к моему. Затем повторила процедуру целования и буквально потащила меня из кабинета.
— Ты нормальный?! — насупившись, спросила она, когда мы спускались по ступеням высокого крыльца. — Надеюсь, тебе хватило ума понять, что сейчас произошло, точнее, не произошло?
— И понял, и хорошо обдумал, — спокойно ответил я. — Не нужно мне этого.
— Как не нужно? — искренне удивилась Даша.
— А зачем? — вопросом на вопрос ответил я.
— Ну… — сказала княжна и задумалась. Похоже, подобные мысли еще не поселялись в ее голове. — Но ведь от дворянства ты не отказался?
— Потому что в сословном обществе это как минимум удобно, а вот влезать в великосветский гадюшник с этой вашей странной Игрой — тут уж увольте. Даша, у меня есть призвание и дело, а все остальное лишь мишура. Скажи еще, что тебе не душно в маске принцессы, будь она сто раз золотая и почетная?
Похоже, я тронул в душе княжны какую-то потаенную струну. Это заставило ее хорошенько задуматься, и пребывала она в этом слегка пришибленном состоянии до самого возвращения домой. Лишь когда мы выгружались из коляски, княжна опомнилась:
— Игнат Дормидонтович, вы спрашивали о том, где мой супруг. Так зачем же он вам понадобился? — Увидев, как я покосился на кучера, Даша добавила: — Идемте в мой кабинет.
Когда мы остались одни, я наконец-то свел разрозненные идеи вместе и окончательно определился со своими желаниями:
— Помнишь случай, когда меня чуть не зарезал дух в посольстве?
— Да, — настороженно кинула Даша.
— Тогда Антонио, спасая меня, что-то применил, а насколько я понял, маг из него как из меня балерина. И даже на статус ведьмака не потянет, но что-то же было.
— Бабушка постаралась защитить меня, вот теперь Антоша и мучается.
— Понимаешь, — чуть замявшись, сказал я, — теперь, без Евсея под боком, я словно без оружия. Мне бы что-нибудь эдакое на крайний случай.
— Даже не знаю, — задумчиво протянула Даша, — бабушка возила Антонио куда-то в заповедную Рощу. Но я там не была, хотя вроде и имею право. Надо проверить. Но это дело небыстрое, так что ответ будет либо завтра, либо послезавтра.
— Я подожду, хотя, если честно, мне уже давно пора домой.
Похоже, слабо скрытое недовольство в моем голосе стало триггером для прорыва сдерживаемого раздражения Даши.
— И что ты забыл в своем болоте? Как вообще можно отказаться от шанса стать князем Романовым?!