Под защитой тьмы

Эпилог

Три года спустя

За столом расположились четверо. Ксандр Прах тихо, неспешно беседовал с другом – Даэроном Марсаером. Синеглазый брюнет то и дело отвлекался на супругу – прекрасную красноволосую Каэль, сидящую напротив него, положив руки на сильно округлившийся живот. Чета Марсаеров ждала второго ребенка! Рядом с Каэль сидела Майя, обожаемая жена Ксандра. Девушки разговаривали более эмоционально, чем их мужчины, то и дело повышая голос и смеясь.

Вокруг сновали официанты диолы – гуманоиды, похожие на людей, но с красной кожей и шестью руками. За соседними столиками общались другие приглашенные на благотворительный вечер лица. Костюмы и аксессуары многих из них стоили, пожалуй, дороже континента, на котором все собрались.

Прием устроил известный ювелирный магнат и его шестая супруга – начинающая актриса, мнящая себя будущей звездой галактического масштаба. Ослепительно красивая в сиянии многочисленных роскошных украшений. Ее супруг наслаждался общением с сильными дружественных миров. Звучала прекрасная музыка, в воздухе плыл сладкий аромат цветов, которыми декорировали стены.

Ксандр с Даэроном решили посетить прием ради дружеской посиделки. Их жены, давно познакомившиеся друг с другом, получили возможность встретиться вживую и теперь не могли наговориться.

— Думал, вы все-таки не придете, – сказал Даэрон, услышав очередной взрыв хохота их жен, и улыбнулся. – Рад, что вам удалось вырваться. Каэль мечтала повидаться перед родами. Очень скоро ей снова придется погрузиться в заботы о младенце, и времени на визиты станет еще меньше.

— Майя так и сказала, – кивнул Ксандр. – Ее сестра недавно родила, и мы гостили у них с Марухом. Там все крутятся вокруг пеленок и режима. Стоит повысить голос, тебя выгоняют из дома!

Даэрон рассмеялся, явственно расслышав обиду в голосе великого и могучего.. Выгоняли, похоже, чаще всего именно его.

— У них ведь сын? – припомнил Даэрон. – На кого похож?

— Вылитый Марух, – ответил Ксандр. – По характеру тоже. Ну хотя бы с даром эмпата от Киры. Я пытался рассказать ему сказку, а он так смотрел, будто просил проветрить комнату от моей душноты.

— Родню не выбирают, – с сочувствием заметил Даэрон, хлопнув друга по плечу. – Представляю, каким этот малыш вырастет. Хотя, вы и сами дали жару со своими близнецами.

Ксандр тепло улыбнулся:

— Да, наши дочери – чудо. Но с их появлением выбираться куда-то стало намного сложнее. Тем более теперь, когда Майя открывает детский сад. Как раз идет завершающая стадия бюрократического оформления этого социального новшества на Прадане. Но помня о нашей встрече, Майя бросила все на помощников, расцеловала дочерей, поручила их моей маме и нянькам на неделю и велела быстрее ее увозить, пока быт снова не захватил в плен.

— Зачем ей этот сад? – покачал головой Даэрон. – Разве мало своих двоих детей для воспитания?

— У Майи талант, – улыбнулся Ксандр. – Она так вышколила наших девочек, что те уже к двум годам научились неплохо контролировать свои тени и энергию. У них очень сильный дар, и мои родители, вспоминая меня в этом возрасте, заранее готовились к небольшим, но постоянным проделкам. Однако Майя словно заранее чувствует, где разразится очередная девчачья авантюра и виртуозно предотвращает ее. У моей жены изначально сильный магический дар. После нашего единения на Прадане он увеличился, слившись с частью моей силы. Сначала ей самой пришлось учиться управляться со всем этим богатством. Зато теперь.. Если бы ты видел, как замечательно она общается с малышами. Мягко объясняет, как работать с энергиями, куда перенаправить потоки, чтобы не случилось беды, и все такое. Я понятия не имею, как у нее хватает сил, тепла и понимания.

— Сколько у нее сейчас воспитанников? – спросил Даэрон.

— Восемь, – припомнил Ксандр. – И это только те, от кого вообще никак не удалось отделаться. Кроме них, у нее целый список родителей, причем малознакомых, кто разными путями пытается пристроить в ее детский садик своих отпрысков. Они желают, чтобы Майя и их детям помогла стать умелыми магами. Представляешь, сначала парочка семей просто уговаривала ее, потом умоляла, затем в ход пошел мелкий шантаж.

Настойчивых родителей, кажется, совсем не пугает, кто у Майи супруг. Меня просто обошли и продолжили уговоры. Пожалуй, в тот момент я окончательно осознал талант жены и перспективы ее самореализации. А то она расстраивалась, что не знала, чем в новом мире заняться помимо семьи. А вышло вот как.. удачно. Так что скоро у Майи будет целая сеть детских садов. Она пока разрабатывает специальную программу обучения и ищет подходящих помощников.

— Какой же ты ушлый, Ксандр, – рассмеялся Даэрон. – Теперь твоя любимая при деле, с детьми и в полной безопасности.

— Я бы на тебя посмотрел, если бы Каэль сообщила, что собирается на службу в местный орган правопорядка, чтобы ловить всяких разумных монстров, – проворчал Ксандр, бросив короткий взгляд на жену проверить, не слышит ли она его откровения.

— Я бы поседел. А потом что-нибудь придумал бы, как помешать.. – Даэрон сбился, осознав, что напротив наступила давящая тишина.

На Марсаера пристально смотрели две пары глаз. Зеленые – излучали любовь и легкий укор. А голубые с едва заметными красными искорками – смотрели так, что ему захотелось встать, извиниться и убраться на другой край галактики. И он предпринял попытку выкрутиться:

— Ты прав, Ксандр, работа с детьми – это вечный стресс и невероятная ответственность. Сложно представить что-то более важное, чем обучение будущего поколения.

Майя чуть прищурилась, Каэль рассмеялась.

— В общем, был неправ! – поднял ладони Даэрон. – Кстати! – Он быстро перевел взгляд влево, куда уже посматривал несколько раз. – Вы заметили, что сюда прибыл один нехороший тип на букву Д?

Все скосили глаза в указанном направлении. И если дамы означенного типа узнать не могли, так как никогда его не видели и не слышали о нем, то Ксандр холодно кивнул. Он и сам давно приметил господина Добжера Эрго, продающего услуги таинственного оракула за грандиозные деньги.

Сегодня этот «грабитель», имя которого Ксандр и Даэрон мысленно произносили с неизменным оттенком досады, держался особняком, с почти вызывающей отстраненностью, за которой угадывалась въевшаяся в кровь осторожность. Обычно рядом с ним маячили телохранители, молчаливые и внимательные, со специфическим отсутствием выражения на лицах, свойственное профессионалам.