Страница 21 из 64
— Знаете, как это называется? – громко возмутилась Майя.
— Счастливый поворот судьбы? – улыбнулся Ксандр, ослепив ее неожиданно мягкой обаятельной улыбкой.
— Прекратите паясничать! – Майя сжала кулаки.
— Хорошо, – сразу согласился он. И примирительно добавил: – Ну что вы хотите от богатого самодура? Будьте к нему хоть чуть-чуть благосклоннее, прошу вас.
Моргнув пару раз, Майя ехидно уточнила:
— А ваш наниматель знает, как вы его называете?
— Знает, – ни капли не смутился Ксандр. – И принимает все как есть. Ему нравится быть неординарным.
В следующий миг Прах отступил в сторону и щедро предложил:
— Кстати, не хотите взглянуть, как мы всего за один рабочий день изменили этот склеп?
Майя колебалась лишь мгновение. Раз ей поручили втереться к ним в доверие, чтобы разведать про новые артефакты, надо воспользоваться предложением. Заодно убедиться, что туристы не шпионили за Кирой. Вдруг они на иностранные магические академии, а равно правительства, работают? Подобное следует пресечь на корню.
Неуверенно пройдя в квартиру мимо Ксандра, Майя невольно прислушалась к себе. Но ничего негативного, о чем рассказывал Остерс, не почувствовала. Наоборот, ее будто теплым воздухом окутало и запах этого мужчины показался очень.. вкусным что ли. Даже сложно подобрать слова, чтобы описать свои ощущения.
Соседская квартира действительно преобразилась – оказалась удивительно просторной, светлой и свежей. В обновленном жилье витал смолистый запах новой мебели, шерстяных ковров и еще чего-то очень аппетитного. Ничего лишнего, но вполне комфортный и уютный интерьер. Майя отметила множество разнообразных, но незнакомых артефактов, которые давали мягкий свет, и, скорее всего, именно один из них освежал воздух.
— Действительно, перемены разительные, – задумчиво признала Майя.
В этот момент из кухни вышел господин Марух в нереально белоснежном фартуке, надетом поверх явно дорогого серого костюма, похожего на тот, в котором был в театре. И на ходу что-то записывал на уже знакомом продолговатом планшете-артефакте металлической штуковиной, которую Майя про себя назвала карандашом-артефактом. Марух совершенно не изменился с их первой встречи: такой же белокожий и беловолосый, с жутковато сияющими синими безразличными глазами.
Подняв глаза на гостью, он спросил бесстрастным, ровным голосом, каким объявляют расписание дилижансов на станции:
— Что такое рыба в маринаде?
— Рыба в сладком соусе, – не задумываясь, ответила она.
— Сладкая рыба? – поморщился Марух.
— Нет, вкусная и пикантная, – ответила Майя. – Главное, приготовить с умом.
Она почти вживую ощутила обжигающий взгляд сбоку, скользнувший по ее груди.. шее.. лицу. Резко повернув голову, Майя поймала Ксандра за изучением ее скромной персоны. И глаза его при этом пылали алым. Пару секунд он сверлил ее жутким, голодным взглядом хищника, потом моргнул и цвет глаз изменился на обычный зеленый. Но в их загадочной глубине все равно мерцали искры.
— Кто вы? – хрипло спросила Майя, не в силах скрывать подозрения. – Нечисть?
— Два отклонения от привычной ниарцам статический нормы не могут являться гарантированным признаком инаковости, – раздался бесстрастный ответ Маруха.
— А четыре? Ведь вас двое.. таких необычных.. – тихо пробормотала она, пятясь к входной двери.
— Четыре не могут считаться допустимым искажением статистики, – услышала Майя, вскинув удивленный взгляд на честного и любознательного писателя. – Даже два отклонения должны вызвать обоснованные вопросы и сомнения в ошибочности расчетов и выводов, четыре – уже закономерность.
— Господин Марух, вы пугаете нашу прелестную гостью, – многозначительно произнес Ксандр.
— Нет. Мой поведенческий анализ говорит, что ее испугал ты. Моя же откровенность ее удивила, не более.
— Да вы маньячины! – выдохнула Майя и рванула прочь из квартиры.
Оказавшись на более безопасной площадке этажа, она обернулась и вздрогнула. Оба мужчины стояли у порога своей квартиры и попыток вернуть ее обратно не делали.
— Мы не с того начали! – примирительно заявил Ксандр, чуть разведя руками, демонстрируя некую открытость. – Мы жаждем сотрудничества и..
Майя не выдержала, язвительно выдав свои опасения:
— Знаю я, чего вы жаждете. Услышали про мою гениальную сестру и явились в Гарюст, чтобы уговорить Киру переехать в вашу страну. Конечно, магов все меньше, а проблем с дестабилизацией все больше. Такая, как она, в хозяйстве всегда пригодится, да? Вот только фиг вам, а не Кира.
— Это ошибочное суждение, – сухо констатировал Марух.
— Давайте обсудим все по-человечески, – предложил Ксандр.
— Знаете что?! – воскликнула Майя и, отринув сдержанность и такт, выдала длинную речь на жаргоне лавочников с ближайшего овощного рынка, которые, используя лишь названия своего товара, создавали заковыристые речевые обороты, передавая оскорбительную суть, но не были общепринятым ругательством.
— Чувствую, меня оскорбили и послали, но пока не понял, кем и куда! – весело отозвался Ксандр.
— И доказать это не получится, – кивнул Марух, а потом обратился к Майе, сосредоточенно тыкая карандашом в планшет: – Повторите, пожалуйста, последние два с половиной предложения, я не успел дословно записать.
У Майи дернулось веко. Она растерянно пискнула:
— Записать? Зачем вам это записывать?
— Мне доктор посоветовал вести письменные наблюдения за тем, как проявляют эмоции другие. В качестве терапии бесчувственности. А вы сейчас продемонстрировали высокую степень проявления эмоций и выразили их словами. Вышло интересное сочетание чувств и слов. Думаю, доктору понравится.
Ответить Майя не успела. Дверь ее квартиры со скрипом отворилась и в коридор вышла Кира, весьма удивленная происходящим:
— Майя, я впервые слышу, чтобы ты на кого-то повышала голос. Что происходит?
— Хм, приятно быть хоть в чем-то первым у такой красивой женщины, – заявил Ксандр, широко улыбнувшись.
Кира была в домашнем фланелевом комбинезоне, с широкими лямками, в желто-коричневую клетку, и белой майке. Босая и лохматая – волосы она заплетала накануне вечером.
Не разделив веселый настрой Ксандра, Майя напряженно попросила сестру:
— Пожалуйста, вернись домой.